Страница 10 из 11
— Идиот, вы два года встречаетесь, — Чонгук не просто засмеялся — он заржал в голос, и его настроение тут же подхватили все остальные.
***
Когда пришло время дарить подарки, Тэхен вскочил первым. Только сейчас Кэтрин заметила: на нем были разноцветные носки — зеленый и красный, Стейша могла похвастаться тем же набором ходячего светофора. Не удержавшись, девушка заулыбалась и смущенно прикрыла лицо рукой. На вопрос Чонгука она мотнула головой, сказав, что вспомнила шуточки Тэхена про бабулек, развозящих в автобусах рассаду.
— Не нужно никаких подарков, я же говорила. Для меня уже радость, что мы собрались за одним столом, — Анастейша проследила, как Гук и Кэт достали из шкафчика блестящий пакетик, а потом как ее возлюбленный вернулся на кухню с тем самым пакетом, который Чонгук оставил в коридоре. — Ну вот, я опять покраснела.
— Помидорка, — ущипнув подругу за щечку, Кэтрин остановилась рядом с ней и, нагнувшись, поцеловала туда же, протягивая пока еще неизвестный подарок. — С днем рождения, наша дорогая Стейша. Это тебе от нас с Чонгуком. Надеемся, тебе понравится.
— Конечно понравится, целый день выбирали, — хохотнул Чон, но в следующее же мгновение смолк, так как в него прилетело полотенце прямиком из рук шатенки.
Анастейша, не прекращая улыбаться, выудила из заветного пакетика синюю бархатную коробочку и с нескрываемым волнением открыла ее. Шок, изумление, смущение… Целая гамма чувств окатила девушку с ног до головы, и правда превратив ее в живую помидорку. Она смотрела то на Кэтрин, то на Чонгука и не знала, что сказать. В голове крутился спутанный комок благодарностей, но Стейша никак не могла найти ниточку, за которую можно было бы зацепиться, чтобы его распутать и сказать хоть что-нибудь.
— Я… Вы с ума сошли? Это же так дорого! — блондинка взяла в руки тоненький золотой браслет, относясь к нему бережно и осторожно, как будто держала только что рожденного младенца. — Не стоило.
— Стоило-стоило, ты же так хотела его, — Кэт помогла подруге надеть новенькое украшение на хрупкое запястье, которое теперь стало еще красивее и элегантнее. — Я помню, когда мы ходили по магазинам, ты остановилась около ювелирного и сказала, что мечтаешь о браслете.
— Кэгуки — мечты сбываются! — важным и громким голосом заявил Чонгук, ловя на себе удивленные взгляды и улыбки. — Что? Да, мы с Кэт придумали это словечко, мы ведь пара. Да, любимая?
— Это ты придумал.
— Ну все, дайте слово несчастному влюбленному! — Тэхен подбежал к Анастейше с черным пакетом в руках, садясь возле ее ног. Сначала он молча смотрел на нее точно так же, как она любовалась им за столом, а затем, заставляя девушку снова залиться краской, взял в руки поочередно ее ноги и снял с нее ботинки и носки. — Моя милая и любимая Стейша… Не только Кэгуки могут исполнять твои мечты, но и Ким Тэхен. Я тоже не глухой и знаю, о чем ты уже давно мечтаешь. Пожалуйста, носи их с удовольствием и думай обо мне.
— Я знаю, она любит красный цвет, но не знаю, как бы ее удивить… Не хочется быть банальным.
— Быть банальным не в твоем стиле.
— Кэт, ну серьезно… Помоги?
— Туфли. Она давно думает о красных туфлях.
— А почему Стей не говорила мне об этом? Я уже давно купил бы их!
— Как будто ты ее не знаешь… Ей цент стыдно попросить, а тут туфли.
Утирая слезы, катящиеся по румяным и бархатным щекам, Тэхен улыбался и целовал любимую девушку везде, куда могли добраться его теплые губы. Дрожащими руками Стейша прижимала заветный подарок к себе и не могла поверить, что ее любимый парень, нуждаясь в деньгах, чтобы оплатить обучение, потратился на туфли, которые точно не были дешевыми. Ей было и приятно, и совестно одновременно. Она мечтала отблагодарить его должным образом, чтобы показать, насколько сильно она его любит и насколько огромно ее «спасибо», но сейчас она могла только всхлипывать, хихикая от собственной дурости, и обнимать Кима за шею крепко-крепко, словно пытаясь слиться с ним в нечто целостное и единое. Но это потом, уже ночью…
— Так, ну все, вырубайте краны! — хлопнул в ладоши Чонгук, шаря по карманам своих джинсов. — Мы веселиться будем или как? Праздник все-таки, а не похороны.
— Сплюнь! — Кэтрин, смеясь, гладила подругу по спине. — Стей, ну правда, еще успеешь отблагодарить Тэхена. У нас целая ночь впереди. Чонгук нямку принес от Намджуна, угощать сейчас будет. Пошли?
Все та же родная, изученная вдоль и поперек гостиная, где на журнальном столике образовалась целая трасса. У каждого водителя свои дорожки, и гонка вот-вот начнется, только в ней не будет победителей и проигравших. Равные условия, и призы для каждого участника в обязательном порядке. Вдохните, почешите и распишитесь в получении удовольствия, только ручку верните.
Четыре головы одновременно откинулись назад. Комната наполнилась вдохами, шмыганьем и тихими словечками в стиле «пиздато» или «я чуть не сдох». Кэтрин, смеясь, вытирала белесый нос Стейши, после облизывая палец. Не пропадать же такому качественному подарку с броской надписью «С любовью и самыми искренними пожеланиями!». Еще чуть-чуть, и врата в Рай будут открыты. Не круглосуточно — вход только по абонементам, и сегодня пропускные билетики оказались у всех. Чонгук не будет ворчать, когда Анастейша и Кэтрин будут целоваться, ибо какое ему дело до девичьих игр? Пусть резвятся, а они с Тэхеном посмотрят, полюбуются.
— Глаза у меня были голубые, а туфли старые, и никто меня не любил… — процитировала Анастейша, пока Кэт и Гук настраивали колонки, чтобы включить музыку; Тэхен стоял рядом и доставал Кэтрин, тыкая ее пальцами то в плечи, то в спину, то вообще начиная щекотать, и забавлялся, видя, как она раздражается. Стейша наблюдала за ними и улыбалась под действием эйфории (естественной, конечно же, не наркотической, ибо самый сильный кайф — это ее маленькая, любимая семья). — Но теперь у меня новые туфли, и я знаю, что меня любят. Мама говорила, что на день рождения обязательно нужно надевать что-нибудь новое.
Нескончаемые разговоры перерастали в энергичные, сумасшедшие танцы, а энергичные и сумасшедшие танцы перерастали в поцелуи и зажимки по углам, и так по бесконечному, скользкому кругу, по которому перекатывалась четверка разных, но таких похожих людей, образующих маленькую, но такую большую семью.
В квартире почти бешено грохотала музыка с четким, повторяющимся ритмом. Ран Ди-Эм-Си в дуэте с Джейсоном Невисом наперебой читали рэп и говорили слушателям: «Деньги — вот ключ к завершению всех твоих бед. Твои взлеты, твои падения, твои максимумы и твои минимумы… Не скажешь, когда в последний раз любовь покупала тебе одежду?». А Стейша могла сказать: сегодня. Сегодня любовь подарила ей новые красные туфли, о которых она мечтала, в которых сейчас танцевала и которые позже с нее обязательно снимет Тэхен.
***
Поздней ночью, уже под утро, Чонгук и Кэтрин заснули обнаженные в объятиях друг друга прямо на диване, где когда-то подобным образом спали две милые обезьянки, укрытые теплым одеялом, найденным на просторах пыльной и захламленной полки. И пока Кэгуки — это словечко теперь прочно вошло в обиход — сладко спали, теряясь на задворках царствия Морфея, Анастейша, как и обещала, благодарила любимого мужчину за самые лучшие подарки. Чонгука и Кэтрин она тоже отблагодарила, но, конечно же, иными способами.
— Малышка… — басом шептал Тэхен, путая светлые волосы длинными пальцами. Он лежал на кровати и не знал, куда себя деть: то ли простыни драть, то ли Стейшу. — Глубже, прошу, вот так. Твою мать…
Девушка старательно ублажала Кима, почти профессионально делая ему глубокий и нежный минет. До Тэхена у нее никого не было, он стал ее первым парнем во всех смыслах, и за то время, что они вместе, она успела кое-чему научиться, ибо практических занятий было предостаточно. Блондинка сжимала твердый ствол, пальцами лаская каждую венку, уделяла особое внимание чувствительной головке, блуждая по ней теплым языком, и, опуская голову вниз, старалась взять как можно глубже. Получалось не так хорошо, как хотелось бы, но Стейша не унывала. Звучит слишком нелепо и забавно в данной ситуации…