Страница 11 из 39
То, что Савинков так со мной разоткровенничался, абсолютно его не оправдывает. Многих преступников тянет поговорить о совершенном злодеянии и вращающихся вокруг него фактах.
Но все-таки непохоже, что это пенсионер. Ведь сразу после убийства Сосновской кто-то залез в квартиру Ильи и все там перевернул. Разве это не наводит на мысль, что убийца был связан с бизнесом мадам? Но вполне может оказаться, что разгром квартиры Ильи и убийство мадам не связаны между собой. Хотя совпадение подозрительное…
А если Савинков ни в чем не виноват, то почему ничего не рассказал журналисту Вадиму? Потому что тот отказался писать в газете о его проблемах с ремонтом? Вадим показался ему черствым и, значит, не заслуживающим доверия. Короче, непрофессионально сработал, не нашел нужного подхода. Так же, как и следователь. Поскольку к соседке Савинков не питал теплых чувств, то его мало волнует, постигнет её убийцу кара или нет. Вроде все сходится. Но, возможно, есть другая причина? Решив позже вернуться к этому вопросу, Дашка стала размышлять, к кому из списка подозреваемых ей отправляться дальше? И с какой легендой? Конкурентов покойной мадам логичней было оставить на потом, как самый сложный по части проверки вариант. В этом Дашка была полностью согласна с Вадимом. Племянник Сосновской вызывал все больший интерес. Дашка охотно продолжила бы следствие, разрабатывая его версию. Родственники, и особенно наследники жертвы — очень часто первые подозреваемые. Это азы криминалистики. Но именно поэтому Дашка решила немного подождать знакомиться с Артемом Стрельцом. Если им занимается следственная бригада, то сейчас он может быть мало расположен к встречам с прекрасными незнакомками. Пока что логичней ненавязчиво (насколько выйдет) побеседовать с мамой мальчика Ириной и с актрисой Светой. За это время что-то может проясниться в отношении Стрельца и фирмы-конкурента. Кстати, Вадиму не всегда хватает профессионализма», — подумала она, сочувственно вздохнув.
Как известно, аппетит возрастает по мере вкушения пищи. То же самое часто касается и денег. В то время, когда Дашка рассуждала о своем знакомом-журналисте, Дмитрий Петрович Савинков набрал не спеша нажал семь кнопок на своем стареньком телефоне и сказал в трубку: «Придется Вам посетить меня в ближайшее время — сегодня или завтра. Не придете послезавтра я иду к следователю».
Артем Стрелец — высокий симпатичный юноша — на несколько секунд остановился перед входом в подъезд, где находилась квартира его покойной тетки. Во всем облике Стрельца — походке, жестах, манере одеваться чувствовалась горячая любовь к собственной персоне. Он небрежно провел рукой по своим красивым светлым волосам, прикидывая, где находятся окна этого полусумасшедшего старика, что такого он мог видеть, и чем это грозит ему, Артему Стрельцу.
«Отвязаться бы поскорей от этого деда, и так проблем выше крыши!» подумал молодой человек и решительно потянул на себя ручку входной двери.
— Взгляните, что у меня тут творится благодаря ремонту в Вашей, да-да, теперь уже Вашей, квартире. А ведь я никому ничего не рассказываю о том, что здесь происходило, хотя ходят тут всякие, интересуются. Я и дальше буду молчать, но Вы уж потрудитесь возместить, — ехидно сказал пенсионер.
— Я думал, Вы с тетей уже обо всем договорились, — глаза Стрельца беспокойно ощупывали вид из окна.
— Как же, договорились! Уж если Вы с ней все никак не могли договориться, то где уж мне! — Савинков захихикал. — А как Вы ругались-то на весь дом, помните? Я вот отлично помню. Сейчас это многим будет интересно! Я ведь и не подозревал, какая важная персона была Ваша родственница. Хотя сейчас вся важность в деньгах, верно? Уж не только из милиции были, но и журналист из газеты, и девчонка какая-то. Сказала, что из ЖЭКа, практику там проходит. Но я, как только она ушла, позвонил туда и узнал, что никаких практикантов к ним никогда не присылали. Вот так-то точно сыщица какая-нибудь. Может, частный детектив? Их сейчас столько! Я недавно в фильме похожую сыщицу видел: высокая, фигуристая. А говорит — как пишет.
— Ну, и сколько же Вы хотите за потолок и за швы? — спросил молодой человек, с грустью подумав, что теперь ему придется с опаской относиться к своему любимому типу женщин.
— Пять тысяч.
— Чего пять тысяч? — изумленно спросил Стрелец.
— Долларов, естественно, чего же еще, — усмехнулся пенсионер.
— Да ты сдурел, старый, тебя грохнуть дешевле будет! Причем гораздо! - взвился молодой человек. — И что это ты такое видел, интересно, за что я тебе такие бабки должен платить?
— Сам знаешь, что я видел, не кипятись. Тебе же гораздо проще заплатить и жить спокойно, сам понимаешь. Тем более я лишнего не прошу.
Стрелец вдруг как-то сник и тихо сказал:
— Хорошо, я отдам Вам деньги. Но сейчас у меня нет такой суммы, придется подождать.
— Неделю подожду, не больше.
— Хорошо, через неделю я заеду к Вам.
Дашка отправилась в фармацевтическую фирму, где работала Ирина — мама бывшего пациента извращенца-массажиста. Как девушка и ожидала, та встретила её настороженно, если не сказать враждебно. Через минуту разговора, стало ясно, что никакие ухищрения здесь не помогут. Но Дашка не привыкла легко отступать. Вначале, готовясь к встрече с Ириной, она хотела представиться корреспондентом газеты. Но передумала и назвала себя консультантом по психологическим проблемам у детей.
«Ирина, конечно, уже водила ребенка к врачу, — рассуждала Дашка. — Но возможно, она захочет получить консультацию ещё одного специалиста». Однако и из этого ничего не вышло. Видимо, все медицинские центры и прочие учреждения с некоторых пор вызывали у Ирины ужас и отвращение. У Дашки мелькнула мысль, что помощь психолога прежде всего нужна именно Ире.
— Ну, поймите, Ирина, может, я смогу чем-нибудь помочь, — Дашка сделала последнюю попытку.
Кроме того, что ей так нужно было вытянуть из этой женщины хотя бы какую-то информацию о Сосновской и её делах, Дашка действительно могла бы попробовать дать несколько несложных практических советов. Психология всегда была её любимым предметом, и многие знакомые говорили Дашке спасибо за её консультации. Но если душа восстала против кормящихся возле медицины паразитов, то ничего удивительного, что и дипломированные психологи могут оказаться бессильны.
— Да убирайтесь Вы к чертовой матери! — неожиданно сорвалась на крик Ирина. — Зачем так нагло лезть не в свое дело!
— Успокойтесь, пожалуйста, — как можно спокойнее сказала Дашка.
— Вы что, не понимаете? Мне не нужна никакая Ваша помощь! Сами уйдете или Вам помочь?
В её глазах мелькнуло выражение жгучей ненависти. Дашке показалось, что ещё секунда, и Ирина начнет выталкивать её за дверь.
По дороге домой девушка пыталась понять, что это было. Ей и самой не хотелось вспоминать, что Вадим рассказывал ей об одном из направлений порно-бизнеса, в котором оказался замешан сын Ирины. Законы многих стран Запада очень строги по отношению к детскому сексу. В одних порог сексуальной зрелости — восемнадцать лет, в других ещё выше. В странах Скандинавии можно загреметь за решетку только за просмотр порнофильма с участием лиц, не достигших определенного возраста. В нашей стране законы в отношении детской «клубнички» гораздо лояльней. Западные поклонники не могли не заинтересоваться этим. И, конечно же, нашлись люди, готовые за определенную плату (солидную, надо заметить) удовлетворить их потребности. Открылось несколько подпольных студий, где снимали фильмы с участием мальчиков в возрасте десяти — двенадцати лет.
Вскоре милиция активно занялась поиском этих «островков удовольствий». Насиженные гнезда разорялись, воротилам, которым удалось спастись, приходилось искать новые базы. Сосновская, учитывая опыт предшественников, придумала оригинальный выход.
Что все-таки двигало Ириной, когда она выгоняла Дашку? Неприязнь к человеку, бесцеремонно бередящему чужую рану? Или что-то еще?
«Все равно, на затаившуюся преступницу эта задерганная мать-одиночка не похожа, — подумала Дашка, но тут же одернула себя. — А ты их когда-нибудь живьем видела? Вадим говорил, что в беседе со следователем Ирина сказала, что иногда жалеет, что не она убила эту сволочь».