Страница 5 из 315
— Так значит с самого утра на ногах? — спросил он, пытаясь подтолкнуть ее к ответу.
— С пяти, — кивнула дочь. — Ужасно спать хочу.
— Кофе?
— Нет. Не хочу кофе. Да я уже в порядке.
— Роланд внизу? — задал Голд бесполезный вопрос, вспомнив сдержанного и тактичного зятя и подумав о том, как некоторое время спустя они будут неловко подбирать темы для разговора.
— Роланд внизу, — улыбнулась Коль. — Все уже внизу.
— Все-все? — оживился он, — Что и Адам подоспел?
— Кроме него. Он будет, как и обещал, — сказала Коль, — в десять. А вот Крис уже там.
— Ну, а как же! — усмехнулся Голд, — Герой приехал!
— Да-да, — мечтательно протянула она. — Пойду спасать героя.
— Я скоро помогу тебе
Коль обняла его и поцеловала в щеку, и он сделал тоже, бесконечно радуясь тому, что она рядом.
***
После того, как Коль окончила Калифорнийский, они с Роландом решили совершить путешествие по Соединенным Штатам. И с ними отправилась целая команда: Робин и Нил, Ив, Адам с девушкой, Лиам и Мэлоди, Альберт и Генри Миллс с семьей, присоединившийся к ним в Хартфорде. Проблема заключалась в том, что Крис также хотел поехать. И если почти четырнадцатилетнего Альберта отпустить было непросто, то девятилетнего Криса и подавно. Однако в результате, после многочисленных уговоров со стороны самого Криса, его братьев, а также Коль и Роланда, они сдались.
— Обещаю глаз с него не спускать, — уверял Роланд Белль: — Под мою личную ответственность.
— Я всегда буду с ним, — поддакнул Альберт. — Не хочу нарываться, но разве это не пойдет всем на пользу? Мы отправимся в бесполезное путешествие, а вы от нас отдохнете. Можем и пса забрать.
— А пес вам зачем? — нахмурилась Белль.
— А пес его знает, — улыбнулся Альберт. — Ну, ладно. Пса оставим.
— Твое слово — решающее, — обернулась к Голду жена.
Он рассудил, что в этом нет ничего страшного, пусть и плохо представлял каково это расстаться со всеми ними на месяц или даже дольше.
— Ладно, — согласился Голд, — Но отчет каждый день! Хотя бы от одного из вас. И только попробуйте проигнорировать!
— Спасибо, — Крис его обнял. — Ты не пожалеешь!
— Не беспокойся, пап, — кивнул Адам, — Мы будем осторожны.
— Я запомню это, — серьезно сказал Голд. — Крис, надо тебя подготовить.
Магия Криса была очень сильна, поэтому перед каждой вылазкой он максимально ее ограничивал, а по прибытию постепенно возвращал. И все равно бывали небольшие срывы. А потому, когда они отправились в свое собственное путешествие, он думал только о том, что они непременно должны вернуться в Сторибрук раньше детей, не подозревая, что это будет так сложно.
Через неделю хандры в огромном пустом доме, Голд предложил жене уехать туда, куда ей хочется. И Белль выбрала Париж.
В Париже они на неделю арендовали квартирку на улице Корто, на Монмартре, совсем недалеко от Сакре-Кёр. Маленькая и тесная, она добирала пространство лишь тем, что хозяин сумел выкупить чердак и объединить его с жилым помещением, да и внутри произвел некоторые изменения. Так что в итоге им достались весьма оригинальные апартаменты: небольшая спаленка с очень большим окном, маленькая ванная и одна просторная комната, служившая и гостиной, и кухней и столовой, в которой к тому же был импровизированный второй этаж, в виде платформы, по краям которой были установлены невысокие перила. Там было и окно, немного уступающее по размерам остальным окнам, но позволяющее увидеть чуточку больше. По царапинам на напольном покрытии Голд сделал вывод, что когда-то тут стоял стол, и здесь было некое подобие кабинета. Эту квартиру кто-то любовно обустроил под свои нужды.
— Почему квартира сдается на короткие сроки? — осведомился Голд у риэлтора на чистейшем французском. — Не поймите меня неправильно, но редко подобные проекты сдаются на таких условиях, да еще и через агента.
— Вы правы, месье, — ответила риэлтор. — Квартира продается, но не очень успешно.
— Почему?
— Потому что район довольно старый и кишит туристами, планировка здесь полностью изменена, а цена высоковата.
— А продают почему?
— Этот вопрос следует задать моей коллеге, — она протянула Голду визитку.- Возьмите, если вдруг заинтересованы.
— Спасибо, — он взял визитку. — Я готов подписать договор.
Голд подписал бумаги, получил ключи и попрощался с риэлтором. Белль в это время блуждала по квартире, задумчиво выглядывая в каждое окно. Голд вертел в пальцах визитку и любовался своей возлюбленной.
— Ты, что же, хочешь купить эту квартиру? — подошла к нему Белль.
— Не знаю. А ты бы…
— Зачем нам квартира в Париже?
— Тебе здесь нравится? — спросил он с улыбкой.
— Да… — осторожно согласилась она.
— Вот и причина.
— Это бессмысленно!
— А в чем вообще есть смысл? Квартира нам еще пригодится, ведь мы можем сюда еще вернуться, — убеждал Голд. — Жизнь откладывать нельзя. И может, это неразумно, но я хочу это сделать для нас.
Белль вздохнула, обняла его и нежно поцеловала. Это был первый поцелуй в Париже, который он запомнил, но далеко не последний.
Владельцем квартиры оказался малоизвестный в США писатель Артюр Бланкар, но Белль о нем слышала. Он лично пришел заключать договор купли-продажи, когда Голд решился на покупку.
— Я уже думал, что не продам, — сообщил Бланкар, который, судя по всему, надеялся, что не продаст. — Кстати, вам повезло, что я в Париже. Теперь это редко.
— А почему продаете, месье Бланкар? — интересовался Голд, пытаясь докопаться до сути.
— Я женился. На испанке. Которая очень любит Испанию, — невесело сообщил писатель. — И поэтому я теперь тоже люблю Испанию.
— Вот как! — нерешительно протянула Белль, не зная стоит ли поздравлять человека, сообщающего о радостном событии таким печальным голосом.
— Да, мадам, — кивнул месье Бланкар. — На самом деле я ненавижу Испанию и все, что с ней связано. Но я иду на жертвы, как все мужчины. А сами вы откуда?
— Из Нью-Йорка, — кашлянул Голд.
— Я там учился, — с удовольствием поделился Бланкар. — Я был там относительно счастлив, написал лучшие свои книги… А вы теперь хотите поселиться в Париже?
— Не совсем, — сказала Белль.
— Все очень неопределенно, — уклончиво ответил Голд, — Никогда не знаешь, что за поворотом.
— Что верно, то верно… — согласился писатель. — Например, если бы кто-то мне сказал, что я женюсь на испанке и продам всю собственность в родном Париже…
Артюр явно не продал квартиру до сих пор, потому что сам тянул со сделкой, не желая расставаться с последним бастионом одиночества. И когда договор был составлен и подписан покупателем, продавец все еще колебался.
— А вы мне нравитесь. — сказал он, будто это что-то значило, и сделка наконец состоялась.
Может быть эта покупка была слишком импульсивной и глупой, но Голд никогда не жалел об этом. Они и потом пару раз приезжали сюда и скорее всего еще приедут.
В их новом жилище все было в порядке, но его Белль была бы не Белль, если не нашла бы к чему придраться. Она купила другое постельное белье, поменяла полотенца и часть посуды, а потом взъелась на матрас, который был и правда не самым удобным и купленным для гостей.
— Нужен новый матрас, — решила Белль как-то утром, пока они еще лежали в кровати. — Время сходить по магазинам.
— Нет, — пробурчал Голд и нырнул под одеяло, — я пас.
— По интернет-магазинам? — она приподняла одеяло. — Никаких «я пас»!
— Нам это так необходимо? — лениво спросил он, садясь в постели. — Нельзя без этого?
— Нельзя! Ты квартиру купил. И тут необходимы некоторые вещи, — сказала Белль, видя, что он не в состоянии спорить. — И я не могу спать на этом. Неделю — может быть, но теперь я понимаю, что мы пробудем здесь намного дольше. Так что…
— Как скажешь, принцесса, — улыбнулся Голд и поцеловал ее, пытаясь таким образом перевести тему, что не удалось.
В итоге они купили новый матрас, но не проспали на нем ни одной ночи, переселившись вместе со старым на условный второй этаж и свив там подобие уютного гнездышка: чем больше времени они там проводили, тем больше вещей там скапливалось. Здесь же и родилась та глупая шутка про голубей на чердаке, и, быть может, именно поэтому в Лос-Анджелесе они оборудовали свою комнату на самом настоящем чердаке.