Страница 148 из 167
– Успокойтесь, – ледяным голосом сказал Андрей Яшмаа. – Сейчас поедем.
Он подошел к стене, сдвинул в сторону картину, изобра– жающую маршала Нагон-Гига в момент распределения трофеев между личным составом. За картиной обнаружился сейф. Яш– маа-младший достал из сейфа большой черный саквояж, потом пистолет нездешней работы, повертел оружие в руках и положил обратно в сейф.
– Только ребят с собой посмелее возьмите, которые зара– зы не боятся, – посоветовал герцог.
Ребят господин бывший старший мажордом взял всего тро– их, должно быть, и вправду самых смелых. Конечно, если бы речь пошла о простом алайском чиновнике, тот бы для важности роту охраны прихватил, а мы, господа прогрессоры, стало быть, скромно, по-простому… Тем лучше.
От места в просторном правительственном «урагане» гер– цог наотрез отказался:
– Я вперед поеду, буду показывать дорогу, а то там сей– час везде перегорожено.
Он знал, что треск мотоцикла предупредит всю группу еще квартала за четыре.
Назад поехали с ветерком. Патрули испуганно жались к стенке, полицейские отдавали честь, грабители, побросав уз– лы, укрывались в переулках.
Во дворе особняка все было тихо, только у стены сидел легкораненый и пытался из обломков мрамора составить погиб– ший шедевр. Сидел легкораненый на ручном пулемете, но об этом знал только герцог.
Андрей Яшмаа вылез из машины и дал знак двум своим кос– толомам прихватить носилки. Костоломы завозражали, что это не их костоломное дело, но герцог добавил злорадно: ниче– го-ничего, хлебните чуток нашей санитарской доли! Что за прелесть эти земляне, подумал он, а вроде такие же люди…
В импровизированном лазарете стояла вонь, раненые рас– положились вдоль стен и у входа, а посреди зала стоял рос– кошный обеденный стол и с изрубленными в святой злобе края– ми. На столе лежал, укрытый уцелевшей шитой золотом порть– ерой человек огромного роста. Голова и лицо его перевязаны были донельзя грязными бинтами, виднелся только совершенно черный нос, да такая же черная могучая некогда рука бессиль– но свисала вниз. Бывший капрал дворцовой стражи стоял возле стола в медицинском халате, а для убедительности, дурак, крутил в руках клизму.
Андрей Корнеевич Яшмаа поставил саквояж, кинулся к ра– неному на грудь. И сейчас же черные руки накрепко обхватили вице-премьера свободного Алая поперек туловища, оставляя черные следы на его светлом френче.
Двое костоломов так и застыли с носилками в руках, по– чувствовав приставленные ножи, а третий застыть не захо– тел…
Легко– и тяжелораненые действовали быстро и слаженно. Господину премьер-министру заклеили рот липкой лентой, руки и ноги связали специально приготовленной веревкой из кожи водяной змеи – его высочество хорошо знал выдающиеся способ– ности землян.
– Не дергайтесь, господин Яшмаа, – сказал герцог Алайс– кий. – Ничего особенного не происходит. Просто наша военная разведка проводит запланированную еще за три года до этого дня операцию «Прогрессор».
6
По всем правилам следовало ударить в колокола громкого боя, объявить чрезвычайное положение, а может быть, даже всеобщую мобилизацию, поскольку произошел сбой в системе, являвшейся, по сути дела, одним из столпов Земли и Перифе– рии.
Ничего этого делать Максим Каммерер не стал.
Вместо этого он плотно позавтракал, насильно запихивая в себя каждый кусок, выпил огромный бокал китового молока и вернулся на свое рабочее место.
Примерно за месяц до этого заявила о себе очередная ор– ганизация – Лига Невмешательства. Председатель Лиги, некто Ангел Теофилович Копец, в ультимативной форме потребовал ликвидировать институт прогрессорства в целом, а сэкономлен– ные средства направить… Максим уже и забыл, какое примене– ние собирался найти сэкономленным средствам Ангел Теофилович Копец, смуглый бородатый молодой человек в солнечных очках.
«Посмотрим», – решил Максим и затребовал у БВИ сведения о Копце, о Лиге, равно как и запись их единственной беседы.
«СВЕДЕНИЙ НЕТ» – охотно откликнулся экран.
«Надо связаться с кем-нибудь из люденов, – подумал он.
– Логовенко, помнится, обещал всяческую помощь в случае уг– розы…».
Но вот так, сходу, запросто, связаться с люденами было невозможно – разве что кто-нибудь из них по случайному кап– ризу окажется на Земле, и, что еще более невероятно, пожела– ет поболтать с представителем КОМКОН-2. Но людены ни в каком БВИ не нуждаются, прогрессорством не интересуются…
Стоп. Тойво Глумов. Тойво Глумов два года проработал Прогрессором как раз на Гиганде. Еще до войны. Занимал до– вольно скромную должность в Имперском банке Каргона. Пре– дотвратил, помнится, ограбление этого банка, положив всю банду на пол и продержав ее в таком состоянии до приезда по– лиции, за что назначен был начальником охраны и награжден орденом Беззаветной Доблести, дающим право на земельный участок и неотдание чести военным чинам ниже бригадного ге– нерала…
На самом подъеме карьеры Тойво Глумов подает рапорт об отставке, не приводя при этом сколько-нибудь веских аргумен– тов. Лев Абалкин, помнится, никаких рапортов не подавал вов– се, покинул Саракш самовольно и даже, кажется, убил кого-то при этом. Абалкин, один из «подкидышей», начинает искать «детонатор» и в результате гибнет от пули Рудольфа Сикорски. Тойво Глумов начинает искать Странников и в результате ста– новится одним из люденов…
Максим вызвал послужной список Тойво Глумова. Как он и ожидал, по обновленным сведениям БВИ Тойво Глумов по оконча– нии школы Прогрессоров ни на какой Гиганде не работал, за полным отсутствием таковой во Вселенной, а работал он поче– му-то учеником зоотехника на ферме «Волга – Единорог», после чего этого бесценного зоотехника взял ни с того ни с сего к себе на работу некто Максим Каммерер… КОМКОН-2 в ту пору остро нуждался в зоотехниках с прогрессорским образовани– ем…
Странная мысль пришла ему в голову, но в нынешнем поло– жении никакая мысль не могла быть особенно странной.
Тойво Глумов узнал на Гиганде о Странниках то, о чем сказать либо не захотел, либо не решился. Узнал что-то опре– деленное, такое определенное и страшное, что полностью уве– рился в их нынешнем весьма деятельном существовании, и уве– ренностью этой заразил весь КОМКОН-2. А потом, убедившись в своем человеческом бессилии, предпочел стать люденом… Скрыться в людены. Удрать в людены. Сказаться в люденах… И все наши толкования Большого Откровения ложны: это просто убежище, эмиграция в виду угрозы нашествия. Спасутся правед– ные. Отсидятся в своем непонятном мире, пока Странники будут сворачивать наше небо, как свиток… Но для начала они свер– нут БВИ. Впрочем, это в каком-то смысле одно и то же.