Страница 40 из 87
— Абиссиния Яростная! Та, что приносит смерть и жизнь! Королева меда и огня! Слушайся нас! — мы ощутили смирение королевы, она слушала нас, через миг муравьи задвигались, подчиняясь ей.
Колония окружила дерево и принялась за работу. Я была удивлена тому, как быстро они ослабили ствол.
Через час мы услышали треск и гул ствола. Ахмос оттащил меня в сторону, и дерево упало, забрав с собой несколько веток других деревьев. Сила Уасрет угасла в нас.
Одинокий воин появился и отвел нас в деревню. Король вышел из хижины с маской на голове, гладя челюсть. Он сел на циновку, указал, что и мы так можем. Он кивнул одной из женщин, она села рядом с нами. Она принесла миску белой липкой массой, которая пахла лекарствами, но очень сильно.
Она втерла массу в укусы на наших телах, и, хотя я кривилась от запаха, я тут же оценила лекарство, оно охлаждало укусы и успокаивало жжение. Она работала, а король потребовал:
— Расскажите, как вы смогли это сделать! Лекарь может призвать дождь, но никто не переживал муравьев, еще и валил дерево.
Ахмос пожал плечами.
— Если мы закончим испытания и получим вашу помощь в поиске братьев, может, мы покажем вам свою силу.
Король, сидевший на коленях, резко отклонился назад, размышляя над словами Ахмоса.
— Не важно, — отмахнулся он. — Третье испытание никто не переживет.
— Какое третье испытание? — спросила я.
Ахмос перевел.
Король ответил:
— Сначала поешьте. Считайте это прощальным пиром.
В этот раз нам принесли другую еду. Солнце садилось, от деревьев падали длинные тени. Жители выходили из хижин, несли блюда и ставили перед нами рыбу, жареное мясо с грибами, вареные яйца, тушеные овощи, похожие на морковь с пряными специями, медовые сладости, неизвестный фрукт, и миску термитов. Король зачерпнул горсть корчащихся жучков и сунул их в рот, радостно разжевал. Несколько попыталось сбежать, но он сунул их обратно, облизывая пальцы.
Не глядя на термитов и странное мясо, я взяла сладости и морковь, попробовала фрукт, пока Ахмос взял тарелку рыбы. Вернулись музыканты, а этот раз танцевали дико, и я нервничала. Это напоминало мне безумные народные танцы перед тем, как девушку пожертвовали Кинг-Конгу.
Вытерев руки о штаны, я спросила:
— Какое третье испытание?
Король, не сводя взгляда с танцующих, ответил, и Ахмос перевел.
— Простое, — сказал он. — Нужно просто одолеть Ананси.
— А Ананси…? — спросил Ахмос.
— Ананси очень голодна. Не так, как змей, но все же. Но ей не нравятся призраки. Нет. Она люби плоть.
Король посмотрел на нас и улыбнулся, острые зубы сияли в свете огня.
— Ананси живет на краю джунглей. Когда она просыпается, мы жертвуем женщину. Ей нравится женская плоть.
Я сглотнула.
— Женская плоть.
Ахмос не сдавался.
— Что такое Ананси? — напряженно спросил он.
Король моргнул.
— Ананси — большая паучиха.
16
В ловушке паутины
Скрестив руки на груди, я сказала:
— Похоже, эти ваши испытания ведут к смерти, смерти и, о, неужели, смерти. Не думаю, что мы будем играть с вами дальше.
Ахмос не переводил. Он смотрел на меня со смесью «тебе-не-стоило-этого-говорить» и неприкрытой гордости, его серые глаза прищурились, а уголок рта приподнялся. Я вскинула брови, прося его сделать что-то, и он выдохнул. Ахмос точно перевел мои слова, хоть говорил не так сердито. Король склонил голову, размышляя. Он явно был не глупым, и ему нравилось играть с нами.
Я видела таких мужчин на праздниках моего отца. Они улыбались на миллион долларов, выглядели впечатляюще, но житель острова, сидящий рядом с нами, жующий сырых жуков, был не менее хитрым, чем ребята в дорогих костюмах из Нью-Йорка. Он был умнее их и точно увереннее.
Король сделал глоток из чаши с горячей ароматной жидкостью. Пар поднимался оттуда, пахло свежими приятными специями. Я уловила нечто, похожее на корицу и анис. Если бы нам предложили, я бы попробовала. Его лицо казалось моложе, пока он пил, то ли от напитка, то ли от пара, то ли от его радости из-за нашего грядущего поражения.
— Начатые испытания, — сказал он между глотками, — нужно закончить. Твой мужчина согласился, если я правильно помню. Вы обязаны закончить начатое, хоть это и опасно. Мой народ не любит тех, кто не держит слово.
— Держит слово? — парировала я. — У нас и выбора не…
Ахмос опустил ладонь на мое колено и перебил:
— Если не возражаете, мы хотели бы встретить Ананси как можно скорее.
— Конечно. Конечно, — сказал король.
— Ахмос, — прошипела я, схватив его за руку. — Вряд ли это хорошая идея. Мы тратим время, развлекая этого чудака, а должны искать твоих братьев.
— Знаю, это выглядит так, Лили, — тихо ответил он. — Но этот король и его деревня — все, что мы нашли на этом острове не сломанным.
— Как это понимать? — спросила я.
— Не знаю точно. Но когда я смотрел возможные пути, увидев горлянки, один сиял ярко. И я знал поэтому, что нам нужно в этом участвовать.
— Хорошо, но теперь нам нужно победить большого паука. Я бы такое встречать не хотела.
— Встреча с пауком не должна сильно отличаться от муравьев. Это может быть даже проще, ведь мы имеем дело с одним существом.
— Ладно, я понимаю это, но во всех фильмах с большими пауками…
«Что за фильмы?» — спросила Эшли, пока я пыталась остановить обрывки «Арахнофобии» в голове.
Я вздохнула.
— Не важно. Хорошо, что вы не видели длинноногих созданий Голливуда, которые вылезают по ночам. Может, этот паук не так и плох, — сказала я, пытаясь убедить не только их, но и себя. Тиа не боялась пауков, а Эшли они нравились. Она даже ухаживала за пауком в преисподней, плела из его паутины для себя гамак.
Только я была в ужасе от мысли о встрече с огромным пауком, желающим моей плоти. Я вскинула руки.
— Ладно. Но если нас будут есть, я буду повторять «Я же тебе говорила», пока мы не погибнем, — мужчина рядом со мной попытался ободряюще улыбнуться, но я не успокаивалась.
Я не была глупой блондинкой, кричащей из-за жуков, но большие пауки? Я не была идиоткой. Когда Годзилла прибыла в Манхэттен, местные были достаточно умными и сбежали. Эта ситуация была схожей. Но только я говорила об этом, и меня никто не слушал.
Маленький король встал и хлопнул в ладоши.
— Оружие вы оставите здесь.
— Нет уж, — я потянула свой лук, когда воин снял его с моего плеча.
— Мы все сохраним, — заверил нас король.
Ахмос не давал мне выбора, и я неохотно сдалась и смотрела, как мое оружие уносят в хижину короля. Двое солдат вышли вперед и привязали наши запястья друг к другу грубой веревкой. Я подняла запястья и убийственно посмотрела на Ахмоса, а потом с неохотой пошла за ним и туземцами в джунгли.
Когда мы пришли в нужную точку, к высокому деревянному шесту на маленькой поляне, коротышка подвел меня туда. Он сделал шоу, привязывая меня к шесту в стиле «девушку-пожертвуют-Кинг-Конгу». Я могла бы ударить его, но слушалась желаний остальных. Я ворчала и пыталась ткнуть его по ноге, когда он до боли затянул веревки. Когда он поверил, что я не сбегу, он пошел к своим.
Ахмос при этом помогал определить дерево, куда привяжут его.
— Серьезно? — проворчала я. Эта игра уже затянулась. Ахмоса успешно привязали, и тот, что вел меня, ударил в колокол. — Хорошо, — сказала я, когда он ушел с поляны. — Ужин подан. Еще и с оповещением, куда очевиднее? — прокричала я ему вслед.
Деревья дрожали, и я сверлила Ахмоса взглядом.
— Чтобы ты знал, в этом я виню тебя, — завопила я.
— Все будет хорошо, любимая, — отозвался он.
— О, нет. Сейчас милые слова не помогут!
— Сосредоточься. Используй свою силу, — сказал он так, что голос звучал успокаивающе и понятно. Я извивалась в путах, но веревки были плотно затянуты.
«Хочу уже увидеть зверя», — сказала Эшли.