Страница 22 из 70
Застонав, я слегка приложилась затылком об каркас витрины, сползая на пол и сумев выдавить из себя только что-то нечленораздельное:
— Ы-ы-ы…
Всхлипнув, приложилась ещё раз, аккуратно и легко, не находя в себе сил на что-то более чёткое и определённое. Я просто тупо продолжала ржать, явственно ощущая, что банальный хохот грозить уже перейти в истерику и таки стать причиной моей преждевременной кончины! И всё бы ничего, но не посреди же магазина нижнего белья?!
В конце концов, когда дышать было уже нечем, а рёбра ныли так, словно по ним прошлись чьи-то берцы, я уже всерьёз задумалась о том, что так дальше продолжаться просто не может. Вот только прежде, чем я успела что-то сделать, произошло то, чего я совершенно не могла предположить!
Случилось оно. Нет, даже не так! ОНО! Событие, встряхнувшее мою нервную систему так, как не снилась всем бригадам труповозки разом, как бы они не старались и сколько бы сил не прикладывали! Ещё бы, никому ведь и в голову не пришло поступить так неординарно, как сделал это товарищ Жмурик!
Он, зараза такая, устал стоять сторонним наблюдателем, скептично разглядывая наше коллективное помешательство и тактично не обращая внимания на продавщиц, так и не оставивших мыслить закадрить красавчика. И не придумал ничего лучше, чем совершить почти что удачную попытку суицида.
И нет, я не шучу. Потому что назвать как-то иначе то, что подойдя ко мне, он схватил меня за руку и дёрнул на себя, поднимая на ноги, я просто не могу. А уж последовавший за этим поцелуй, выбивший мозги из головы, воздух из лёгких и почву из-под ног, так и вовсе можно было считать подписанным смертным приговором любому представителю мужского пола!
Одна беда, я злилась да, я негодовала, я, блин, даже пыталась отбиваться… Ну я надеюсь, это было хоть с натяжкой, но похоже на сопротивление! Но ничего не могла поделать с ярким теплом, разливающимся внутри и непозволительным удовольствием и самодовольством, вспыхнувшим в душе!
Впрочем, это не значит, что я мечтательно улыбалась как дура (разве что чуть-чуть), когда зомбик отпустил меня и отступил на пару шагов, сверкая невинной и очень довольной улыбкой. Я для приличия даже помолчала немного, переваривая случившееся, и радуя Эльзу ошалевшим видом. А потом начала медленно заворачивать рукава, так многообещающе улыбаясь, что компания фанаток Жмурика дружно вздрогнула и бросилась врассыпную, испугавшись. Только этому трупу потенциальному хоть бы хны!
Натренировался что ли где-то? Или иммунитет успел выработать?!
— Молилось ли ты на ночь, Жмураэлло? — мягко протянула, наступая на пятившегося парня. Тот невинно хлопал глазами, усиленно притворяясь ничего не понимающим типом, не уловившим аналогии со знаменитой трагедией!
А Эльза, поганка ледяная, вместо того, что бы посочувствовать мне и помочь, только масло в огонь подливает, протянув невозмутимым и довольным тоном:
— Знаешь, Харон… При всей твоей любви к жмурикам и моей стойкой аллергии на чужую наглость в компании с идиотизмом… Вот не могу я, не могу не признать, что данный индивид не только имеет неплохие мозги, но ещё и пользуется ими с успехом!
— Ага, — я согласно закивала головой, загоняя Жмура в ближайший угол, но тот как вился как уж на сковородке, с лёгкостью избегая возможных ловушек. — Только здравый смысл и инстинкт самосохранения где-то потерять успел, только и всего! Отмороженная моя, ты, на что так тонко намекать изволишь, ась?
— На то, что, не смотря на всю криминальность его поступка, он совершил целый подвиг! — засмеялась подруга, прислонившись к витрине и с любопытством наблюдая за нашей парочкой. — И прежде, чем решить в каком порядке разложить несчастного на витрине, в окружении его тайных почитательниц, подумай о том, что сей ценный кадр не только сумел произвести на меня неизгладимое впечатление… Но и спасти тебя от страшной смерти от смеха!
Я от такой кардинальной смены темы чуть не врезалась в стойку с товаром, каким-то невероятным способом сумев не только затормозить вовремя, но ещё и не уронить собственную челюсть от удивления. Всего-то постояла каменным изваянием посреди зала, хлопая глазами от удивления и глядя ошалелым взглядом на счастливо улыбающуюся Фроз. А когда пришла в себя, только вздохнула, расстроено выдав:
— Ну вот умеешь ты… Озадачить! Чего тебе стоило промолчать, ну хоть немного? Я б ему потом орден Сутулова, с закруткой на спине, вручила! Посмертно!
Эльза в ответ только фыркнула, забирая пакет с покупками и убирая выбившуюся прядь волос за ухо. А я стояла и гадала, задаст она провокационные вопросы или не задаст. В том, что подруга всё подметила, всё поняла и сделала определённые выводы я совершенно не сомневалась. Вопрос только в том, захочет она это обсудить или оставит всё так как есть, не вмешиваясь?
Жмур, как будто чувствуя мою напряжённость, подошёл ближе и, уже почти привычно обнял меня за талию, утыкаясь подбородком в макушку. Я даже возмущаться не стала, только плечом недовольно дёрнула, ожидая, какое же решение примет Эльзёныш.
А та, выждав ещё пару минут, открыто улыбнулась и…
***
Что может быть хуже похода по магазинам? Да ещё и в компании женщины?
Только этот же самый поход, но в компании патологоанатома, который не только ехиден и вреден от природы… Но ещё и вознамерился исправить одно досадное упущение со стороны собственного соседа. Именно по этой самой причине и во исполнение чужой идеи фикс, они сейчас и стояли посреди магазина с нижним бельём.
И судя по счастливой улыбке Евгении, уходить отсюда в ближайшее время она не собиралась, загоревшись мыслёй и собираясь осчастливить своего квартиранта самыми интересными моделями из всего имеющегося ассортимента. Мнение предполагаемого владельца в расчёт не бралось от слова совсем.
Жмур к тому моменту даже удивляться перестал. Он, когда осознал, что Женя не шутит, не пытается его напугать и явно радуется этому небольшому приключению, не знал что и делать. То ли поплакать, то ли посмеяться…
То ли вспомнить собственные познания в обсценной лексике родного языка и чёрт с ним, с этой конспирацией. Пофиг, пляшем! В конце концов, всегда можно придумать оправдания для таких вот «вспышек» прозрения и даже вредный, въедливый патологоанатом придраться не сможет!
Глубоко вздохнув, парень с трудом, но всё же держал себя в руках, разглядывая выставленный на витрине товар. Так было гораздо безопаснее для окружающих. Потому как через пять минут пристального и жаркого внимания со стороны продавцов-консультантов, у несчастного Жмурика начал подёргиваться глаз. А когда к простому, хоть и навязчивому наблюдению, добавились попытки этими же самыми взглядами его раздеть, он и вовсе поймал себя на мысли о том, что на полном серьёзе рассматривает вариант спрятаться за спиной у вовсю развлекающейся Харон. В надежде на то, что чувство любви к ближнему своему у неё пересилит жажду выносить мозг всем и каждому, кто попался ей на пути.
И она всё-таки позволит увести себя из этого дорогого, но откровенно пугающего его магазина. Не ценниками, нет. Уж чем-чем, а количеством нулей в чеке его вряд ли можно было бы напугать. А вот таким вниманием со стороны персонала ещё как! Особенно, когда раз за разом приходиться, мило улыбаясь, отрицательно качать головой на предложение помочь с выбором…
Ругнувшись про себя, он одарил ещё одной милой улыбкой очередную продавщицу, он всё же решил оставить идею с прятками на самый уж крайний случай. И услышав, каким заинтересованным тоном девушка выспрашивает об особенностях тех или иных моделей, принялся, в отместку, разглядывать витрину соседнего отдела. Тоже нижнее бельё, вот только исключительно женское. И его стоимость была не то, что бы сильно заоблачной…
Но явно не той, какую мог себе позволить скромный сотрудник морга. Если, конечно же, он не занимается «чёрной» бухгалтерией, не связан с криминалом и не торгует трупами на органы, конечно же.
Тихо фыркнув, бывший труп едва заметно покачал головой. Он бы в этом поверил, ага… Если бы не знал и собственными глазами не видел, как это чудо проживает и чем живёт на самом деле. На работе пропадает сутками, к своему делу относится с полной отдачи и потратить деньги явно может на всё, что угодно. Кроме себя. А ещё Харон страдает непомерной гордостью, с трудом и нехотя принимая чужую помощь.