Страница 89 из 90
Меня это устраивало и я уже подписалась на «Экономический вестник» и «Бухгалтерию сегодня». И вдруг звонок.
— Мисс Джордан? Вас беспокоит ассистент Эда Строссера из агентства «КСС». Мистер Строссер приглашает вас подъехать к нам в офис с фотографиями и демонстрационной кассетой.
— Но я в Солихалле!!!
— Надо ехать! — решительно сказала Мэри.
— Я не могу позволить себе билет до Лос-Анджелеса.
— Тогда скажи Строссеру, что встретишься с ним в Нью-Йорке.
Мэри была в восторге. Она наконец нашла способ уговорить меня отправиться с ними в Нью-Йорк на свадьбу Брайана Корена и Анжелики. Я не хотела лететь, не хотела снова присутствовать на свадьбе и отговаривалась тем, что у меня нет денег.
Мэри и раньше предлагала оплатить мой билет, но я отнекивалась. Теперь она предложила это снова. Подруга уверяла, что ей это ничего не будет стоить, что она уже столько летала в Америку, что ей полагается огромная скидка. Единственная оговорка — мы с Биллом полетим в третьем классе, в то время как она будет потягивать шампанское в первом.
— Брайан — один из твоих лучших друзей, — напомнила она мне.
Я понимала, что подтекст был такой: когда я буду встречаться с Эдом Строссером, Мэри к нам как бы случайно присоединится. Намерения ее порой совершенно прозрачны. Но у Мэри был нюх на успех. И я решила, что полечу.
Брайан и Анжелика венчались в соборе Святого Стефана на Манхэттене.
Это был прекрасный выбор. Невероятной красоты собор уже был украшен к Рождеству, но Анжелика попросила добавить к внутреннему убранству побольше белоснежных роз — таких же, как в ее свадебном букете.
Анжелика была именно такой невестой, какой мечтает оказаться однажды каждая маленькая девочка. Она плавно шла по проходу к алтарю навстречу Божьему благословению, в скромном платье от Донателлы Версаче и украшениях, которые даже издали выглядели очень дорогими… М-м-м. Я сейчас, конечно же, вспомнила Тиффани. Со своего места я не видела лица Брайана, когда невеста подошла к нему и встала рядом, но не сомневалась, что жених восхищен. Сегодня Анжелика была воплощением своего имени — ангелом.
Я закрыла глаза, когда невеста стала произносить клятвы, давая обет мужчине, который был когда-то центром моей маленькой хрупкой вселенной. Я подумала, что надо бы зажать уши, чтобы не слышать жаркого «да» Брайана в ответ на вопрос священника, но не стала этого делать. Рядом со мной сидели Мэри и Билл. Мэри зашуршала чем-то в сумке — она искала носовой платок. Билл громко шмыгнул носом, но я знала, что это не оттого, что он растроган, а из-за простуды. Когда одна из юных родственниц невесты пронзительно заголосила «Аве Мария», Мэри наклонилась к мужу и спросила, не будет ли невежливо, если она ненадолго заглянет в магазин «Мэйси», а уж потом они приедут прямо на свадебный банкет.
— Это здесь рядом, буквально в паре шагов, — сказала она.
Одна из тетушек Анжелики недовольно обернулась и громко шикнула на Мэри.
Я откинулась на спинку скамьи и посмотрела вверх, на свечи, горевшие над алтарем. Это был очень красивый собор, и Анжелика с Брайаном определенно выбрали самое подходящее — волшебное — время года, чтобы пожениться. Рождественские украшения, свет свечей — насколько это романтичнее, чем декорации к «Династии» в Малибу, которые придумала Эльспет. Если уж выходить замуж, то вот так, под Рождество, подумала я. Если мне вообще суждено выйти замуж. Буду ли я когда-нибудь стоять перед алтарем в белом платье по-настоящему, а не так, как с Эриком?
Брайан и Анжелика расписались в приходской книге, торжественно прошли к дверям и вышли на улицу, на мрачный Манхэттен. Мы сбились в кучку и несколько минут дрожали от холода, пока фотографы делали групповые снимки. Одна из подружек невесты накинула на плечи Анжелики меховую накидку, чтобы она не покрылась «гусиной кожей». Мы подбросили вверх белые конфетти, и тут следом за ними неожиданно посыпались настоящие хлопья. Пошел снег.
Анжелика стояла на ступенях собора рядом с мужем, словно Снежная королева, возвышающаяся над миром людей. Я вдруг вспомнила, как в конце августа, когда Ричард сказал мне, что все кончено, я тоже думала про Снежную королеву. Словно кусок ледяного зеркала попал Ричарду в глаз, а мне — в сердце.
Брайан поцеловал жену в щеку. И хотя в воздухе становилось все холоднее, от влюбленной пары исходило такое тепло, что всем было хорошо. О нас с Ричардом такого не скажешь. Не было у нас любви, такой огромной, что ее не могут вместить два тела, и каждый, кто смотрит на влюбленную пару, не может сдержать улыбку и чувствует себя на какой-то миг счастливым. Даже если он совсем одинок.
Мэри все-таки уговорила нас заскочить в магазин «Мэйси», так что в роскошный отель с видом на Центральный парк, который Анжелика выбрала для приема гостей, мы приехали в числе последних. Убранство зала продолжало тему зимней сказки. Коктейли с шампанским, которыми нас приветствовали на входе, назывались «Тройка» и «Розовый лед». Даже свадебный торт был сделан в форме гигантской снежинки.
Почетным гостям, прилетевшим из Англии, полагался один из лучших столиков. Я сидела с Мэри и Биллом, разумеется. Пока они сравнивали сверкающее «снежное» оформление свадьбы Анжелики с собственным, весьма скромным приемом, я крутила карточку с именем, которую обнаружила перед собой на столе, и прикидывала, сколько надо выпить разбавленного шампанского «на розовом льду», чтобы как следует напиться.
Место рядом со мной пустовало. Кто-то непростительно задерживался, так что с минуты на минуту за столиком можно было ждать нового человека. С одной стороны, пусть уж придет хоть кто-нибудь, даже если это окажется дядюшка жениха, который будет нести всякую чушь, а потом начнет приставать ко мне. Все лучше, чем в который уж раз сидеть на свадьбе одной, рядом с незанятым стулом. С другой стороны, я не очень-то хотела поддерживать пустой разговор с малознакомым человеком, который опять спросит: «Вы откуда?» — «Из Лондона». — «Ну надо же! А вы не знакомы случайно…» — «С королевой? Нет, лично не знакома. Извините».
Я посмотрела на карточку опаздывающего гостя. «Скотт».
Я позволила себе улыбнуться, вспомнив, как в последний раз на свадьбе видела человека с таким же именем. Брэнди рассказала мне, что Скотт Уолкер уволился из клиники Святого Экспедитора почти сразу после скандала, разразившегося в семье Нордоффов. Администрация вскоре узнала правду об Эльспет и быстро разобралась, что к чему. Они умоляли Скотта остаться, но оказалось уже слишком поздно. Скотт был сыт по горло богачами, которые считали себя вправе объяснять ему, как правильно работать и лечить, только потому, что у них были полные карманы денег.
Брэнди не знала, куда он уехал. Никто не знал.
«Жалко, — сказала она, когда мы говорили с ней по телефону, — мне он нравился. А ему нравилась ты. Жаль, что вы, ребята, не встретились при других обстоятельствах…»
«Да-да…» — вздохнула я.
Действительно жаль. Все могло быть по-другому.
Так или иначе, неизвестный гость так и не пришел, когда подали первые закуски — стопочки тоненьких блинов с копченым лососем и икрой.
— Боже, какие изыски! — сказала Мэри. — Так непривычно, они же полупрозрачные; знала бы — взяла бы с собой очки.
Гость не пришел и тогда, когда подали горячее — куриные котлетки, украшенные побегом падуба.
— Курица, — отметила Мэри. — Так же, как у нас на свадьбе, разве что ростков этих у нас не было.
И даже когда принесли сладкое, загадочный гость так и не появился.
— Попробую угадать. Должно быть, это «Снежная лавина»! — насмешливо сказала Мэри, когда официант с размаху поставил перед ней десерт из мороженого — так, что оно чуть не съехало с тарелки.
Я спряталась в туалете с пачкой сигарет и курила, пока гости произносили речи и тосты. Вышла я только посмотреть, как Брайан с Анжеликой, переплетя руки, возьмут серебряный нож и разрежут свадебный торт.