Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 14 из 45

– Понятно. Я, конечно, могу ошибаться, но думаю, что наш экстренный выход в нормальное пространство связан с нашим большим другом. Ну, раз так — штурману начать считать курс и готовиться к прыжку. Пилот — давай ускорение и курс на уход вглубь системы. Не хватало, чтобы сейчас тот линкор прямо нам на голову свалился…

– Капитан, проблема, — мёртвым голосом сказал Винтер.

– Что такое?

– Компьютер не принимает никаких координат для прыжка. Я знаю, где мы находимся — но компьютер не принимает координат.

– Ясненько, — ответил я. — В таком случае, я догадываюсь, с чем –то может быть связано. Пилот, у вас всё хорошо?

– Никак нет, — ответила Лена. — Управляющие сигналы проходят не очень хорошо. Корабль не набирает ускорение.

– Поздравляю, товарищи офицеры. Нас атакует вирус. Будем разбираться, откуда он. Хотя, пара предположений у меня есть. Джонс, выслать ремонтного бота к месту, куда нам попал тот дрон!

– Принято, капитан. Никак нет, не могу выполнить. Команда не проходит.

– Тогда свяжись с Васькиным, на предмет отделения бойцов, и ждите меня около шлюза. Идём наружу. Далее, связисты — локализовать и изолировать вирусные атаки. Если не выйдет — сделаем полный сброс всех систем. Перейти на ручное управление критическими системами. Старпом — принять управление!

– Так точно, капитан.

Я встал из капитанского кресла. Многочисленные экраны, на которые выводилась разная нужна информация, свернулись и ушли с моего пути. Путь до шлюза не занял у меня много времени. Бортинженер в компании двух десантников в полной броне уже ждали меня.

Первым делом — облачиться в скафандр. Хотелось, конечно, забраться в боевую броню, как у десантников, тем более, что опыт обращения с таким «костюмчиком» у меня имеется, но, пришлось лезть в инженерный скафандр. Он отличался от боевого только тем, что вместо разнообразного встроенного вооружения и систем, позволяющих с этим вооружением работать, там были установлены разного рода инструменты и прочее. Уровень защиты инженерного скафандра не уступал боевому. Всё же, приходилось и в «горячую зону» реактора лазить, и «гулять» по обшивке корабля в разных условиях, включая бой. Так что — разница была лишь в том, что боевой скафандр был оснащён оружием.

Мы вышлю из шлюза в открытый космос. Сейчас, когда «Киров» двигался на малой тяге, «улететь» с обшивки было очень просто. Поэтому на броне крейсера были закреплены специальные элементы, к которым хорошо «цеплялись» магниты на ботинках и других местах скафандров. Также, никто не отменял ранцевых двигателей и старые добрые страховочные тросы. Медленно и осторожно мы отправились к корме корабля. «Киров» был не самым большим кораблём в земном флоте, но всё же, пройти двести пятьдесят метров по внешней обшивке корабля — совсем не то, что пройти то же расстояние где-нибудь по городу. Разница была довольно существенной.

Комбинируя прыжки при помощи двигателей с использованием тросов и магнитов, мы добрались до кормовой части «Кирова». Отметины от попадания пушки дрона были здесь, как на глазах. И только человеческий глаз, усиленный оптикой шлема, смог увидеть то, что мы не смогли рассмотреть при осмотре через камеры бота. Хотя, мы и не искали… Это были не отметины. Просто в броню «Кирова» углубились небольшие предметы. Были они, разумеется, не снарядами, а специальными модулями для взлома. И активировал их, скорее всего, наш «друг» — линкор. Модули смогли подключиться к сети крейсера и найти вход в системы, отвечающие за гиперпривод и маневрирование. Постепенно они начали отключать и все остальные системы корабля…

Я изложил все эти выкладки бортинженеру. Тот решил согласиться со мной.

– И что делать с ними? — спросил он, показывая мне на «модули».

– Ну, я так думаю, что вытащить эти штуки из брони корабля — реально, учитывая наше снаряжение.

И мы попробовали. Как оказалось, в броне эти штуки сидели довольно крепко, успев за прошедшее время буквально «врасти» в неё. Проще было вырезать кусок брони, куда попали эти модули, и вставить новый. Операция вполне выполнимая — на верфи, или в «сухом» доке. Но не в открытом же космосе, в нескольких десятках световых лет от ближайшей обитаемой планеты!

– Пит, — сказал я. — Полагаю, это дохлый номер. Нам так их не вытащить. Стоит попробовать иначе. Может, они и «вросли» в броню корабля, но сжечь-то их можно, думаю…

Инженерный скафандр не несёт оружия, да. Зато он несёт много всего другого. Например, плазменный факел. Этой штукой можно резать всё, включая броню линкора. «Киров», разумеется, линкором не был, так что вырезать — или выжечь эту мерзость, что к нам «приросла», было вполне себе реально. Вражеский дрон успел «всадить» в нас три снаряда — и все три оказались модулями взлома. Нас было двое, плюс двое десантников. У бойцов плазменных факелов, конечно, не было, но штурмовые лазеры, встроенные в их бронескафандры — тоже могучая вещь. Один из модулей мы просто сожгли — там, где он плотно вошёл в броню корабля, теперь было наполненное шлаком углубление. Мы принялись за второй модуль. С ним тоже закончили быстро. А вот с третьим возникли проблемы…

– Капитан, у нас проблема, — сказал «дед». — Я не знаю, что именно вы там делаете на внешней обшивке, но, что-то только что чуть не пустило реакторы корабля вразнос.

– Переводи крейсер на накопители, потом глуши реактор. Тут у нас вражеский модуль взлома остался — и нам просто волей-неволей надо его обезвредить.

Конечно, это крайняя мера — на накопителях нам далеко не улететь — но это безопаснее, чем взлететь на воздух от действий вражеского модуля взлома. Пока «дед» переводил питание корабля на накопители, мы успели немного передохнуть. Я даже попил питательного тоника из резервуара скафандра. Несмотря ни на что, пока что нам везло — прошло не так уж и много времени с того момента, как нас вышвырнуло в пространство, линкор пока что не явился по наши души, да и вирус, как мне сказал связист, был уже изолирован. Оставалось лишь убрать последнюю «закладку», снова «разогреть» реактор — и свалить из этой системы куда подальше.

– Доклад — реактор заглушен, мы на накопителях, — сообщил мне стармех.

– Ну, тогда приступим, помолясь, — сказал я.

Мы закончили выжигание последнего модуля как раз вовремя — Винтер сообщил, что в «гипере» начались какие-то возмущения, как будто что-то очень немаленькое хочет оттуда выйти. «Вот и линкор пожаловал», — подумал я. — «Пора рвать когти».

– Пилот — самый полный вперёд, пока хватит энергии. Стармех — скорее готовь реактор. Скоро, боюсь, придётся стрелять.

– Принято, капитан.

То, что «Киров» начал движение, можно было ощутить, даже не глядя на приборы внутри шлема — только по тому, как на нас, находящихся не под действием бортовой системы гравизащиты, навалилась перегрузка. Ну, 3 «джи» — оно, конечно, неприятно, но далеко не смертельно, особенно, когда на тебе боевой или инженерный скафандр. Искусственные усилители мышц, жёсткая броня — всё это позволяет «держать» перегрузку. Ну, а сами мы люди, тренированные…

В шлюзе я оказался последним, пропустив вперёд себя бортинженера и десантников. И, бросив последний взгляд за корму «Кирова», я увидел то, что мне совершенно не понравилось — в систему вошёл наш «старый знакомый» — тот линкор. Я бросился на мостик, даже не сняв с себя скафандра.

Когда я упал в своё кресло, какие-то намётки плана у меня уже были. План отдавал голливудщиной — и самой дешёвой космооперой, но, кажется, иначе нам от линкора было не уйти. Честный бой? Ну да, как же. Нет, я мог поверить, что высади мы в эту штуку весь наш ядерный арсенал, мы могли бы повредить его. Без проблем, как говорится. Только вот, нам, думаю, хватило бы и одного попадания из его орудий. А не попасть в линейный крейсер — сложно. Он большой, знаете ли…

– Так, — сказал я, прочистив горло. — План у меня безумный, говорю сразу. Только вот иного шанса уйти от этой бандуры нет. Так что, экипаж, слушай мою команду… Идём на прорыв. Штурман — мне нужен прыжок сразу после того, как мы пройдём мимо этого линкора. Дальность — три световых года. Главарт — роди мне как можно больше залпов ГК, пока мы будем переть на него, изображая берсерка. Сможем, надеюсь?