Страница 28 из 49
Время шло. Анхана вернулась в дом. Но отец и Винсент еще не вернулись. Она посмотрела на часы: почти пять. "А ведь ушли они еще утром! - подумала она, - интересно, что их задержало? А может быть, они просто дают мне время все обдумать?"
Но больше думать она не могла. Она вообще ничего не могла делать. Сначала она попробовала читать, но сосредоточиться не получалось. Она не понимала смысла слов и отложила книгу. Анхана любила вязать, но сегодня нитки путались, она сбивалась со счета, так что и вязание пришлось отложить. И теперь она сидела в гостиной и смотрела на часы. Минутная стрелка лениво совершала круг. Шесть. Новый круг. Анхана услышала, как открылась входная дверь. О чем-то оживленно беседуя, в дом вошли отец и Магнус. Анхана осталась сидеть в кресле, хотя ей хотелось побежать к ним навстречу. Она прислушалась, надеясь разобрать, о чем они говорили.
- Да, да, - говорил отец, - ты прав. Абсолютно прав.
- Конечно, - ответил Винсент, - я прав. И Бихейм это прекрасно понял. Если бы это было не так, то он ни за что бы с нами не согласился.
- Думаешь? Ты был настойчив.
- Я уверен. Бихейм не их тех, кого можно напугать или заставить. И ты это отлично знаешь...
Они вошли в комнату, где сидела Анхана.
- Мы что-то засиделись у Бихейма, - произнес Магнус.
- Да, я уже думала, не пора ли вам вернуться.
- Ты хотела сказать, что уже готова была идти за нами? - уточнил Винсент Фаар.
Анхана смутилась, но промолчала.
- Надеюсь, что ты не скучала? - спросил отец.
- Нет.
- Вот и отлично.
Анхана кивнула. "Почему они не заговаривают о самом главном?" - подумала она.
- Анхана завари нам чай, а ещё лучше свари кофе, - попросил отец.
Анхана поднялась и пошла на кухню. Винсент и Магнус расположились в креслах около камина. Весна была теплой, так что камин разжигали все реже.
- Может быть, растопим камин? Разговор предстоит долгий и непростой, - спросил Винсент.
- Да, пожалуй, ты прав. Серьезные беседы куда как лучше вести не торопливо и ни на что не отвлекаться. А вечер обещает быть прохладным.
Магнус поднялся, и, взяв с каминной полки спички, принялся разжигать огонь. Как только огонь разгорелся, Магнус сел в кресло. Через несколько минут в комнату вошла Анхана с двумя чашками кофе на подносе.
- Кофе Анхана варит просто замечательно, - сказал Магнус, беря свою чашку.
- Не сомневаюсь, - сказал Винсент, беря свою.
- Анхана принеси кофе и себе. Садись рядом с нами. Мы должны поговорить, - сказал отец.
Анхана убежала на кухню и быстро вернулась. Этого разговора она ждала с самого утра.
Без лишних слов Магнус сразу перешел к главному вопросу.
- Что ты решила? Ты остаешься в Эльфере или послезавтра уходишь с Винсентом Фааром?
Анхана целый день ждала этого момента, но теперь растерялась.
- Я решила изучать искусство создания сновидений, отец, - Анхана произнесла это на одном дыхании.
Магнус потер подбородок.
- Что ж, это, пожалуй, правильное решение. Как я уже говорил, я не буду препятствовать. Я уважаю твой выбор.
Магнус замолчал и посмотрел на Винсента. Винсент отпил кофе и начал говорить. Разговор закончился далеко за полночь. Анхана не сомневалась в том, что поступает правильно. Завтра она уйдет вместе с Винсентом Фааром на поиск новых знаний. Было решено отправиться для начала в Наруд, а приближающийся день посвятить сборам.
Глава 15, в которой мы знакомимся с древним демоном
В Пустыне Миражей рассказывали удивительные истории о золотом страже. Как он появился и откуда никто, даже жрецы, не знал. Но чего только о нем не говорили. Чаще всего Золотого стража называли демоном. Надо сказать, что демон обосновался в Лабиринте давно, но первое время сидел тихо, и о нем никто даже не знал. И, конечно, это ему быстро наскучило. Представьте себе огромный каменный лабиринт и ни души кругом. Пустыня! И однажды демон решил, что пора явиться местным жрецам. Он предстал перед ними, как говорили многие, и как было записано в летописях, в своем истинном облике, но почему-то особого впечатления на них не произвел. Это не просто удивило демона, это его озадачило. И к тому же жрецы не особо обращали внимания на последующие выходки демона. А уж чего только он не придумывал. И создавал миражи в пустыне, и творил чудеса, и даже являлся жителям города в снах и в сумерках
А вот внимания на него мало кто обращал. И, может быть, все было бы хорошо, только вот демон с каждым разом придумывал все более изощренные способы привлечения к себе внимания. И вот верховный жрец Кенх в один из дней отправился в Лабиринт сновидений, чтобы разобраться с демоном. Как стало известно, он пробыл в Лабиринте несколько дней, и когда вернулся в Сумеречный город, то объявил в храме Баланса, что в Лабиринте сновидений появился золотой страж снов, которому отныне будут поклоняться в Сумеречном городе наравне с Балансом. Большинство служителей храма были недовольны этой новостью. Однако Кенх был настойчив, так что жрецам пришлось согласиться. Особо недовольные служители храма поворчали-поворчали, да и смирились. Так в Сумеречном городе появилось новое божество - Золотой страж Лабиринта сновидений. Впрочем, для Сумеречного города это было вполне нормально. В Пустыне Миражей не так трепетно следили за сохранением культа Равновесия, как в Летанарии. Ничего удивительного в том, что никто не придал особого значения этому событию, не было. Никто не стал писать в Авенарад, чтобы сообщить о проделках демона. А сами хранители редко добирались до Сумеречного города, поэтому не сразу узнали о происходящем. Ничего особенного не происходило, и Равновесие сил оставалось прежним.
Офертоон Сангвинаар опять скучал. И это его страшно раздражало. Как же сложно быть бессмертным демоном. И не просто быть, а еще и испытывать сильнейшие эмоции. Да, так уж получилось, что грозному демону были свойственны обычные человеческие эмоции. Таким уж он пришел в этот мир. Офертоон Сангвинаар был впечатлителен, сентиментален, страшен в гневе и до ужаса любопытен. Ко всему прочему он обладал крайне сильным и изощренным умом, безграничной фантазией и, по истине, демоническим чувством юмора. Любимым занятием Офертоона было придумывать запутанные сценарии, которые он пытался воплощать во всех доступных ему мирах. Но самой интересной сценой был для него мир людей. И чего он только не придумывал! Правда, как только он вмешивался в чью-либо жизнь, мир несчастного превращался в сущий кошмар с элементами ужаса. На самом деле Офертоон никому не желал зла, но он был начисто лишен морали, так что его желание посмотреть, как его задумки воплощаются в реальность оборачивались трагедиями, над которыми впечатлительный демон рыдал, как ребенок. Бывали исключения, но очень редко.
В своём истинном облике Офертоон Сангвинаар был грозен. Массивное тело, сильные лапы с длинными и острыми когтями, хвост, огромные крылья и вытянутая морда с большими глазами и пастью, полной острых зубов делали его похожим на дракона. Золотистая шерсть делала это сходство ещё более полным, но всё дело портили небольшие ушки с кисточками на концах. Когда Офертоон впервые увидел своё отражение в огромном горном озере, то недовольно фыркнул: "Глупость какая-то. Кисточки!". Время шло, его облик порой случайно изменялся, а потом Офертоон научился принимать любой облик. Но какой бы облик он не принял, когда он волновался или злился, то мгновенно возвращался к первоначальному образу.
Еще одним любимым делом Офертоона Сангвинаара было незаметно проникать в разум человека, наделяя его разными особенными способностями. Мало кто из жертв понимал, что одержим демоном. Лишь некоторые начинали слышать какой-то странный голос, слишком коварный, чтобы быть их собственным внутренним голосом. Одержимость давала людям сверхъестественные способности. Некоторые начинали видеть прошлое и предвидеть будущее, другие становились колдунами или магами. Несколько раз он превращал людей в жестоких оборотней, но последствия этого совершенно не понравились чувствительному Офертоону, так что он отказался от этой затеи. И он решил, что если он и будет кого-то из людей обращать в неживых, то он сотворит вампира, ну, или вампиршу. В конце концов, сколько можно было блуждать по мирам одному? Хотя? Одному было тоже неплохо.