Страница 59 из 62
Когда он был твердо связан, и его веки были нагружены наркотиком ожидания, время стало течь медленнее и медленнее, пока словно не остановилось, и он оставался о тишине и неподвижности. Его глаза трепетали, и через экраны его ресниц он видел, что она раскладывала в стороны ее длинных золотых волосы, смотря вниз на него. Она была так красива, даже каждый ее оттенок.
− Елена, − сказала она, и она скинула волосы за левое плечо. Бонго видел, что она была замечательна и сверхъестественна. − Елена, − назвала она его по псевдониму в той, настоящей реальности из стулии Алисы Газаровой. − У меня есть история, чтобы расказать вам. Это не история для психоанализа..., это - просто ... моя история. Она вертела шеей, когда опускалась на его тело, как будто она пыталась уменьшить жесткость. − Если вы не будете знать мою историю, то вы не поймете.
Это не было тем, что он ожидал - а что он ожидал? - но он не сомневался ни секунды. Для него она была волшебной, и у волшебства был свой собственный специфический курс. Он ждал продолжения.
Пока Рита массировала его соски, она начинала смотреть вдаль, вспоминая в свою историю.
- Я должна была догадаться обо всем с самого начала. Ночь у бассейна, когда она сидела, опустив ноги в воду, не видя ничего, я должна была догадаться, она была там, наблюдала, пока он это делал со мной. Я хотела убедиться, что она все видела.
Георгий ощутил перемену ее настроения, чувствуя внутренную сторону бедер Риты против его бедер, ее ягодиц, покоившихся чуть ниже его пупка.
- Но мне было слишком страшно.
Рита приблизилась к нему, чтобы видеть его яснее.
- В тот вечер она пришла пожелать мне доброй ночи. Я это заметила, потому что после этого она никогда уже этого не делала. Для нее я стала невидимкой. И тогда я наконец призналась себе, что я ее ненавижу. И я хотела, чтобы она знала, что я ее ненавижу.
Она развернулась на его животе, переместила свое тело вперед и выставив вульву к его лицу, стала надрачивать Георгию член.
- Потом он начал подходить к моей кровати поздно ночью, чтобы положить свои руки на меня ... и в меня ... и учить меня, как заниматься мастурбацией. Мне удалось убедить себя, что я не знала о его визитах, потому что он входил настолько поздно, что он, очевидно, ждал, пока я не засну. Мама знала об этом. Когда она ходила по магазинам и оставляла нас дома по субботам днем, она знала. Когда два из нас отсутствовали в течение получаса или так по вечерам, она никогда не спрашивала, где мы были. Она знала.
Она продолжала дрочить член Георгия, а он игрался языком с ее вульвой.
- С течением времени мы приспособились к установленному порядку, в котором я по существу вытеснила ее роль жены. Она читала журналы, смотрела телевизор, делала маникюр и новые прически. Она постепенно становилась все более отчужденной от меня. Были периоды, когда мы были в комнате вместе, и она действовала так, как будто она была одна. Я стала невидимой для нее. Она даже не видела меня.
Она перевернулась и вгляделась в лицо Георгия. Она уставилась на него, но ее глаза не вступали в контакт с ним.
- Я никогда не говорила ей, что я чувствовала, - сказала Рита. - Я не могла. Да и как я могла?
Она сделала паузу.
- Я начала шпионить за нею, - сказала она с нахлынувшей легкостью. - Однажды днем, когда она вышла в бассейн, чтобы загорать, и я знала, что она пробудет там некоторое время, я вошла в ее спальню. Я почувствовала волнение, головокружение, словно я оскорбляю границы святилища, ломаю табу. Комната была пышной, как я сейчас понимаю, с мишурой плохого вкуса. Но я была ребенком, и я тогда думала, что это было красивое место. Я просмотрел все ее ящики с одеждой и шкафы, просмотрела ее свернутое нижнее белье, коснулась всего этого. Делая это, я чувствовала странную близость с ней, которая удивила меня, что-то, которое я никогда не испытывала прежде. Это казалось мне странным, даже тогда, будучи подростком, чтобы чувствовать себя ближе к ней, когда я возилась с ее нижним бельем, чувствуя, словно я физически около нее. Я думала, что возможно я найду что-то среди ее безделушек, который объяснил бы ее отношние ко мне.
Она надрачивала взбухший член Георгия, смочив его слюной.
- Я нашла искусственный член на батарейках.
Естественной смазки ей показалось мало и она смазала член Бонго вазелином.
- Какая вещь для ребенка, - сказала она с горькой хрипотой. - Это был реалистичный инструмент, не только, пластмассовая труба, но и анатомически приспособленная, из гибкого латекса телесного цвета. К этому времени я была уже знакома с реальной вещью, и мне потребовался только момент, чтобы понять гротескную иронию в том, что я нашла.
Рита продолжала дрочить Георгию член, глядя ему в глаза.
- Случается, - выдохнул Бонго.
Рита медленно кивала и приподнималась немного на коленях. Мышцы в ее бедрах реагировали на что-то несвязанное с тем, что происходило между ними.
- Однажды ночью мы смотрели телевизор. Программа сдвинулась, она не хотела смотреть, но ее любимое шоу было намечено прямо после нее. Я точно не помню во всех деталях. Так или иначе она решила искупаться и возвратиться через полчаса смотреть шоу. Как только она ушла, он начал трогать меня. Я решила - пора.
Рита сменила позицию и улегшись, стала водить наряженным членом Георгия по своей груди.
- Я позволила ему начать раздевать меня, - продолжала она. - Я закрыла глаза, чтобы не видеть его выражения лица. Но внезапно я услышала быстрые шаги в другой части дома, и именно тогда он кончил.
Рита просунула член Бонго между своих грудей, повозила им туда-сюда, затем снова уселась ему на живот и смочив член слюной, продолжила игры с ним.
- Как вы думаете, как она отреагировала на то, что она увидела? - спросила Рита, глядя на Георгия сверху вниз. Она улыбнулась ему, сардонической и самодразнящей улыбкой. - Как вы думаете?
Это был риторический вопрос. Она не ожидала ответа, и кайфующий Георгий в пелене удовольствия ничего не мог сказать.
- После лежания неподвижно и одышки некоторое время, он наконец отвалился от меня, - продолжала она. - Он надел свои штаны и ушел без слов, не смотря на меня, как всегда. Это вызывало жалость. Его. Мою. Ее. Всех нас. Я пошла в ванную и тщательно вымылась, и затем вернулась в гостиную только, чтобы увидеть, как она будет обращаться с ним.
Рита все более ожесточенно дрочила Георгию член, время от времени смачивая его слюной.
- Она уже сидела на своем обычном кресле, смотря свое телешоу. - Рита наклонилась немного вперед к лицу Георгия. - Просто поедая мороженое, - она прошептала, и Бонго ощутил ее тяжелое от вина дыхание.
Рита распрямилась. Она соскользнула к краю кровати, ногами съехав на пол. Одной рукой работая с членом Бонго, другой она теперь держала его яйца.
- Я как сейчас помню. У нее была большая коробка мороженого, три различных видов. Я был ошеломлена: есть мороженое, после того, что она видела, было ошеломляюще. Она не говорила со мной, когда я вошла и села. Она не смотрела на меня. Я знаю, потому что я никогда не отводила взгляд от нее.
- А твой отец? - спросил Георгий.
Она подняла брови.
- Да, Он возвратился в комнату, также ... принес мороженое. Я не помню скольких видов. Это было просто удивительно. Я имею в виду, это было удивительно для меня. Почему это не было удивительно для них? Отец спросил меня, хочу ли я немного мороженого также. Я просто покачала головой. Удивительно, как я тогда не получила инфаркт.
Георгий смотрел на Риту. Его сердце трепетало так отчаянно, поэтому он не двигался, чтобы Рита на почувствовала его волнение.
- Я никогда не забуду ту ночь, - продолжала Рита. - Я былa оскорблена и напугана. Но я это все пережила. Ваш дух не умирает, таким образом, он может подвергаться пыткам без конца, и вы просто продолжаете идти вперед и вперед.