Страница 7 из 62
- Нет, нет.
-Ты быстро поправляешься, - продолжил он, когда она встала с кушетки. - Тебе скоро полегчает.
- Замечательно, - сухо сказала она, заметив, что его блокнот был чистым, без каких-либо пометок. Она отвернулась и взяла свою сумочку со стола около двери. Георгий открыл двери, выпуская ее из своего кабинета, одновременно другой рукой приобняв ее за талию.
- Продолжим завтра, - сказал он, чувствуя побуждение волнения.
Марина колебалась какой-то момент. Георгий подумал, что она собиралась что-то сказать, но затем она высвободилась из его руки и ушла.
Толпа в кабинете Сафонова была немного меньше сборища полицейских этим утром в спальне Ивана Одесского. Платов и Девадзе просидели весь день на телефонах, разыскивая подноготную информацию об Одесском, его делах, его друзьях, его врагах. Кроме того, они сличали данные о месте преступления и ожидали Кирилла со Светланой, чтобы и те смогли выложить всё, что успели откопать.
Александр Дмитриевич выглядел нервным и возбуждённым, раздражённым ожиданием двух сыщиков. И хотя, если уж на то пошло, он сам настоял на встрече с Ксенией, Сафонов с трудом мог простить им небольшое опоздание. Платов же нисколько не убавил той спеси, что он продемонстрировал утром.
Кирилл со Светланой ещё не успели закрыть за собой дверь, как Сафонов выскочил из своего кресла:
- Прекрасно! Начинаем.
- Итак, в пятницу, шестнадцатого июня Иван Одесского встречается со своими друзьями в баре 'Альфонс'. Он уходит в половине второго, вместе с Ксенией Колчак. В ту же ночь его убили в его же собственном доме. Популярного певца. Звезды эстрады, высокопоставленные друзья. В общем, творческая социальная среда. - начал отчет Платов. - Итак, такие люди не любят рисковать. У нас есть какие-нибудь улики?
- На теле не было найдено отпечатков пальцев, кроме самого Одесского.
- Вы проверили? Вазген?
Оганян, будто эти слова подключили его к сети, начал чтение своих записей:
- Механическая асфиксия с помощью подушки. Никаких чётких отпечатков, никаких следов взлома, ничто не пропало.
- Другими словами, - сказал Сафонов, ныряя назад в кресло, - ничего нет.
- Дай закончить человеку, - произнёс Платов. Он наливал две чашки кофе из кофеварки, стоявшей на столике невдалеке от окна. Затем в одну из них он налил обезжиренных сливок и добавил сахар - как раз столько, сколько любит шеф.
- Я ценю это, Сергей, - высказал Сафонов с сарказмом. - Действительно, ценю. -только я еще не трухлявый пенек, чтобы ему оказывали покровительство молодые коллеги.
- Всегда рад, шеф, - невозмутимо ответил Сергей. Он поставил чашку с кофе перед Алексеем Дмитриевичем и сделал глоток из своей.
- На подушке также не было обнаружено ни единого отпечатка, - продолжал Оганян равнодушно. - Так что преступление относится к группе 'Ка-дэ'...
- Ка-дэ? - переспросил Калинкин,
- Кусок дерьма, - перевёл Платов. И после некоторых раздумий добавил: -ну я так думаю.
- А что насчёт шарфа? - спросил Сафонов.
- Дорогой. 'Гурджи', стоит четырнадцать тысяч.
Сафонов в удивлении наклонил голову. − больше двухсот евро за один шарфик. Кто это так разбрасывается деньгами?
- Богатые люди, - ответил Сергей.
- Ага, я понимаю. Но такие за шарф? За этот кусочек шёлка?
- Александр Дмитриевич, - произнёс Сергей тоном, показывавшим отставание шефа от жизни.
- Я связался с 'Гурджи' - есть тут один их офис на Северной. Они продают по восемь - десять штук в неделю только здесь, в нашем городе. В Москве головной офис, существует ещё один 'Гурджи' в Питере, там тоже - по восемь-десять штук. Под новый год продаётся ещё больше, сказали они. В общем, как сообщили в 'Гурджи', за год по стране расходится около двадцати тысяч их изделий. А это двести восемьдесят тысяч в год. За фирменные шарфики. Вот таким-то.
- Дохлое дело, - сказал Сафонов. -Если она купила его в столице , или Питере, или ещё где-то в том же духе, то бесперспективно.
- Она? - переспросил Сергей. - Почему вы считаете, что это была она?
- Есть ли доказательства, что он занимался сексом с мужчинами? - адресовал вопрос Платову и Калинкину Сафонов.
Оба сыщика отрицательно замотали головами:
- Никаких.
- Это была она, шеф.
- Ага, - подтвердил Оганян. - Биологический анализ показал, что у нас нет оснований предполагать, что он интересовался парнями.
- Удвительно, - вывел Девадзе.
- Расскажите нам о порошке, - попросил Сергей.
- Кокаин, как и ожидалось, Сережа...
Платов обменялся с Сафоновым взглядами, скрестившимися наподобие мечей.
- ...высокого качества, высокого содержания. Это дерьмо много чище любого из тех партий, что обнаруживали люди из ФКСН. Большая часть компонентов соответствует европейскому уровню. У обычных нариков на такой нет денег.
- Ну деньги-то у него были, - вставил Калинкин. - у покойного.
- Вот, - продолжил Оганян, - он втягивал его. Были обнаружены следы частиц кокаина на его губах и пенисе...
- Он что и членом его втягивал? - вмешался Сафонов.
Светлана усмехнулась:
- Все не так просто. Это природная заморозка, кокаин, который снимает какую либо боль. Часто мужчина мажет головку своего члена кокаином, чтобы снизить ее чувствительность и значительно продлить половой акт. Я думаю и в нашем случае это имело место.
Сергей сделал ещё один маленький глоток кофе и спросил:
- Откуда у тебя такие познания?
Возович одарила его взглядом словно учительница на тупого ученика.
- Я шесть с половиной лет проработала в 'блядском' отделе. Меня все проститутки города и окрестностей знают. Вот и поделились опытом.
Сафонов открыл папку:
- Он мог этим заниматься с Колчак? Её подозреваете?
- Света? - спросил Сергей.
Возович пожала плечами.
- Кирилл?
- Возможно она причастна.
- Ладно, - сказал Александр Дмитриевич, - тогда дайте мне высказать своё мнение. Она - подозреваемая.
Платов внезапно подпрыгнул на кресле, будто его тряхануло током:
- На каком основании?
У шефа, оказалось, существовали свои собственные заметки:
- Ксения Колчак. Двадцать семь лет. Ранее не судима, закончила факультет журналистки. Дочь Людмилы Парусовой и Анатолия Колчака.
- Ну, это все хорошо известно, - произнёс Калинкин.
- Она - проворный книжный червь. Закончила очень хорошую государственную школу. Не из тех левых колледжей, которые часто даже не аккредитованы, - Калинкин покраснел, его диплом 'Евразийской юридической академии' вызывал немало вопросов.
- Она не самая спокойная женщина, - сказал Сафонов. - думаю, разменяла уже вторую сотню мужчин.
- Не верю ушам своим, - выдавил из себя Платов. - Но как можно вносить ее имя в список подозреваемых только на основании её беспорядочных связей?
- Подожди. Дальше - больше. Она незамужем...
- Я тоже свободен, - встрял Калинкин. - У вас что-то есть на эту девочку, так поручите мне её защиту. Действительно...
- ...но она уже однажды была обручена. С Михаилом Флеровым.
- Своим водителем? - предположил Девадзе.
- Михаилом Флеровым? - переспросил Сергей. - Подождите-ка секунду... Мы, случайно, говорим не о Мише-Пушке?
- О нём самом, - кивнул Сафонов.
- Эго немыслимо, - решительно произнёс Девадзе.
- Кто? Кто это такой? - настойчиво добивался Калинкин.
- Этого не может быть, - сказал Оганян.
- Они даже сыграли свадьбу...на Мальдивских островах.
- Да кто это? О ком вы? - Калинкин приподнялся над своим креслом как человек, пропустивший мимо ушей всю 'соль' анекдота, заставившего остальных изойтись от хохота.
Платов решил прекратить его страдания:
- Михаил Флеров, коллега. Ты же спортом не интересуешься... Он был хоккеистом, выступал в КХЛ за 'Локомотив'... Он был прекрасным снайпером: великолепная техника, мощнейший бросок...
- С обеих рук, - подсказал Гоча.