Страница 20 из 32
-А мне кажется, что он не просто пьян или сошел с ума, – произнес Маркус, выдыхая дым, – но и болен. Возможно, опухоль. Я тут пролистал немножко дальше, у него начались галлюцинации. Зрительные и слуховые. Опухоль мозга с легкостью может вызвать такой эффект.
-Так читай, раз пролистал, – надулся Марк.
-Постепенно, не все сразу, – рассмеялось отражение, – не так легко глаза ломать. Почерк отвратный, и с каждой страницей все хуже. Тем более, не всегда просто перевести. Обороты, грамматика - все это с наскока не дается.
-Тогда просто следующий эпизод, – кивнул Томас, – осилишь?
-Отплатишь, – криво усмехнулся Маркус.
-Натурой, – решил ввернуть шутку Бернард.
Далласы слегка покраснели и отвели глаза.
Ламберте окинул всех взглядом и поправил очки. В комнате повисло напряжение.
-“31 декабря 1891 года. Почти полночь, начинается 1892 год, а я сижу у нетопленого камина и кутаюсь в ледяной плед. Мое дыхание вырывается паром изо рта, но у меня нет сил, чтобы подняться и запалить огонь. Вчера, мое отражение прижалось к зеркальной глади и, усмехаясь, предложило убить чернокожих. Я никогда не думал, что могу столь сильно испугаться. Разбив проклятую стекляшку, я спрятался в своей комнате, где не было зеркал и многие часы, как ребенок, лежал на кровати. Дьявол пришел за мной, в моем же обличии.
-Маркус, – Томас повернулся к отражению, – если мы все таки потомки Вердамта, а ты отражение Марка, то, может, ты кое-чего недоговариваешь?
-Сделаю маленькое замечание. Старшего брата Вердамта звали Теодор, младшую сестру Моника, тот Маркус был средним ребенком. Вычлени первые буквы имен.
-«Т», «М», «М» - отозвался Бернард.
-А теперь, первые буквы ваших имен.
-«Т», «М», «М», - пробормотал Марк, – и я средний. Что ты хочешь этим сказать?
-Отражение Вердамта звали Сукрам, в принципе, все отражения, если не получают имен от своих реальностей, просто носят перевертыши. Не все люди их могут оживить. Когда умирает человек, умирает и его отражение, но отголоски надолго остаются в мире зеркал, из-за этого я больше знаю и, кстати, я более чем уверен, что вы потомки Вердамта. Зеркало на чердаке принадлежало Маркусу и Сукраму, изнутри это чувствуется.
-А этот Сукрам, – поправил очки Бернард, – он был такой же, как ты?
-Сомневаюсь, – пожал плечами Маркус, – хотя, учитывая, что вы потомки Вердамта, меня можно назвать, в каком-то смысле, сыном Сукрама.
-Веселенькое родство, – хмыкнул Томас. – Ладно, почитали, пора и поспать, – рыжий с хрустом потянулся и зевнул. – Все, Бернард, ты домой, Марк, ты спишь. Я позвоню матери, скажу, что все в порядке.
Ламберте сразу же поспешил к выходу. Пока ещё не слишком поздно, нужно позвонить Милисе, а с призраками пускай Далласы разбираются.
========== Глава тринадцатая ==========
Бета оправилась на море, так что читайте так.
Марк завозился на своей половине кровати. Безумно хотелось есть, но не в три же часа ночи шуметь на кухне.
-Что ты ворочаешься? – раздался сонный голос Маркуса.
-Есть хочу, – пробурчал Марк, и его желудок согласно заурчал.
Отражение хмыкнул и, потянувшись, встал.
-Пошли, найду, что приготовить.
-А ты умеешь? – с сомнением протянул Даллас, выпутываясь из одеяла.
Маркус вновь хмыкнул и направился на кухню. Марк поспешил следом.
Даллас уселся за столом и стал наблюдать за своим отражением. Ловко орудуя ножом, Маркус порезал мясо тонкими ломтиками и, присыпав приправами, кинул на разогретую сковороду.
Пока жарилось мясо, отражение вытащил булочки для бургеров, салат, огурцы и соус.
-Вытащи сок из холодильника.
Марк молча вытащил апельсиновый сок и два стакана.
Поздний ужин проходил в тишине, пока Даллас не выронил тарелку из рук, пытаясь донести её до раковины. Подросток уже предчувствовал грохот, но Маркус быстро поймал прыгучую посудину.
-Наелся и сразу спишь, – усмехнулось отражение, – иди спать, я тут приберусь, а тебе завтра в школу.
-Не хочу, – нахмурился Даллас, – сходи ты.
Маркус приподнял брови.
-Вот как мы запели, а ведь ещё недавно рвался в это мрачное место.
-Я жертва насилия, – надулся Марк, – и мне нужны поблажки.
Отражение тихо рассмеялся и подошел к подростку. Притянув его к себе, он легко поцеловал Марка в губы.
-Так и быть, схожу завтра за тебя, но уроки сам будешь делать.
-Договорились, – заулыбался подросток, – теперь спать?
-Если не предложишь занятие поинтереснее, – провокационно произнес Маркус.
-Нет, лучше спать, – тут же отступил Марк.
Отражение тихо рассмеялся.
-Идем наверх.
Даллас кивнул и неожиданно зевнул. Ему действительно хотелось спать.
Эбигейл сидела у кровати мужа и тихо плакала. Врачи не могли привести Вильяма в сознание, он был как в летаргическом сне. Даже шоковая терапия не помогла.
Тихо скрипнула дверь и в палату проскользнул мужчина в белом халате.
-Миссис Даллас, пришли результаты анализов – в крови вашего мужа нет никаких посторонних примесей, кроме алкоголя, но он в пределах допустимой нормы и постепенно снижается.
-Тогда почему он не приходит в себя? – всхлипнул женщина.
-Мы сделали рентген, – врач замялся, – трещина в черепе, но это не является причиной столь странного состояния вашего мужа, нам нужно провести ещё серию тестов, и только тогда мы сможем точно сказать, что с мистером Далласом. Советую поехать домой. Ваш сын уже спит в комнате для детей.
Эбигейл подняла заплаканное лицо и медленно кивнула.
-Если он очнется, пожалуйста, позвоните.
-Конечно, миссис Даллас, – кивнул врач, – мы сразу вам сообщим, как только будут какие-то изменения.
Миссис Даллас поднялась и, кинув взгляд на неподвижного мужа, вышла из палаты. Ей надо быть сильной, ради детей.
Маркус сидел в классе и рассеянно чертил что-то на полях. Силы убывали, ему нужен источник, постоянный, но Томас и Марк не смогут долго держатся, даже если трахнуть их поочередно или самому оказаться в пассивной позиции, одновременно будучи активом. Довольно сложно представить, как он сможет уломать Далласов на групповой секс, но тут в помощь придут другие отражения. Путь они лишь слепки с настоящих людей и очень слабо мыслят, все же и у них появляются хорошие идеи. В крайнем случае, всегда можно наведаться к пафосному психу. Маркус поморщился. С ним связываться себе дороже, но у него есть хороший друг, который прекрасно варит зелья любой сложности и направленности. Правда, в долгу он окажется уже у трех существ, относящихся к людям только внешним видом и внутренними органами. И то, последнее под большим вопросом.
-Мистер Даллас, – голос преподавателя литературы резанул по ушам, – что я только что прочла?
-Бежит по борту якорный канат,
И паруса уже вдоль рей лежат;
Легко качается корабль. Народ
Глядит, как опустили быстрый бот,
Сошли в него; всяк на весло налег,
Гребут, и киль врезается в песок;
Приветный крик, и вот на берегу
Рукопожатья в дружеском кругу,
Расспросы, смех и шутки без конца-
И скорый пир уже манит сердца! – отозвался Маркус, смотря в окно. – Байрон, поэма «Корсар».
-Что ж, вы все же меня слушаете, – преподаватель успокоено кивнул, – но я бы попросил больше обращать внимание на меня, а не на то, что происходит за окном.
Маркус рассеянно кивнул и взглянул на доску. Последний урок, а завтра церемония прощания с ублюдком Ричи. Отражение сжал кулаки, жаль сил было мало, иначе он сотворил бы с ним то же самое, что и с Вильямом, хотя, поглотить его отражение было хорошей идеей. Человек без отражения, все равно, что без души. Он медленно, но верно умирает. Вначале, его состояние напоминает летаргический сон, затем, не смотря ни на какие меры, он начинает усыхать, стареть и потихоньку гнить изнутри. С нынешними технологиями, врачи долго продержать мужчину на этом свете, но конец неизбежен. Ведь умирает душа, а не тело, а как известно, без души жить невозможно.