Страница 235 из 256
- Где Аббадон?! – единственное, что он спрашивает, не обращая внимания на мои попытки вырваться.
- Ушёл. Но, не вздумай пытаться убить его, Самаэль!
- Почему?! Ты хочешь, чтобы я всё так и оставил?! Чтобы я забыл о том, что он сделал с Кэтэриной?!
- Да, именно этого я и хочу. Не смей лишать демона разрушения жизни! Если ты это сделаешь… последствия могут быть ужасными! В том числе, и для Кэтэрины! Для неё, наверное, в особенности… Объяснять некогда, поэтому просто запомни то, что я тебе сказала! А теперь, уходи!
Самаэль больше ни о чём не расспрашивает маму. Он берёт меня на руки… Он так делает, когда хочет, вместе со мной, перенестись на небольшое расстояние. Но сегодня… я чувствую, что он перенесётся куда-то очень далеко! И я больше не увижу маму… никогда. Меня не покидает это ощущение.
- Самаэль!.. Самаэль, пожалуйста!.. Я хочу остаться с мамой! – кричу я, но мужчина мне не отвечает.
Последнее, что я вижу, это как мама делаешь шаг прямо в один из чёрных вихрей и исчезает… Исчезает навсегда. Это был последний раз, когда я её видела.
Я нахожусь в совершенно незнакомом месте. Это – дворец Самаэля. Он ничем не похож на наш с мамой маленький домик в лесу. Мне здесь не нравится. Здесь неуютно и страшно. Высокие своды потолка, чёрные колонны, длинные коридоры… настолько огромные залы, что в них гуляет эхо. До окон мне не достать – они слишком высоко. Но то, что я вижу в них… это – чёрное небо. Ни солнца, ни облаков… Лишь, чернота.
Самаэль отводит меня в купальню, даёт всё необходимое и оставляет одну. Я осторожно смываю с себя следы крови. Я стараюсь не думать о произошедшем, но… не получается. Больно… Так больно, что хочется кричать. И я плачу… плачу навзрыд! И я не могу остановиться… Я вспоминаю смех Аббадона, его прикосновения…
«Аббадон… Он разрушил всё! Уничтожил! Моя счастливая жизнь… разбилась вдребезги! И мама… Как же я перед ней виновата! Она же осталась там… Смогу ли я, когда-нибудь, вообще, её увидеть?».
- Кэтэрина... – заходит Самаэль.
Мужчина заходит ко мне, садится рядом… Я прижимаюсь к нему, цепляюсь за него… Я плачу, совершенно забыв о том, что я мокрая от воды, без одежды… Всё это сейчас было неважным. Самаэль стал для меня единственной поддержкой. Тот, ради которого я появилась на этот свет… Тот, чью любовь я предала… И тот, который несмотря на всё это, сейчас рядом со мной. Успокаивает, шепчет что-то ласковое…
- Самаэль… Самаэль, прости! – говорю я между всхлипами. – Если бы… если бы я тебя послушала!.. Если бы я тебя послушала, ничего бы не произошло! Мама… мама, я так виновата!
- Ты ни в чём не виновата, Кэтэрина. В произошедшем нет твоей вины. Во всём виноват, лишь, Аббадон. И я. Мне нельзя было соглашаться давать клятву. Я должен был рассказать о твоём знакомстве с демоном разрушения Адалиссе. Даже если бы ты возненавидела меня после этого…
- Я бы… я никогда не смогла бы тебя возненавидеть!
- Я знаю, – с какой-то горечью говорит мужчина. – Я знаю. Ты никого не смогла бы возненавидеть. Даже Аббадона…
А я понимаю, что Самаэль прав. Я не ненавижу Аббадона. Несмотря на то, что он сделал. Не могу… Я не могу разбудить в себе это чувство – ненависть. Я чувствую боль, горечь… и всё. Я даже не могу сказать, что не испытываю больше никаких хороших чувств к Аббадону.
Больше, ни я, ни Самаэль, не проронили ни слова.
Когда я немного успокаиваюсь, я вспоминаю, в каком виде нахожусь перед Самаэлем. Я прошу оставить меня одну. Самаэль, после некоторого сомнения, уходит.
Оставшись одна, я домываюсь, одеваюсь и выхожу в коридор. Я помню, куда Самаэль мне говорил идти после того, как я закончу. Я иду по коридору, в полнейшей тишине. И тут, я улавливаю звук голосов. Один голос – голос Самаэля. А второй – незнакомый. Я подхожу ближе, хочу увидеть собеседников. Я прячусь за колонной, чуть выглядывая из-за неё.
Самаэль говорит с незнакомым светловолосым мужчиной.
- Девушка, которую ты привёл сегодня… это же Кэтэрина? – спрашивает незнакомец.
- Да, Астарот. Это она.
- Если ты привёл её сюда… Адалисса бы этого никогда не позволила. Что произошло? Где Адалисса?
- Я не знаю. Адалисса сказала только то, что открылись врата бездны. И что она закроет их, скорее всего, потеряв, на какое-то время, свою физическую оболочку.
- Врата бездны? Разве, они существуют?
- После того, что я увидел… думаю, что – да, существуют. Хотя… причина их открытия… совершенно неясна.
- Покажи мне то, что ты видел.
Самаэль приближается к мужчине. Последний кладёт пальцы на виски ангела смерти, закрывает глаза… А через секунду лицо незнакомца искажает злость.
- Говоришь, что не знаешь, что произошло? – светловолосый мужчина не повышает голоса, но от его звучания у меня по спине бегут мурашки страха. – А я думаю, что ты прекрасно всё знаешь, Самаэль. То, что случилось между Аббадоном и Кэтэриной… Их близость… Не знаю – как, но, похоже, именно это вызвало открытие врат бездны (если это были они). Ты так не считаешь?