Страница 21 из 25
Голд немного помедлил, потом нерешительно кивнул и проковылял внутрь. Арчи хотел было ободряюще похлопать его по спине, но удержался. Белль проскользнула внутрь вслед за ними.
В квартире было чистенько, уютно и скромно. Везде были шкафы с книгами, в основном по психологии. Белль своим библиотекарским взглядом сразу распознала десятки изданий, а также отметила небрежность, с которой все это давило на полки. В углу мирно посапывал Понго, иногда вздрагивая во сне. Голд подошел к диванчику, который был предназначен для пациентов, счистил с одной его части собачью шерсть и устроился, положив руки на рукоять трости, вдавливавших эту самую трость в пол. Костяшки пальцев от напряжения побелели. Белль обошла диван кругом и села рядом с супругом. Все это было странно, мягко говоря.
Арчи Хоппер предложил напитки, пытаясь как-то расслабить Голда, но получил отказ.
- Так о чем бы вы хотели поговорить?
- У меня есть основания считать, что мой сын приехал в город и… - неуверенно начал Голд.
- Сын? - удивился Арчи, будто этот факт был в его личном списке самых невероятных фактов, - У вас есть сын? Не знал… А сколько ему лет?
Голд положил трость на колени и скрестил пальцы
- Спросите что-нибудь полегче.
- Ладно… - рассеянно согласился Арчи, - Почему вы решили, что это он?
- Скажем так… - вздохнул Голд, - Меня навели на эту мысль некоторые его действия.
- То есть вы его узнаете?
-Возможно, - согласился Голд, но покачал головой, будто говоря, что нет, - Или я просто принимаю желаемое за действительное…
- Понятно… - потупился доктор Хоппер, - Но разве он бы вас не узнал?
- Мы рассорились. Вряд ли мы кинемся друг к другу в объятия.
- Он нашел вас, но присматривается, - начал рассуждать Арчи, - Может он хочет убедиться, что его примут, что вы ему все простили?
- Нет, нет, нет, - категорично не согласился Голд, - Мне его прощать не за… Возможно, он все еще злится на меня.
Сваливание всех грехов на себя было так в его стиле. Если бы Белль могла быть рядом с самого начала…Если бы…
- Конфликты между отцами и детьми — самая обычная вещь, поверьте, - голос Хоппера звучал крайне убедительно.
- Не исключено, что он приехал меня убить, - грустно улыбнулся Голд.
- А… - протянул Арчи, - Да… Это другое.
- Я его подвел, - сказал Голд с искреннем раскаянием, - Всю жизнь ломаю голову, как это исправить. И вот он здесь… А я не знаю, что делать….
- Скажите ему правду, - сказал Арчи, - Скажите все, что рассказали мне. Встретьтесь, и нужные слова придут сами собой.
- По части правды я всегда был не очень, - поморщился Голд.
- А сколького бы можно было избежать, будь это иначе, - сказала Белль, - Просто кому-то поверить…
- Другого выхода нет, - сказал Арчи.
Голд нервно сглотнул, прикрыл глаза и закивал, соглашаясь.
Белль переместилась в ночной Сторибрукский лес, к охотничьему домику Голда.
Она видела двух мужчин. Одним из них, конечно же был Румпель, а вторым…
- Август? - возмущенно спросила Белль.
Оба присматривались к друг другу в ночном тумане, серебристым от белого лунного света.
- Я знаю, кто вы такой, - сказал Голд, - И знаю, что вам нужно.
- Раз так, то можно говорить на чистоту? - спросил Август и сделал шаг на встречу, - Папа.
Белль поперхнулась. Какая неслыханная наглость! Румпель как-то упоминал о маленьком обмане Августа, но убедиться воочию было странно.
- Ты был прав, Бэй, - Голд сократил оставшееся между ними расстояние, - Ты всегда был прав. Я струсил. У меня не хватило духу. Понимаю, слова — слабое оправдание, но…ты должен знать. С тех пор, как ты исчез, пересек границы времени и пространства, я каждый день тебя искал, как только мог.
Август на Румпеля не смотрел. Вероятно так было проще имитировать сыновью обиду на человека, который тебе совсем не отец. Белль не удивилась, что Румпель не смог распознать ложь, но ей хотелось, чтобы мог, чтобы потом правда била слабее. В том и опасность всякой лжи! Главное несчастье Белль заключалось в том, что она не знала чего хочет: горькую правду или сладкую ложь. Пока не работало и то, и другое.
- Я искал тебя годы и годы, - Голд сдержанно заплакал, - Я тебя прошу: сделай то, что ты делал всегда. Прояви великодушие. Прости меня… Мне жаль, сынок… Прости меня, Бэй.
Август изобразил великодушие и обнял «отца».
- Мальчик мой, - продолжал плакать Голд, прижимая к себе самозванца,
- Дорогой мой мальчик…
- Я простил тебя, папа, - соврал Август.
Белль прикрыла глаза рукой, большим и средним пальцами потерла веки, чтобы не заплакать. Яростное негодование, вызванное Августом, по-прежнему боролась с печалью и грусть, к которой взывало каждое слово Румпеля. Ей было за него очень больно.
- Ты искал кинжал… - сказал Голд, немного успокаиваясь.
- Я просто хотел знать, у тебя ли он, - уверенно продолжал лгать Август, - Потому что, если у тебя, то ты — прежний.
- Ну так найдем и проверим, - улыбнулся Голд.
Голд сходил в сарай за лопатой и протянул Августу. Втроем они углубились в лес, и Голд указал место, где клад зарыт. Остервенело, будто от этого зависела его жизнь, Август начал копать.
- Я зарыл его тут, когда Эмма приехала в город и повеяло, - Голд неуверенно прервал речь и сжал губы, страшась следующего слова, подыскивая аналогию, - Переменами… Не хотел, чтобы он попал в руки Реджины.
- Понятно.
- Точно помню, что где-то здесь… - нахмурился Голд, а потом опустился на колени и вытащил из ямы сверток, - А вот он!
Прямо здесь же, на земле он сверток развернул и извлек кинжал.
- Возьми, - Голд протянул кинжал Августу, - Можешь уничтожить. Ты ведь всегда мечтал об этом.
Белль покачала головой, словно пытаясь Румпеля предостеречь.
Август уже перестал следить за собой, уделяя больше внимания кинжалу. Но казался он удивленным: Голд сделал крайне несвойственную своей натуре жертву. Быть может потому, что жертвой это не считал.
- Ты нашелся, - Голд все еще протягивал кинжал, - Мне он больше не нужен. Я выбрал тебя, как некогда его.
Август принял дар и рассмотрел со всех сторон.
- Красивая вещь, - отметил он.
Голд согласно кивнул.
- Властью тьмы заклинаю, - Август направил кинжал на Голда, - Повинуйся моей воле!
- Ты пытаешься управлять мной? - удивился Голд.
- Повинуйся, Темный!
- Ты не мой сын, - жестко сказал Голд, перекосившись от ярости, - Ты не Бэйлфайер!
- Папа, что ты…
- Довольно!
- Действительно, - согласилась Белль, - Довольно.
- Все кончено, Бут. Или как вас там…- Голд постепенно давал выход своей агрессии, - Мой сын никогда бы на меня его не направил! А еще он знает, что в этом мире кинжал — просто кинжал. Так как здесь нет волшебства вообще! Поэтому он сюда и отправился! Чтобы покончить с колдовством.
Румпель вырвал кинжал у Бута из рук. Последние слова, которые он сказал ему, Белль устыдили. Голд был уверен, что близкие не станут им манипулировать таким способом, а она, его жена, это сделала трижды. Еще хуже ей было от осознания того, что даже поверни она время вспять, то сделала бы тоже самое. Да и в будущем Белль сама себе не могла пообещать, что больше так не поступит. Соблазн силы, которую давал кинжал, был слишком велик и для нее. Быть может не столь велика была пропасть?
Видение прервалось.
Она перенеслась в лавку Голда. В подсобку.
Здесь находились Эмма, Нил и … Голд. Голд был ранен: бледный, трясущийся, с кровоточащей подгнивающей раной на груди. Белль вспомнила, почему не застала этого, вспомнила, что в сущности все забыла. Как-то даже те осколочки,которые могли ее вернуть в тот день, прояснить ситуацию попросту исчезли, провалились в небытие. Белль присела на спинку, взирая на него широко открытыми испуганными глазами. Неужто он…
- Защита слабеет, - сообщил Нил, - она прорвется.
- Может оно и к лучшему, - спокойно проговорил Голд, - По крайней мере проклятье Темного просто канет..