Власть любви

— А твой облик не вернулся. — Обнажив клыки, выдохнул демон. — Твоя личина при тебе. Ты должен снять ее.

— Знаю. — Скривился я. — И знаю, как это сделать.

Глава двадцать первая

Хейли Сизери

— Добавьте серебряных нитей, — приказал отец. И тон его был таким, что я бы поостереглась спорить.

Служанки засуетились, расплетая мою прическу. Теперь сложную косу, венком ложащуюся на голову, следовало заплетать с нитями.

Отдав указание, отец вышел. Сегодня состоится последнее испытание. Удивительно, но я, к примеру, не знала, что отцу вернули всю собственность, которую отняли двадцать три года назад.

И сейчас мы находились в столичном доме Сизери. А вот поместье стало летней резиденцией Сизери. Звучит пафосно, словно мы королевская династия.

Мой восторг давно утих. Впрочем, назвать свое состояние восторгом я не могла. Это было радостью, кратковременной. Знать, что все заслуженное родом смогло вновь вернуться к его членам отрадно, однако…какой ценой? Что должен был сделать отец, чтобы король благосклонно отнесся к ошибке своего подданного и сумел его простить? Пусть и через столько времени.

Однако поговорить с отцом по душам у меня не получалось. То его, то меня отвлекали текущие дела.

Последние две недели были для меня сущим кошмаром. И не только потому, что я уставала. Меня больше вымотали морально. Начать хотя бы с того, что мое выполнение первого задания среди народа произвело настоящий фурор.

Я не могла объяснить, что выбор на приготовление простейшей похлебки пал не потому, что я думала о крестьянах. И не для того, чтобы показать, что лояльна и ближе к народу, нежели другие участницы.

Не умею я готовить еду. Та несчастная похлебка была единственным удавшимся моим экспериментом. Нет, возможно, в будущем я еще приготовлю похожую простую пищу, но до этого все, чем я изволила потчевать своего Кошу, оказывалось непригодным для употребления.

Но летописцев это не интересовало. Ни одна газета не обошла меня стороной. Каждый на разные лады твердил, что это удачный ход.

В конце концов, я приняла решение просто не обращать внимания на то, что пишут в газетах и зареклась вообще брать их в руки, пока не закончится конкурс.

Меня больше волновали странности в поведении Мэтта, а также его друга Айна.

Я не могла понять, куда делся студент и почему преподаватели не поднимают эту тему.

Разговор с Мэттом не дал мне ничего. Я отловила соседа практически поздней ночью, перед выполнением второго задания, и ничего вразумительного тот сказать не мог. Честно говоря, я не могла внятно ответить даже себе, почему беспокоилась об этом парне.

Но утешалась тем, что знала его непростые отношения с бывшими однокурсниками. Однако Мэтт уверил меня, что дело не в них и клятвенно заверил, что с другом все в порядке и скоро он вернется.

Еще позавчера свои голоса за финалистов отдали студенты. Лишь малая часть сумеет попасть сегодня на площадь. Такова воля ректора. Хотя студены, приглашены не как гости, а как помощники и охранники.

Народ же свои голоса за понравившихся финалистов отдаст после последнего задания, который мы выполним прямо на сцене. И если студентам надо было писать на бумажке имена, то людям нужно будет подходить к специальным колонам.

Эти самые колоны расставлены по всей площади. Общей сложностью их десять. Они поставлены там, где по расчетам магов, должно быть самое большое скопление людей.

У каждой колонны будут дежурить по пять магов. Именно они должны выдать желающим камень, символизирующий цвет факультета конкурсантки, за которую желают проголосовать.

Человек, взявший в руки один камень и опустивший его в специальную нишу в колонне, второй раз проголосовать не сможет. Затем, насколько я поняла, перед награждением будут выступать лицедеи, давая время магам на подсчет голосов.

Довольно трудоемкая работа, но отец предупредил, что у переживать не о чем. Заминок не случится.

По большому счету, именно это голосование и решит, кто станет королем и королевой Академии Сиятельных.

Если брать оценивание жюри, по предыдущим двум заданиям, мы все шли вровень. Вопреки ожиданиям народа, за первое задание я получила пятьдесят два балла из шестидесяти возможных. Десять баллов поставили три человека: супружеская пара Саян и леди Тацита Файниш. Ректор наградил меня семью баллами. Хозяйка ресторации «Черная Молния» поставила девять, а известный гурман — шесть.

И заняла третье место. Последней была Аннет Тарис, ей баллы сняли за подлость. Таки — да, именно она, целенаправленно забрала мои ингредиенты. Танита Оулс заняла второе место, а первое принадлежало Лианей.

После второго задания, места распределились иначе.

Я до сих пор с содроганием вспоминаю интеллектуальный «экзамен». Для его оценки были приглашены выдающиеся умы нашего королевства. Четыре лорда довольно почтенного возраста.

Мое задание гласило следующее: по поверьям она несет в себе чистоту и верность, но она же и символ любви, и символ страсти. Принесите на оценивание ее полную противоположность.

На выполнение этого задания нам дали пять дней. Откровенно говоря, я не была уверена, что мы получим одинаковые задания, а уверилась в этом только во время оценивания.

Ею оказалась роза. Белая роза символ верности и чистоты, красная и алая — любви и страсти.

А вот что можно было найти ей взамен? Точнее в противопоставление? Сначала я решила, что нужно использовать цветочный этикет. И принести те цветы, которыми принято украшать склепы в день ритуала прощания.

Но потом задумалась. Если для розы использован цветочный язык, описывая ее, то, скорее всего для противоположности использован язык противоположный цветочному языку. Иными словами, тут может быть все что угодно: язык жестов, устная речь или письменная.

И тогда что нести? Или кого?

На экзамен я шла с Тором.

Что сказать, задание я выиграла. Все остальные участницы глубже «копать» не стали. А я прекрасно помню, что символ женского начала — это роза, а мужского — лилия. А значит, в задании был зашифрован мужчина.

В-принципе, они ответили правильно, принеся траурный цветок. Лилиями тоже украшают склепы.

Свои шестьдесят баллов я получила. А вот девушки на десять меньше.

После второго конкурса Лианей имела сто десять баллов, я сто двенадцать, Танита — сто четыре и Аннет девяносто восемь.

Пока, я находилась на первом месте, но разрыв с Лианей был крошечным. А после голосования студентов академии, таким же и остался.

Ректор разделил их голоса следующим образом: той, за которую проголосовало большинство, поставили шестьдесят баллов, за вторую — пятьдесят, третью — сорок и последнюю всего тридцать.

Но так вышло, что четвертого места у нас не было. За меня и Лианей отдали одинаковое количество голосов. Иными словами, академия поделилась на два лагеря.

Так что к сегодняшнему дню места распределились практически так же, как и после второго задания. Разве Аннет и Танита местами поменялись. И их разрыв составлял всего четыре балла.

У парней же бесспорным лидером был Тор Сталлаг. Его отрыв с другими парнями был аж тридцать баллов. Я очень надеялась, что и люди выберут именно его.

Нас дважды забирали в столицу. Первый раз для общения с летописцами. Задавали глупые вопросы, интересовались планами на будущее. Во второй раз мы репетировали на сцене свои танцы. Это происходило под покровом ночи. Для чего сцену укрыли магическим пологом. Для всех, кто ночью решил бы прогуляться по площади, ничего странного не происходило бы. Пустая сцена, которую охраняют.

Во время прогона танца никто из нас не открывал своих козырей. Хотя я точно знала, что не одни мы с Тором придумали новые движения и зрелищные эффекты со стихией.

— Хейли, ты готова?

Отец вновь заглянул в мою комнату.

— Свободны. — Приказал он служанкам и те поспешили прочь.

С минуту отец разглядывал меня в зеркале. Я знала, что очень красивая. Учитывая, сколько времени из меня лепили эту красоту, иначе и быть не могло.