Страница 234 из 256
- На сегодня семейный Совет закончен, – объявила я в полной тишине. – Вы меня утомили, – и, не дожидаясь ответа, я первая покинула зал.
«Всё-таки, я прекрасно провела время, – пришла я к выводу. – И возможные перевороты пресекла и силу свою опробовала. Мне понравилось. Жаль только, что оставшиеся в живых, так быстро сдались. Я бы, с удовольствием, поиграла со своими братишками. Особенно, с Лэйратом. Помнится, он сам хотел прервать мою жизнь. Хотя, в другой раз… – я вспомнила тот случай, когда брат предлагал мне переспать и поморщилась. – Ничего такого в сексе между родственниками не вижу, но… Лэйрат мне не нравится. В нём… слишком мало силы. Нет того, что я чувствовала, находясь рядом с Фероксом, Аббадоном, Велиаром. С Лэйратом… неинтересно. Как и со всеми другими моими родственничками».
Внезапно, моё внимание привлекла чуть приоткрытая дверь, ведущая в одну из многочисленных комнат дворца. Мне показалось, что там что-то сверкнуло.
Я открыла дверь. Комната оказалась совершенно пустой. За исключением одного. Здесь повсюду были зеркала. Я, с любопытством, осмотрелась. Действительно. Ничего, кроме зеркал. И моё отражение было в каждом из них. Вся в крови, счастливая…
«Нет, это не я! – я отшатнулась от ближайшего зеркала. – Такое… разве, могла я такое совершить?!».
А затем, я, неожиданно, успокоилась: «Да, могла. Могла потому, что иначе никак. По-другому, здесь уважение не получить. И если моя демоническая бездушная часть, совершая это, наслаждалась… Это не так уж и плохо».
Смотря в зеркало, я стёрла кровь со своего лица. А затем… отражение изменилось. На меня, с укором и печалью, смотрела Кэтэрина.
- Что ты так смотришь на меня, глупая бабочка? – вслух спросила я. – А чтобы ты сделала, оказавшись на моём месте? Забилась бы куда-нибудь в угол и плакала бы? Простила бы всех своих врагов? Что ещё ты могла бы сделать, с твоей глупой наивностью?! И прекрати смотреть на меня с такой жалостью!
Эти сине-зелёные глаза, смотрящие на меня… Эта грусть, что они выражали… Всё это вывело меня из себя. Удар косой и зеркало вдребезги. И нет больше этого немого укора Кэтэрины.
- Что на тебя нашло, Милена? – спросила меня Дайона, когда я оказалась во сне. – Ты, почти в половину, сократила численность своей семьи.
- Почему тебя, вдруг, интересует что-то, что не касается Адалиссы или Кэтэрины? – я неприятно усмехнулась. – Но, если хочешь ответа на свой вопрос… Мне просто надоело возиться со своими родственниками. Постоянно ожидать от них неподчинения, подвоха… Теперь, по крайней мере, в семье Кавэлли всё будет спокойно.
- А другого способа – успокоить их – не было?
- Нет, не было. Дайона, мы говорим о демонах, а они понимают только страх и силу. По-другому, с ними никак.
- Что ж… Как скажешь. Сегодня сон о Кэтэрине будет последним.
- Почему?
- Её жизнь заканчивается в этом сне. Но, после этого, ты многое поймёшь, Милена. И много, что вспомнишь…
Снова раздаётся грохот и я, с ужасом вижу, как небо покрывается сетью чёрных молний. Поднимается такой ветер, что деревья падают, а в ушах стоит громкий гул. Я вижу, как ветер, словно, скручивается в чёрный гигантский вихрь. И такой вихрь не один. Их множество. Возникая повсюду, они вырывают с корнями деревья, швыряют камни!.. Чёрные молнии ударяются в землю. Трава начинает полыхать. Земля покрывается глубокими трещинами, раскалывается!.. Я слышу чей-то вой. Страшный, заунывный… Слышу чьи-то вопли, крики!.. Я зажмуриваюсь от страха.
Я чувствую, как меня кто-то, с силой, дёргает за руку, заставляя подняться с земли. Я открываю глаза, и вижу свою маму. Она держит меня, и я чувствую, как из-под её пальцев льётся тепло. Оно, словно, окутывает меня, согревает, лечит… Я ощущаю, как тело перестаёт болеть, как останавливается кровь… Ещё секунда и я чувствую себя совсем как сегодня утром.
- Самаэль! – она смотрит куда-то мне за спину. – Забирай её и убирайся отсюда!
- Что здесь происходит, Адалисса?! – я слышу взволнованный голос ангела смерти, хотя из-за шума, едва могу разобрать слова. – И… кто сделал это с ней?! Это… Аббадон?!
- Ты… ты знал о нём! – в голосе мамы безудержная ярость. – Знал и молчал!
- Я дал клятву – я не мог сказать.
- Ах, клятву он дал?! Ну, смотри теперь, к чему привела твоя клятва! Надеюсь, ты доволен результатом?!
- Да, я виноват. Но то, что сейчас происходит… это твоя злость, Адалисса?!
- Нет. Хотя, было бы гораздо лучше, если бы это было так. Это – открываются врата бездны! И всё из-за того, что ты, Самаэль, позволил этим двоим встречаться!
- Врата бездны… Я считал их, всего лишь, легендой… Но, при чём здесь Кэтэрина и Аббадон?!
- Сейчас это уже не имеет значения. Да и нет времени это объяснять. Открытие врат нужно предотвратить. И я это сделаю. Скорее всего, моё тело не выдержит такой нагрузки и мне понадобится какое-то время, чтобы, вновь, обрести физическую оболочку. Пока меня не будет, присмотришь за Кэтэриной.
Мама отпускает мою руку, поворачиваясь ко мне спиной. У меня возникает жуткое чувство, что я вижу её в последний раз. Я не понимаю почти ни слова из разговора мамы и Самаэля, но… я прихожу к выводу, что во всём, что сейчас происходит, виновата я! Виновата в том, что не рассказала ей об Аббадоне… Не рассказала о своей новой любви… О встречах… Не рассказала ничего! И вот… к чему это привело. Теперь, из-за этого, вокруг творится сущий кошмар! А мама хочет сделать что-то, после чего я её не увижу!