Страница 11 из 90
Когда поднимались по трапу в самолет, Мадлен, которая одной рукой сжимала свой розовый чемоданчик с диснеевскими принцессами, а второй держала за руку Лили, споткнулась и ударилась ногой об острый край одной из металлических ступенек. Но даже это не омрачило ее радости. Она мужественно терпела боль и только негромко вскрикнула, хотя почти сразу у нее на голени проступил огромный синяк. Больше за время перелета не случилось ничего примечательного. Детская компания не скучала. Боюсь показаться предвзятой, но должна отметить, что Мадлен вела себя идеально. Позабыв об ушибе, она весело щебетала, читала и раскрашивала картинки. Она всегда этим занималась в дороге.
В аэропорту «Фару» нас встретил водитель микроавтобуса, который мы заказали заранее. Он отвез нас в комплекс «Оушен клаб», расположенный в поселке Прайя-да-Луш. После регистрации представитель компании «Марк Уорнер» повез нас к нашему корпусу. Наши номера находились в пятиэтажном здании, расположенном прямо у дороги Руа Доктор Агостино да Силва. Рядом с домом была парковка. Веранда в задней части здания выходила в сад, к бассейну и теннисным кортам. Дэвид, Фиона и Дайан поселились на втором этаже, а все остальные — на первом. Джейн и Рассел заняли номер 5D, а Мэтт с Рейчел — 5В, соседний с нашим 5А, который был угловым. Номер оказался замечательным. Он был даже красивее и просторнее, чем мы ожидали, к тому же был оснащен всем необходимым. Хоть я и завидовала Дэвиду с Фионой, у которых из окна открывался вид на море, нам зато можно было не бояться, что кто-то из детей свалится с балкона.
Позже в британской полиции нам объяснили, что первый этаж, прямой доступ с дорог, проходивших вдоль фасада и торца здания, а также отдельный вход, частично скрытый деревьями, делали наш номер отличной мишенью для грабителей и прочих преступников. Однако тогда мы ни о чем таком не задумывались. С нашей точки зрения, мы поселились в безопасном семейном доме отдыха. Слева от входной двери находилась кухня, дверь из которой вела в гостиную. Справа от входной двери располагались две спальни, разделенные ванной. В гостиной стояли два синих дивана, кофейный столик, телевизор, обеденный стол и кресла. За стеклянными раздвижными дверьми находилась веранда с лестницей, которая вела к калитке — это был выход из корпуса. Наверху лестницы были установлены специальные воротца, чтобы маленькие дети не могли выйти самостоятельно. Прожив там пару дней, мы практически перестали пользоваться передней дверью. Выходили из дома и входили в него мы через раздвижные двери. Специальные складные детские кроватки для Шона и Амели, которые принесли нам по нашей просьбе, были поставлены в ближайшей к передней двери спальне. Поскольку рядом с другой спальней находилась дверь на веранду, а сама комната была больше и ярче, мы решили, что поселим в передней спальне всех троих детей, так как не сомневались, что в ней они будут только спать. В своей комнате мы сдвинули две кровати вместе. В комнате детей мы кровати, наоборот, отодвинули к стенам, а посередине поставили две складные детские кроватки.
Обустроив места для сна, мы вышли к бассейну, чтобы встретиться с остальными, — Джейн, Рассел, Рейчел, Мэтт и их дети приехали несколькими часами раньше. С задней стороны дом был отгорожен от пешеходной дорожки невысокой стенкой с калитками, через которые можно было пройти в номера первого этажа. Бассейн с другой стороны дорожки тоже был обнесен стеной, поэтому, чтобы туда попасть, нужно было, выйдя из дома, свернуть налево, пройти несколько ярдов по Руа Доктор Франсиско Гентиль Мартинс, повернуть направо и войти в ворота. Поскольку мы занимали угловой номер, наша калитка выходила прямо на Руа Доктор Гентиль Мартинс.
Погода был достаточно приятной. Правда, дул прохладный ветер, но дело было в апреле, поэтому мы не жаловались. Поскольку я из тех людей, которые очень чувствительны к холоду («Нарасти мяса!» — постоянно твердят мне закаленные шотландские родственники Джерри), когда Мадлен потянула меня в бассейн купаться, не скажу, что я обрадовалась. Но увидев ее горящие глазки, возбужденное личико, я пошла надевать купальник. Вода была ледяная, но Мадлен запрыгнула в бассейн сразу же, хотя от внезапного ощущения холода у нее даже на несколько секунд пропал голос. «Не бойся, мамочка!» — крикнула она, когда снова смогла говорить. Я неуверенно подступила к воде. Помню, с ближайшего шезлонга за нами наблюдал мужчина с двумя сыновьями. «Чего только не сделаешь ради детей!» — пожаловалась я ему. Потом я попросила Мадлен считать до трех и приготовилась прыгнуть в воду. Это стоило того и всегда будет стоить, — видеть, как она заливисто хохочет. Пусть даже после этого нам пришлось три часа греться в номере.
Все еще дрожа, мы отправились на встречу с представителями компании «Марк Уорнер», которые рассказали обо всех удобствах в гостинице и о том, и какие мероприятия будут проводиться в комплексе. Детей мы записали в Детский клуб, который начинал работать со следующего дня. Клуб предлагал самые разные развлечения, как в помещении, так и на открытом воздухе, каждый день другие: купание в бассейне, путешествие за мороженым, катание на лодках у пляжа, строительство замков из песка, мини-теннис, а также всякие художества, пение и чтение вслух.
После встречи мы пошли обедать в ресторан «Миллениум». Гостиничные комплексы компании «Марк Уорнер», в которых раньше отдыхали наши знакомые, были довольно компактными, но в Прайя-да-Луш жилые корпуса и прочие принадлежащие комплексу здания были разбросаны по всему поселку, и чтобы попасть в некоторые из них, нужно было идти минут десять. До ресторана от нас было полмили — далековато для целой оравы маленьких детишек. Поскольку отдыхать планировалось всего неделю, мы решили путешествовать налегке и не брать с собой двухместную коляску Шона и Амели, рассудив, что много ходить нам не придется, раз все, что нам нужно, сосредоточено в одном месте. Поэтому по дороге в ресторан мы часто останавливались и решали, чья очередь кого нести. Официанты в ресторане оказались очень вежливыми и приветливыми. По нашей просьбе для нас сдвинули столы, чтобы мы могли сидеть все вместе.
Поев, все мы вдруг почувствовали себя очень уставшими. Когда вернулись в свой номер, начались обычные приготовления детей ко сну (ванна, пижамы, молоко, сказка, укладывание). Мы выбились из графика на целый час. Мадлен была в восторге от того, что ей придется жить с близняшками. Дома у нее была своя комната. Мы тоже были довольны, что они оказались вместе. Ее кровать стояла ближе к двери. Кровать у окна пустовала. Поселившись в номере, мы сразу опустили управляющиеся изнутри наружные жалюзи и задернули шторы. В таком положении они и оставались всю неделю. В это время года ночи еще не были теплыми, поэтому открывать окна мы не собирались. А днем, посчитали мы, закрытые жалюзи и шторы, наоборот, сохранят внутри номера прохладу. Из-за этого в комнате всегда было темно, но днем дети все равно проводили время в другом месте, а по ночам мы всегда оставляли дверь приоткрытой, чтобы в комнату попадал свет.
Уложив Мадлен и близняшек, мы с Джерри, перед тем как лечь спать, еще какое-то время разговаривали и читали. В первую ночь все спали как убитые. Утром в воскресенье, 29 апреля, мы проснулись рано, бодрые, освеженные и полные сил. Быстро умывшись, мы снова отправились в «Миллениум», где присоединились к уже завтракавшим друзьям, а потом развели детей по клубам. Пока наши трое проводили время с ровесниками, у нас с Джерри появилась редкая возможность побыть наедине, поиграть в теннис, побегать или просто расслабиться. Нам казалось, что для всех это идеальный способ получить от отдыха максимум удовольствия.
Но мы не хотели забывать, что у нас все-таки семейный отдых, поэтому сказали Мадлен, что она может не ходить в клуб, если не хочет. Мы были бы совсем не против, если бы она проводила все время с нами, потому что нам нравилась ее компания, но Мадлен, похоже, гораздо меньше заботила временная разлука с Джерри и со мной, чем нас разлука с нею. Главное — чтобы все были довольны.