Страница 6 из 35
— Тогда вы не гоняете, вы просто низко летите.
Хантер рассмеялся.
— Подчиняясь всем правилам, лишаешь себя стольких удовольствий.
— Церковь такого не одобряет, — Крайтон поймал Блэка за локоть и заставил повернуться к себе лицом.
— А ты выполняешь все, что требуют святые отцы? — Хантер чуть наклонился, приближая свое лицо, к лицу Крайтона. — Я не нарушаю главных правил. Десять заповедей церковных я чту. Хотя от требования отказаться от прелюбодеяния иногда отступаю.
— Есть много других правил, — у Френсиса пересохло во рту от волнения.
— Есть, — согласился Блэк. — Но если подчинюсь им всем, то перестану быть собой. Ты ведь тоже не всегда им подчиняешься, Френсис.
Крайтон с трудом вздохнул. Сердце бешено билось где-то в горле, мешая дышать. Ярко-синие глаза Хантера застили собой мир.
Сильный удар в спину заставил Крайтона качнутся вперёд, падая на Блэка. Тот подхватил полицейского, легко удерживаясь на ногах.
— Простите, мистер, — испуганный мальчишеский голос раздался со стороны футбольного поля, — я не хотел в вас попасть.
Френсис, проморгавшись, обернулся к говорившему. Мальчишка лет 13 переминался с ноги на ногу, явно смущённый.
— Эм, ничего страшного, — Крайтон повел плечами и охнул от боли. — У тебя хороший удар.
Мальчик подобрал мяч краснея.
— И всё же, простите сэр, я правда не хотел.
— Ничего страшного, — Хантер улыбнулся покрасневшему футболисту. — Со всеми случается. Иди к друзьям.
Повеселивший мальчишка умчался к своим продолжать игру, а Хантер отстранился от Крайтона и хмыкнул.
— Боюсь, придется лечить спину, иначе воришек будет не догнать. Идём, у меня есть хорошее лекарство.
Френсис со вздохом подчинился. Он все пытался понять, что же произошло до того, как в спину ударил мяч. Почему полузнакомый пожарный показался ближе, чем его бывшая жена, с которой он провёл несколько лет.
Снова та же зала, слабый свет, но в этот раз лишь двадцать одно кресло спустилось с людьми. Двадцать второе оказалось пустым.
Несколько секунд в зале висела тишина.
— Значит, семнадцатый был наш убитый, — механический голос разнесся эхом. — Что ж, это не проблема. Наверняка, он оставил наследника, который займет его место.
— Сомневаюсь, — ещё один голос, на этот раз третьего, — он не просто убит. Лаборатория разрушена, все его учёные уничтожены с яростью зверя. Кажется, кто-то из его экспериментов решил мстить.
— Но мы не знаем, кто, — голос тринадцатого был пародией на мультипликационного героя Диснея, — полиции известно лишь об одном преступлении. Лаборатория закрыта от властей. Мне, как доверенному лицу семнадцатого, пришло письмо по мейлу с координатами. Я был там. Такое побоище не мог устроить даже самый сильный модифицированный. Тут что-то иное. Кто-то из вас это устроил.
— А может, это был ты, — первый чуть наклонился вперёд, — и теперь показываешь, какой ты понимающий и хороший, рассказывая нам о том, что произошло.
— Мне бы не хватило сил на такое действо. Если ты не заметил, то я сидел в этом кресле ещё до твоего предшественника. Я самый старый из совета и помню то время, когда мы резали друг друга. Это я предложил ту систему защиты. У каждого из нас есть доверенный. Мы крепко связаны парами и лишь связанные знают номера друг друга. Я знал семнадцатого, а он меня. Эта система разработана на случай атаки наподобие этой. Поэтому мне нужно выбрать того, кто станет моим связным на случай смерти и, если честно, я думал, что семнадцатый доложит о моей кончине и приходе моего наследника, а никак не то, что он сам будет мертв.
— Хорошая речь, — двадцать второй издевательски зааплодировал. — Долго готовил?
— Я говорил её уже много раз, ещё когда ты пешком под стол ходил, двадцать второй. Твое кресло сменило уже четыре задницы с тех пор, как я занял свое. Так что, не думай, что ты здесь самый умный. Собрание можно закончить. Я сообщил что хотел, а других тем для обсуждений у нас нет.
На несколько секунд в зале повисла тишина, а затем, защелкали кнопки.
Билл Тентр считал себя счастливым человеком. У него был уютный дом, большая семья и любимая работа. Смотря на себя прежнего, только-только пришедшего в отдел, имеющего лишь небольшую комнатёнку после отъезда из родительского дома и любимую девушку, на пальчике которой красовалось деревянное помолвочное колечко, он понимал, как далеко шагнул.
Теперь его дом в три этажа был наполнен шумом и смехом. Шестеро его детей подрастали, а любимая жена намекнула на то, что совсем не прочь завести ещё одного. Билл и сам был не против, пусть и несколько побаивался за здоровье супруги. Всё же, им уже не двадцать, а их старшая дочь уже совсем скоро переедет от них в удобную квартиру недалеко от центра города.
Младшенькому же исполнилось шесть лет, и он в своей любознательности совал нос, куда не полагается, как и все нормальные дети в его возрасте.
Работа приносила удовольствие, и он с радостью отправлялся на неё утром, но не в этот раз.
Убийство в многоэтажке было дерзким и совершенно не поддавалось расследованию. Все анализы указали на совершенно обычного тигра, который явился в центр города, прошёл в квартиру и загрыз человека, а затем, спрыгнул с десятого этажа и растворился в воздухе.
Конечно, были случаи убийства людей животными, но это происходило в лесу или ещё где-нибудь, далеко от цивилизации, но никак не в центре города. Зоопарки проверены, частные питомники – тоже. Тигр исчез, растаял, испарился, черт побери, в огромном мегаполисе.
Билл шарахнул кулаком по стене кабинета. Это невозможно!! А раз это так, значит, они что-то упускают, некую деталь, которая подскажет верное направление.
Тентр схватился за чётки, применяя технику медитативного дыхания. Значит так. Камеры проверяют эксперты монтажа, его детективы охватывают всё большие круги возможных свидетелей и знакомых жертвы, а лаборатория перепроверяет анализы. Также команда криминалистов в шестой раз обнюхивает квартиру, но, к несчастью, ничего не находят. Лишь куча мелкого мусора, никак не относящегося к делу: мышиный помёт и следы от тараканьей отравы. Никаких следов присутствия ещё одного человека.
Лейтенант поднялся со своего кресла и взъерошил короткие волосы ладонью, чтобы тут же их пригладить. Они разберутся в этом деле. Выяснят, кто столь изощрённо убил, не испачкав руки, но навеки запятнав совесть и душу.
Маргарет Тентр стояла перед зеркалом в нежно-бежевом халатике. Её темно русые волосы были аккуратно убраны в хвост и лишь пара прядей обрамляла чуть постаревшее лицо.
Она медленно развязала пояс и позволила шёлку соскользнуть с её тела.
Качнув бедрами, она повернулась боком и чуть наклонила голову к плечу. Пока ещё не видно, но очень скоро её живот вновь округлится, грудь нальется, а малыш будет шевелится внутри.