Страница 140 из 256
- Милена грустит, – рядом со мной лёг салер и ткнулся в меня лбом.
- Милене бы сейчас забыть последний час своей жизни навсегда, – вздохнула я, приобнимая Блэка. – И забыть о приказе Люцифера тоже.
- Повелитель дал Милене плохой приказ? – с сочувствием, спросил демон.
- Да, очень плохой. Иногда, мне начинает казаться, что Люцифер, просто-напросто, меня за что-то ненавидит. Что он мстит мне за что-то, и я не понимаю – за что? Что я могла такого ему сделать? Ничего. Я всегда, лишь, следовала его приказам и желаниям.
- Ему, всего лишь, нравиться мучить тебя. Вот и всё объяснение, – это сказал Лекс, зашедший вместе с Рейфом.
- Ты, правда, так думаешь, Лекс? – поинтересовалась я, отпуская Блэка. – А по мне, так отношение Люцифера ко мне слишком уж смахивает на что-то личное. Как будто я ему когда-то сделала пакость, о которой сама не помню.
- А тебе не кажется, Милена, что у тебя сейчас есть проблемы посерьёзней, чем отношение повелителя Преисподней к тебе? Ну, например, исполнение его же приказа по поводу светлых эльфов? – напомнил мне Мейснер.
- Да помню я об этом! Помню! – излишне резко, ответила я. – Я просто никак не могу понять, почему я должна терпеть всё это?! Почему я должна терпеть все эти унижения, издевательства, изнасилования?!.. Почему?! Ответь мне, Лекс!
- Потому, что ты слабая получеловеческая девчонка. Вот и всё, – ответил Лекс.
- И это – единственная причина?!
- Да. Ну, ещё потому, что ты очень явно показываешь своё неприятие ко всему происходящему с тобой. Это то, что нравится демонам (да и не только демонам) и то, что заставляет их измываться над тобой ещё больше. Ты же сама хочешь избавиться от этих чувств. Разве, нет, Милена?
- Да, хочу. Но… это не так-то просто сделать так сразу.
- Кстати, Милена, мне показалось или я, на самом деле, видел твоего отца? – спросил Лекс.
- Нет, тебе не показалось. Я сама велела Драйку привести его ко мне. И, как оказалось, очень зря.
- Почему?
- Потому, что как только пришёл мой отец, явился Люцифер.
- И он был недоволен присутствием Савариса здесь? – догадался киллер.
- Да, он был очень недоволен. Но, это не самое плохое. Он… – я запнулась, думая, рассказывать или нет о том, что здесь произошло.
- Милена, чтобы ты сейчас не рассказала – это не удивит, – с усмешкой, подбодрил меня Рейф. – Меня даже не удивит, если ты сейчас скажешь, что Люцифер заставил тебя переспать с родным отцом.
- Тьфу на тебя, Рейф! – с ужасом, посмотрела я на гипнотизёра. – До такого Люцифер, всё-таки, не дошёл. Люцифер сам переспал со мной и заставил моего отца смотреть на это.
- И это всё? – с явным разочарованием, произнёс Рейф.
- А тебе мало?! – разозлилась я. – А вот мне этого, вполне, хватило! Я теперь не знаю, как, вообще, смогу посмотреть в глаза моему отцу. Я показала себя с отвратительнейшей стороны! Несмотря на весь ужас ситуации, я… я получила удовольствие от секса с Люцифером. Я стонала от наслаждения в то время, как мой отец вынужден был стоять на коленях и слушать… и смотреть!
- Милена не виновата! – вмешался в разговор Блэк. – Повелитель, если захочет, сможет заставить абсолютно любую женщину получить удовольствие, независимо от ситуации или желания!
- Слабое какое-то утешение, – невесело усмехнулась я. – Это может означать, лишь, то, что я слишком слаба, чтобы противостоять Люциферу даже в таком. А самое поганое – это то, что я даже поговорить со своим отцом нормально теперь не смогу.
- Из-за чего? – несколько удивился Лекс. – Из-за того, что тебе стыдно перед ним?
- Нет, – отрицательно покачала я головой. – Хотя… и из-за этого тоже, но главная причина не в этом. Главная причина – это приказ Люцифера. Он приказал мне резко и негативно относиться к нему. Он мне приказал не позволять отцу обнимать меня. Он сказал, что между нами не должно возникнуть хороших чувств и отношений. И, разумеется, ни о каких разговорах, так сказать, по душам, и речи быть не может.
- Но, почему? – видимо, даже Лекс не видел в этом логики.
- Откуда мне знать?! – огрызнулась я. – Откуда мне знать – почему и за что?! Может, это очередной такой садистский способ поиздеваться надо мной?! Он, вроде как, позволяет моему отцу быть рядом со мной и, одновременно, не даёт подойти к нему. Это, всё равно, что положить перед, умирающим от жажды, человеком бутылку холодной воды и разрешить только смотреть на неё. Как… как Люцифер мог дать такой приказ? Он, ведь, прекрасно знает, что отец – это единственный близкий мне человек.
- Поэтому, наверное, и дал, если знал, – предположил Мейснер. – Но, даже если и так, ты, всё равно, ничего не можешь изменить, Милена. А что это значит? А это значит, что ты не должна зацикливаться над тем, что тебе неподвластно. Можешь, конечно, если так сильно хочется, порыдать пару часов, но потом я бы посоветовал тебе вплотную заняться проблемой светлых эльфов. Ты же помнишь, что тебе сказали по поводу этого задания? Что если ты сможешь его выполнить, то получишь уважение демонов?
- Я помню об этом. И я займусь этим заданием. И рыдать я не хочу. Точнее, может, и хочу, но не буду. Хватит. Нарыдалась уже. Да и прав ты, Лекс. Нужно заняться тем, что мне подвластно.
На этом, разговор был закончен, и в последующие два дня я занималась тем, чем и планировала. Я штудировала книги о светлых эльфах, занималась с Драйком, размышляла о том, как можно уговорить Ферокса… Странно, но за всё это время я не видела снов ни о Дайоне, ни о Кэтэрине. И своего отца я ни разу не видела и, наверное, это было к лучшему. Я, до сих пор, не знала, как буду с ним разговаривать, как буду смотреть на него… Мне казалось, что когда мы с ним встретимся, случится катастрофа. Ведь, он узнает, что я, вовсе, не хочу устанавливать с ним какие-либо отношения. По крайней мере, так это будет выглядеть. И я ничего не смогу ему рассказать. Поэтому, я была только рада, что наша встреча откладывается на неопределённый срок. А тем временем, приближался момент исполнения клятвы, данной Аббадону…