Страница 33 из 56
Его глаза широко раскрыты, при каждом вздохе из раны вырывается свист и бульканье, заглушающие музыку. Кровь заполнила легкие, на губах появилась розовая пена. Он обмяк, и из его открытого рта хлынула кровь.
И все безумства хороши.
Как будто флаг твой красный бант.
Не мелочись, швыряй гроши.
Воды и хлеба а..а…а…
Глава XXX
Сомнение – помеха успеху.
Б. Бион
10 апреля 2015 года. Два дня до Пасхи. 7 часов 30 минут.
– У тебя свой бизнес? Чем занимаешься? – она изогнулась кошкой и сделала шаг ему навстречу.
– Так, продаю, покупаю и снова продаю. Деньги должны делать деньги. Движение – жизнь, – Сергей улыбнулся и посадил в машину девушку с черными волосами.
– И что мы с тобой будем делать?
– Поедем к тебе, – он повернул ключ в замке зажигания, мотор дорогой иномарки проглотил порцию бензина и издал благородное урчание.
– Послушай, а когда ты отвезешь меня к себе? Я так ни разу и не была у тебя дома, – девушка достала сигарету из сумочки, Сергей чиркнул зажигалкой и поднес огонь поближе к ее губам. – Ну, так когда?
Перстни на ее руках переливались разноцветным блеском.
– Скоро, Светик, совсем скоро.
Машина внезапно дернулась с места и поднялась в воздух. Ее начало вращать с такой силой, что Сергея вдавило в спинку сиденья, к горлу подкатила тошнота. Девушка спокойно курила. Ее лица не было видно за густыми волосами. Она только подносила сигарету к прядям и выпускала сквозь них густой дым. Сергей потянулся к ней, отодвинул волосы в сторону и замер в ужасе при виде лица Станислава Владленовича Пименова, оскалившегося в безобразной улыбке мертвеца.
– Оперившиеся крысы причисляют себя к птицам? Ха-ха-ха! Санитар! Мы поймаем Санитара, Сергей! Поймаем, я таких уже ловил! Ловил! Ловил…
В адской центрифуге все кружилось. Сергея болтало из стороны в сторону, рвотные позывы невозможно было сдержать. В холодном поту он открыл глаза, перевалился на бок и, свисая с кровати, стал изрыгать рвоту в заботливо подставленный алюминиевый тазик. С тумбочки раздалось дребезжание будильника. Пора на работу. Он судорожно вытер рот и откинулся на постель, утопая в мягкой подушке. Жена копошилась за закрытой дверью, собирая ребенка. Самойлову потребовалось недюжинное усилие, чтобы заставить себя не закрыть глаза снова.
– О-о-о-о, боги! Лучше бы я вчера умер! Что же мы как люди пить-то не умеем?
Сергей с трудом поднялся. Все тело болело, словно на нем танцевали черти, пока он был в отключке. Кое-как он дополз до ванной, не обращая внимания на Юлю и детей. После холодного душа он вывалился в коридор, вытирая полотенцем волосы.
– Ничего объяснить не хочешь?! – жена стояла перед ним, упершись руками в бока.
Хорошо, что у нее не было скалки, сковородки или еще чего тяжелого. Он бы, наверное, умер от малейшего прикосновения к голове.
– Подумаешь, перебрал немного. Не будь злобной стервой. Лучше скажи мне, где рубашка?
– Где и всегда! На прежнем месте! – она прошла мимо него на кухню и взяла стакан с чаем.
– Как я попал домой? – Сергей швырнул полотенце обратно в ванную.
– А я почем знаю? Ты постучал, я открыла дверь. Ты лежал у порога, словно бездомный пес! Наверное, ты всегда так проводишь время на своих заданиях!
– Заканчивай!
– А я еще и не начинала! Знаю я твои дела! По бабам ходишь! Ты когда детей в последний раз видел?! – она поставила на стол кружку с такой силой, что чай выплеснулся ей на руку.
Победить в этом споре у Сергея не было ни малейших шансов. Он знал это наверняка, потому что такое происходило практически каждый раз, когда он появлялся дома. К горлу снова подкатила тошнота, но он справился. Юля бесила его. Бесила так, что ему все чаще хотелось, чтобы она исчезла из его жизни.
– Да я работаю сутки напролет, чтобы вас кормить!
– Не ври мне! Не ври! Знаю, куда ты ходишь! Я думала, когда Хлебалин сдох, все изменится! Твой дружок был отморозком! Дегенератом! Ублюдком! Скажи мне, кто твой друг, и я скажу тебе, кто ты! Нужно было еще тогда развестись с тобой!
– Тебя, тварь, никто тут не держит! Можешь выметаться! – Сергей сделал шаг вперед, но кожей почувствовал, что на него кто-то смотрит.
Две пары глаз привычно наблюдали из коридора за ссорой родителей.
– Ну-ка брысь отсюда! – он хлопнул перед ними дверью.
– Правильно, давай, срывай злость на детях! Мало того, что ты их не видишь, так еще и орешь вдобавок! Ты когда с ними гулять-то ходил, папаша хренов?!
– Да пошла ты, истеричка! – он повернулся, чтобы выйти.
– Вчера вечером звонила Настя.
– С чего это вдруг она решила с тобой поговорить? Ты же сама плакалась, что она тебя избегает.
– Сказала, что у нее работы много. Ты же знаешь, что она крестная нашего сына, да и к тому же моя лучшая подруга.
– Ну да, конечно, – кашлянул в кулак Сергей. – И что ей было нужно?
– Ей мебель привезли, а собрать некому. Я обещала, что ты поможешь. Ты хоть помнишь, где она живет?
– Да, вроде как. Ладно, помогу, только после праздников. Если позвонит, так и скажи. А сейчас у меня дел навалом.
Сергей кое-как выполз на свежий воздух. Он достал мобильник, чтобы позвонить в службу такси, но услышал гудок клаксона. Неподалеку в иномарке сидел Пименов и, улыбаясь, махал ему рукой.
– Ты теперь решил и у дома меня караулить? – вваливаясь в машину, пробормотал Сергей.
– А то, – Станислав протянул банку пива. – Держи. По пядсярику, говоришь?
– Живительная влага! – Сергей сначала приложил ледяную банку ко лбу, потом торопливо щелкнул ключом-открывалкой, и салон наполнился пивным ароматом вперемешку с похмельным выхлопом. Он жадно присосался к таре, двигая кадыком вверх-вниз, и оторвался только тогда, когда в ней осталась половина. Смачно отрыгнул. – Ты мой спаситель. Хорошо-то как.
– Ну что, поехали?
– Давай, трогай. А ты, я смотрю, бодрячком.
– Я уже две такие употребил, пока тебя ждал.
– А как я домой попал?
– Так я и сам не помню. Я вообще в машине очнулся утром. Замерз, как собака. Заехал в магазин, купил лекарства и к тебе. Да уж… Вот это посидели. Голова трещит, словно в нее кол забили.
– Это да. Ладно, поехали, а то Сашок, наверное, нас заждался.
– Не беспокойся. Я его в архив послал кое-что нарыть, так что это мы его ждать будем.
– Нафига ты его туда отправил? Мы же вроде собирались посетить этого… Комарова! С ним пообщаться.
– Мне что-то с утра идея одна пришла в голову. Думаю, дай-ка проверю. А с этим несчастным Ромео мы и после обеда поговорим. Адрес его есть, так что никуда он от нас не денется. А потом и до этого компьютерного гения доберемся.
– А что за идея? – Сергей поставил банку на торпеду.
– Да по поводу последней жертвы.
– А что с ней не так? Вроде же все ясно.
– Да черт его знает. Хочу проверить кое-что. Так сказать, бредовые мысли. Похожие дела поднять за последние пять лет. Их не так много должно быть, так что, думаю, Сашок до обеда управится.
– Не понял, Стас. Ты сюда прибыл, чтобы Санитара ловить или висяки разные поднимать? Что за бред? – Самойлов схватил пиво, жадно допил его до конца, после чего нервно смял жестяную банку и выкинул в открытое окно.
– Да брось. Давай проверим. Терзают меня смутные сомнения, Серега.
Глава XXXI
Самая изощренная хитрость дьявола состоит в том,
чтобы уверить вас, что его не существует.
Ш. Бодлер
– Проснись. Проснись. Слышишь меня? Проснись, Макс!