Страница 8 из 62
- Нет, не помню. -Калинкин выглядел озадаченным.
- Вспомните, капитан. Михаил Флеров погиб в авиакатастрофе, по дороге на матч. Это вызвало чертовскую шумиху в... где же это было?
- В аэропорту Ярославля, при взлете, − напомнил Сафонов. − Случилось это в сентябре одиннадцатого.
- Мне она все больше нравится, - признался Сергей. - Она получает десятки тысяч евро в месяц. Она трахается со спортсменом и поп-звездой. И ещё имеет учёную степень в сфере компостирования человеческих мозгов.
- Но ничто из того, что вы сказали, ещё не делает её кандидатом в убийцы, - запротестовал Калинкин. - Ничто из вышесказанного не доказывает, что у неё была хоть какая-то причина желать его смерти. А частная жизнь гражданина - это его личное дело.
- Особенно такого, как Ксения Колчак, - сказал Платов, особенно ни к кому и не обращаясь.
- Однако я не закончил, - продолжал Сафонов. - вы трое работаете в оперативной группе. Это одобрило начальство. Займитесь ее кругом общения. Особенно любовниками. Любого пола.
Был уже вечер, когда Сергей и Светлана вернулись в дом Одесского. Они решили снова проверить место преступления. Светлана прошла в компании Сергея через парадную дверь, которую оставили открытой.
Она возвратилась в спальню, где они стали вытаксивать из шкафа одежду Одесского.
- Здесь, сказал Сергей, высунувшись из шкафа и вручив Светлане коричневую кожаную адресную книжку, одновременно тонкий рукав персикового пеньюара висел на его левом плече. - Я думаю, что тебя это заинтересует.
Светлана раскрыла книжку и стала листать. Там было имя Дениса Рыжова, его адрес и два номера телефона. Книжка, очевидно, не использовалась для деловой переписки, потому что, за исключением винного магазина, химчистки, обувного магазина, аптеки, парикмахера и некоторых других подобных вещей, все другие названия относились к людям. однако в большинстве случаев были только имена, без каких-либо адресов.
Набрав номер на мобильном, Сергей назвал диспетчера и обратился с просьбой узнать домашний адрес Бонго и затем набрал второй номер из книжки, думая, что это мог бы быть его рабочий телефон. Не было никакого ответа. Он набрал первый номер, но снова без ответа. Сергей поместил записную книжку в свою сумку.
- Ксюша утверждает, что она не имеет ни малейшего представления о том, что, возможно, произошло здесь, - сказала Светлана, озираясь. Она видела следы порошка для снятия отпечатков пальцев по всей комнате в поисках каких-либо следов. Сергей уже сложил простыню и запечатал ее в большой полиэтиленовый пакет, который он поместил около двери наряду со многими другими пакетами различных размеров, запечатанными и маркированными.
- Она явно разнервничалась, когда я спросила ее, если она знала что-нибудь о личной жизни Одесского.
Сергей поднял глаза от своего ноутбука.
- Пожалуй. Она кажется действительно встрепнулась, когда ты спросила ее об этом.
Светлана кивнула.
- Это интересно, - сказал Сергей, посерьезнев. - взгляни туда, в нижний ящик его бюро.
Светлана обошла кровать со сторны спинки, чувствуя ноющую депрессию при виде пустого матраса. Различные флаконы с туалетной водой, одеколоном и гелями, пустые, полупустые и едва начатые были осмотрены Сергеем. Платов старался вовсю. Он осмотрел маленький верхний ящик сначала и взял образцы из всех емкостей, все, чем, возможно, пользовался Одесский. Тогда она наклонилась к нижнему ящику и потянула его. Ничего особенного, несколько хлопковых свитеров.
- Сережа, почему во всей комнате пол паркетный, а внизу шкафчика астелено ворсовое покрытие?
- Остлось от старой обстановки? - предположил Сергей. - шафчико никто не занимался, все равно он всегда закрыт. Вот пол там и не стали менять.
- Может быть, - пригляделась Светлана. - Дай-ка мне твой складной нож.
Получив от напарника хороший немецкий складной нож из золингенской стали, Светлана поддела им тонкий ворсовый слой и потянула его на себя. Под слоем коврика оказался такой же паркет, как и во всей остальной комнате, првда в центре одеой из панелей оказалось круглое отверстие шириной сантиметров пять.
Просунув в него пальцы, Светлана с силой дернула его и панель выскочила, обнажив нишу в полу, на дне которой лежал широкий черный дипломат с кодовым замком.
Она вытащила его.
Сергей помог ей выломать ножом надежный, но не устоявший перед столь грубым напором замок, и в нетерпении Светлана откинула крышку дипломата.
- Уау, - вырвалось у нее.
Содержимое дипломата было разнообразно, малая часть его была самодельная, большая приобретенная: мягкие кожаные зажимы- манжеты и ключи к ним, разнообразные наручники, хлыст, зажимы и фиксаторы для сосков, коробка белых свечей, перцовый пластырь, колючие щетки и грабельки, ручной дилдо и сложенный искусственный член на батарейках, мешок от клизмы и резиновый шланг, опасная бритва, множество разнообразных колец для члена, интимная смазка, хирургические перчатки, набитый доверху ящик, полный садо-мазохистских приспособлений и аксессуаров. Она была знакома со всем этим с предыдущего места работы, но теперь, как тогда, устройства казались ей излишне научными и клиническими, как будто они были инструментами пыток инквизиции.
Привстав на одно колено перед ящиком, она смотрела в него. Тайны. Светлана держала бы пари, что Одесский никогда не мечтал, что посторонние - этим утром пять или шесть из них, по крайней мере - небрежно пройдут мимо скрытого тайника эротики. У внезапной смерти, неожиданной смерти, как считала Светлана, был собственный характер. Это не происходило каждый раз, только у отдельный людей, и это порой было со значительной мерой иронии. Это обнажало тщательно скрываемые тайны, как считала Светлана. В один неожиданный момент внезапная смерть упрямо представила все, что предназначалось, чтобы быть скрытым, скрытые вещи, которые люди ревниво охраняли с постоянной бдительностью и всей двуличностью, которую они могли создать. Это давало понять: вы ничем не управляете, даже вашими собственными тайнами, которые в любое время могут быть выхвачены из темноты и брошены на свет.
Она подумала о Сергее позади нее, вероятно с его главной склонностью к его ноутбуку, но его глаза искоса наблюдали за нею.
'Не занимался ли этим Одесский', сказала она многозначительно.
'Как мы знаем?'
- Мы должны сфотографировать и запротоколировать весь этот материал, - заявила Светлана, и затем бросила взгляд на угол конверта из оберточной бумаги на самом дне дипломата. Она тщательно зажала его за угол и потянула его из-под сваленных аксессуаров, пытаясь не надорвать его. Она открыла конверт и свалила ассортимент фотографий на пол, черно-белых и цветных, некоторые, которые, казалось, были недавними, другие, возможно, на несколько лет старше и со следами частого использования. Было более десятка фотографий, которые она разложила перед собой.
В каждом из трех черно-белых и восьми цветных фото мужчина, приближавшийся к сорока годам, позировал голым во множестве порнографических положений с прекрасно сложенной манекенщицей. Манекенщица носила резиновую маску садо-мазо и держала опасную бритву в одной из ее рук в перчатках, на одном из фото она сидела на могучем фаллосе партнера, при этом лицо женщины было искажено показным мучением. Каждая фотография была изменением позиции. Но Светлане это не было интересно. Она уже узнала лицо Одесского на цветных фото.
Одесский был на каждой из четырех цветных фотографий, которые были размером четыре на шесть и, похоже, были сняты недорогим аппаратом. На первой фотографии он был привязан к кровати при помощи ремней, найденных в дипломате, а его голова была привязана за шею эластичным ремнем к спинке кровати, была видна его затекшая, красная шея, когда он напрягся, чтобы повернуть свое гримасничающее лицо подальше от камеры. Его тело было покрыто красными пятнами от ударов, ожогов или сжатий, недавно поставленных. Другие его фотографии были изменениями той же самой позы - в двух из них он была связан лицом вниз - устройства были по-разному и изобретательно применены.