Страница 28 из 93
От ха'демона естественно ожидать, что он будет сеять на своем пути опустошение и гибель, но этот оказался умнее. Хотя он и сделал ошибку, которая навела Кита на его след, его стремление к скрытности выдавало острый ум.
В конце концов, что мешало ему расправиться с отрядом Кита так же, как он расправился со стаей волков? На мой взгляд, только одно: он стремился избежать проявления силы, по которому его легко могли обнаружить.
А это значит, что у него есть цель, и преодолением Стены она еще не достигнута.
Его могла привести в Империю тысяча причин, а предупреждение маршала о том, что он, возможно, из рода Катвира, вдвойне заставляло меня насторожиться. Я знал, что людей, рискнувших бросить вызов Хаосу, влекли туда три причины: жадность, жажда приключений и месть.
Судя по рассказам о Хаосе, приключений там хватало. Слепое стремление к мести ха'демонам не было свойственно, хотя они делали оружие с изображениями своих врагов. По крайней мере в двух легендах о моем отце говорилось, что Катвир оставлял его в покое, когда Кардье обращался против демонов Бури или дьяволов Мотлея.
Истории об исчезнувших в Хаосе богатствах были многочисленны и умножались с каждым пересказом. Действительно, некоторые экспедиции снаряжались в Хаос специально за предметами, обладающими волшебной силой или ценимыми за древность. Даже в Быстринах мы слышали об экспедициях, направленных в Хаос Великим магистром Города Магов. Не могло ли случиться, что и ха'демона привела в Империю жажда обрести потерянное?
Но что это может быть? Я снова откинулся на подушку и заставил себя закрыть глаза. Если Стена для него не препятствие и он стремится к какой-то определенной цели, что может его остановить?
9
Я снова заснул и утром долго не мог выбраться из объятий сна. Обычно, особенно во время путешествия, я просыпался еще до рассвета, бодрый, как кошка, которой наступили на хвост. Но этим утром солнце встало по крайней мере на час раньше меня, а из постели пришлось вырываться, как из зыбучего песка.
Сновидение оставило меня во взвинченном состоянии. Я чувствовал: в нем была доля истины, но у меня отсутствовали доказательства. Тут-то я понял, каково приходилось Ксое с ее даром - а ведь она знала, что это именно дар, и могла ему доверять. У меня и того не было.
Умозаключения, поражавшие своей логичностью среди ночи, при дневном свете вдруг начали рассыпаться. Я уверил себя, что раз я смог по виду гривы узнать в ха'демоне колдуна бхарашади, значит, он по крайней мере существует. Но, с другой стороны, я с детства знал, как отличить бхарашади-воина от колдуна.
Естественно, зная, что неизвестный применяет магию, я наделил его во сне соответствующей прической.
Что же до нашего вечернего разговора, в нем не было ничего, кроме многочисленных "может быть". Чистое безумие - поднимать тревогу, основываясь на рассказе Кита и моих снах, о которых Киту не стоит говорить. Если он решится включить их в свой рапорт, то, пожалуй, заработает выговор от начальства. Решения должны основываться на фактах, а не на диких фантазиях сельского сновидца.
Я подумывал, не разыскать ли Ксою, чтобы посоветоваться с ней насчет правдивости снов, но передумал. Ей довольно забот разбираться с собственными видениями, да я и не мог поведать ей, почему вообще мог поверить в свой сон, не нарушив обещания молчать. И хуже того, если после моих рассказов ха'демон появится в ее видениях, она может поднять тревогу и вызвать ту самую панику, которой мы стремились избежать.
Я быстро оделся, натянув синие шерстяные штаны и рубаху в черно-зеленую клетку. Надев сапоги, вычищенные Нобом до зеркального блеска, я отправился из своей комнаты прямо в теплую кухню.
Рози помешивала в котле густую овсянку. Ноб стоял рядом с пустой миской наготове, но она сдерживала его нетерпение суровыми взглядами. Меня она встретила улыбкой, а Ноб тут же улучил момент и сунул в кашу палец. Облизывая его, он подмигнул мне, и я едва удержался от смеха, отвечая на приветствие Рози:
- Отличное утро, мастер Лахлан!
- Лучше не бывает, Рози. Ноб, сапоги как новые! Что я тебе должен?
Старый ворчун покачал головой:
- Ничего не должны, мастер Лахлан. Рад служить вам. Вот если у вас будет настроение сыграть, попозже...
Я с энтузиазмом кивнул ему:
- С удовольствием, Ноб!
- Прежде чем садиться играть, переделай-ка все дела, - Рози погрозила ему деревянной ложкой, - Тебе еще надо разукрасить к празднику карету, а потом вы с Карлом должны разнести подарки от хозяйки.
Она повернулась ко мне:
- Не позволяйте моему старому дурню отнимать у вас время. У него и так находится немало причин увильнуть от работы. Вы молодой человек и впервые в столице. Вам тут многое надо повидать. А сейчас, если вы пройдете в столовую, я немедля подам вам завтрак.
Я подошел к буфету и вытащил из него деревянную миску.
- Положи мне, пожалуйста, каши и дай ложку. Я прекрасно поем и тут.
Рози казалась немного разочарованной, но я успокаивающе погладил ее по плечу:
- Дома, у деда, я сам готовил завтрак, а тут меня балуют. В особой комнате для принятия пищи я и есть не смогу со страху. Просто не буду знать, куда деваться.
- Кажется, я уже слышала от вас что-то в этом роде по поводу танцев, мастер Лахлан. Однако вы быстро освоились!
Я вскочил и отдал Марии салют деревянной ложкой вместо шпаги:
- Просто в танцах мне повезло с учителем, к тому же там не приходится иметь дело со сложными инструментами вроде ножа и вилки.
Рози положила мне овсянки и залила молоком. Потом взглянула на Марию:
- Будешь завтракать, детка?
Черные кудряшки рассыпались по ее плечам, когда она мотнула головой:
- Попозже. Сначала мне надо выйти ненадолго, а потом я отнесу леди Ивадне поднос с едой.
Она уже была тепло одета в шерстяное платье и длинную вязаную кофту, но потянулась и за толстым черным плащом, висевшим на гвоздике у двери.
Я поспешно проглотил последнюю ложку каши и утер молоко с нижней губы.
- Ты куда-то собралась?
- Да, мастер Лахлан. Мне нужно к аптекарю за укрепляющим для вашей бабушки. Она до бала собирается посетить несколько приемов, так что ей понадобится больше лекарства, чем обычно.