Страница 28 из 32
Эбигейл умерла тихо. Просто остановилось сердце, и слияние душ растворилось в огромном мире. Попытка реанимировать миссис Даллас ни к чему не привела, и врачи, опустив глаза, молча пытались решить, кто же скажет ужасную новость детям женщины.
Наконец, самый пожилой врач решился и направился в палату Марка Далласа. Подойдя, он взглянул через стекло на плачущего подростка, которого обнимал старший брат. Они уже знают.
Осторожно открыв дверь, мужчина вошел в палату.
-Она умерла, верно? – тихо произнес рыжий парень.
Врач кивнул, и Томас, закрыв глаза, уткнулся в волосы Марка. Мужчина, тихо покинул палату. Ему здесь больше нечего делать.
Осталось не больше трех глав плюс эпилог.
========== Глава девятнадцатая ==========
Томас с легкой дрожью стоял перед мужчиной лет 30. Его светлые волосы были собраны в хвост, а темные глаза с лиловыми отблесками вызывали жгучий страх.
-Вот все документы и деньги за украшения, – голос мужчины были спокойным. – Квартиру я вам подобрал, но перед тем как отдам ключи, хотел бы увидеть Маркуса.
Рыжий покорно кивнул и вышел из гостиной, направляясь в комнату брата.
Несколько минут ему потребовалось, чтобы Марк, наконец, дозвался до Маркуса и передал ему просьбу о встрече.
Отражение тяжело вздохнул. Коснулся рукой зеркала и… стал меняться. Перед ошарашенными Далласами стоял Маркус Вердамт собственной персоной.
-Он в гостиной?
-Да, – медленно кивнул Томас, отходя в сторону.
Маркус вновь вздохнул и, перекрестившись, вышел из комнаты.
Отражение прислонился к косяку и взглянул на Жнеца.
-Странная просьба, Лиан. Вновь увидеть меня.
Россе повернулся и чуть прищурился.
-Ты изменился, но не сильно. Теперь ты отражение со всей памятью рода.
-Сукрам провернул частичное слияние с отторжением. Надеялся прервать связку, но теперь я рву последние нити.
-Даже с прошлым?
-Особенно с прошлым, – Маркус чуть вздрогнул.
-Эти дети ведь не в курсе?
-Нет, я не поставил их в известность о своей истинной сущности.
-Что ж, – Данталиан чуть улыбнулся, – думаю, мне пора идти.
Жнец растаял в воздухе, и Маркус, опустив голову, провел рукой по открывшемуся шраму на горле. Он был единственным подростком, который выжил в ритуале Россе. Истинно проклятый.
Бернард удивленно смотрел, как вещи Далласов споро грузят в машину. Мебель они оставили, забрав только личные вещи.
Ламберте подбежал к бледному Марку и дернул его за руку.
-Ты уезжаешь?
-Да, – криво улыбнулся подросток. – Томас оформил опеку надо мной, не думаю, что мы с тобой встретимся.
-Но, как же так, – растерялся Бернард, – я все понимаю, но, неужели ты не хочешь узнать, что происходит в этом городе?
-Сегодня Маркус будет читать записи из дневника, после этого мы сразу переезжаем. Документы из школы уже забрали.
Бернард поправил очки, с силой надавив на переносицу.
-А последние записи?
-По скайпу, – пропыхтел Марк, запихивая в багажник очередную сумку, – и не стой столбом. Помоги.
Ламберте молча подхватил сумку за второй край и помог все уложить.
-Идем, – мотнул головой Даллас, – последний ужин в этом доме.
Бернард рассеянно последовал за своим другом и, едва оказавшись на кухне, наконец осознал: Даллас действительно уезжает.
Маркус сидел за столом и постукивал ногтями по дневнику.
-Все в сборе. Тогда ешьте, я пока почитаю.
Когда все приступили к ужину, отражение открыл дневник и начал читать:
-“1 мая 1892 года. Вальпургиева ночь не прошла бесследно. Вокруг начали бродить призраки. Они шепчут лишь одно, но пока я не могу разобрать слов, да и не очень хочется. Пусть все катится к чертям, больше я не намерен быть добрым и хорошим.
17 июня. Сегодня трое черных спиногрыза утонули в озере. Я стоял на берегу и наблюдал, как они беззвучно барахтаются. Страх парализовал их тела, не позволяя крику вырваться на волю. Они очень быстро пошли ко дну, а я развернулся и ушел. Зачем спасать эти отродья, все равно они скоро все сдохнут.
28 июня. Снова утонувшие, меня это начинает смущать. Шаман странно косится и даже заходил в мой дом. Потряс своими амулетами и сказал, что в моем доме великое зло, которое я выпустил из другого мира. Что он знает о зле, глупый человек. Вечное проклятье, вот что я выпустил, но никак не зло.
4 августа. Сегодня я и Сукрам проводим ритуал принятия рода. Мне немного страшно, но он меня успокаивает. Даже налил немного виски, только это не помогло. На поляне в лесу мы нарисовали огромную гектограмму, правда для этого пришлось полностью выполоть её и засыпать слоем песка. Все, как в страшных сказках. Руны, свечи, кровь.
6 августа. Я больше суток пробыл в бессознательном состоянии. Ужасающая боль до сих пор терзает мое тело, и я почти не в состоянии двигаться, но теперь я помню все. Действительно все. Это ужасно. Моя голова разрывается от множества жизней, которые были прожиты не мной. Сукрам меня успокаивает. Скоро это пройдет.
18 августа. Этот город меня уже не раздражает. Я смирился с тем, что живу в Сангуисе. Смирился с тем, что стал убийцей. Только сейчас я осознал, что творю. На мне столько крови, пусть я ненавижу этих черномазых сволочей, которые заполонили новый свет, но все же это не повод убивать их. Я множество раз нарушал клятву Гиппократа, убивая своих пациентов из ненависти. Проклятье, я чудовище”.
Маркус отпил немного из стакана и вздохнул.
-Все. На сегодня хватит. Бернард, перевод я тебе перешлю по электронной почте. Томас, Марк, нам пора ехать.
Ламберте встряхнулся и медленно поднялся из-за стола. Ему не хотелось отпускать своего друга. Тем более, тот так и не сказал, куда они едут.
Через 15 минут дом был заперт, Бернард направлялся к себе, а троица погрузилась в машину и уехала из Сангуиса.
Молодая пара восхищенно осматривала старинный дом. Мужчина лет 25-27 с невероятными желтыми глазами, мягко улыбаясь, показывал им комнаты.
-Это невероятно, – наконец произнес мужчина. – Откройте секрет, почему владельцы столь чудесного дома продают его вместе с мебелью по столь низкой цене?
-Дело в том, что молодые братья Далласы больше не могут здесь жить. Их родители и младший брат погибли. Не переживайте, не в доме, но им больно здесь оставаться.
-Ох, – девушка прижала тонкие пальчики к губкам, – мне так жаль их. Бедные ребята. Мистер Вердамт, а кому принадлежал это дом ранее.
-Предыдущий владелец умер в возрасте 70 лет, и дом отошел государству. До него здесь жили многие люди, но первым человеком был мой полный тезка Маркус Вердамт. Он был уважаемым человеком, врачом. На чердаке остались кое-какие вещи, в том числе копии картин. Он также был художником.
-Что ж, – молодой мужчина притянул к себе девушку, – нас очень заинтересовал дом, и цена приемлемая. Думаю, нам здесь будет хорошо, как думаешь, Маргарет?
-Покупаем, – кивнула девушка, прижимаясь к своему мужу, – наши дети будут здесь счастливы.
-Мы согласны, – мужчина протянул руку Вердамту, и Маркус пожал её.
-Отлично, тогда оформим бумаги, и через два дня можете въезжать. Если будете оплачивать сейчас, то въехать можно будет уже к вечеру.
Парочка переглянулась.
-Давайте прямо сейчас в банк, – наконец произнес мужчина, – я переведу деньги и подпишу все документы.
-Отлично, – улыбнулся Маркус, – тогда давайте поспешим, он скоро закрывается.
Два часа спустя молодая пара получила ключи от дома.
Марк раскладывал вещи по своей новой комнате. Зеркало во весь рост заняло часть стены у окна, в шкафу расположилась одежда, а новый компьютерный стол уже был завален учебниками и тетрадями.
Даллас тихо вздохнул и повесил рамки с фотографиями рядом с кроватью.