Власть любви

— Слишком невероятно, — хмыкнул Евар. — Существует несколько миров, и они еще накладываются друг на друга…

— Именно поэтому теория носит название: теория Безумного Артефактора, — хмуро заметил преподаватель. — Айн, расскажи нам о Безумном Артефакторе.

— А почему я?

Все студенты моментально повернулись к новенькому. Перечить преподавателю?

— Если не владеешь этой информацией, так и скажи. Минус десять баллов, — прокомментировал поведение Айна преподаватель.

— Владею. — Парень моментально поднялся на ноги. — Безумный Артефактор предок декана Ронг. Его имя — Алова Ронг. Он относился к тем магам, которые полагали, что мир можно механизировать. Именно ему принадлежит авторство первых механических кукол, простейших механизмов на часах. Некоторые умельцы, обыкновенные люди, повторяли его работы, однако, в них не было самого главного: магии. Алова Ронг не просто создавал механизмы, он наделял их частью собственной души. Именно это и привело его к безумию. Создав больше двухсот своих механи-артефактов, Алова навсегда утратил разум.

— Интересно, и откуда у обычного студента такие познания в истории?

Тем, кто задал этот вопрос, был совсем не декан Ронг.

На новенького смотрел Мэтт. И мне совсем не нравился взгляд друга на Айна.

Что удивило еще больше, так это поведение преподавателя. Он усмехался и не делал попытки остановить начинающуюся склоку.

— Вы сейчас интересуетесь как официальное лицо, или это необдуманные действия мальчишки? — с какой-то издевательской улыбочкой, спросил новенький у Мэтта. — Вам не говорили, что перебивать невежливо, ваше высочество?

Я не сразу поняла, что встала со своего места. Это же насколько нужно быть идиотом, чтобы при всех нахамить принцу и преподавателю?

— Хейли, сядь, — хмыкнул Коша, — не пойдет Мэтт драться.

— Да я не….

— Это вопрос человека, который имеет доступ абсолютно к любой информации, но даже мне было неизвестно, что Безумный Артефактор — родственник декана Ронг. — Мэтт говорил холодно и пристально смотрел на Айна. — Кто ты?

Напряженная тишина воцарилась в аудитории. Студенты действовали как один слаженный организм: перестали дышать и устремили взгляды на новенького.

— Мой любимчик, — выходя из-за кафедры, вдруг произнес декан Ронг. — Я надеялся, что время вне академии, немного поумерит твой пыл, Айн, но ты опять нарываешься на драку.

Слова старого артефактора позволили всем выдохнуть. Даже Мэтт заметно расслабился.

— Но тот факт, что невероятно одаренный студент неправильно воспользовался моим личным архивом, чести не делает. — Кривая ухмылка появилась на лице преподавателя и у меня зачесались кулаки. Очень хотелось врезать этому Айну, который предал доверие старого учителя. — Впрочем, это не секрет. Алова Ронг действительно мой предок. И все сказанное Айном — верно. Итак, в начале лекции вы интересовались, почему теория изменения человеческого вида до сих пор пользуется популярностью. Одну из причин я уже назвал.

Декан Ронг внимательно посмотрел на всех.

— Студенты, садитесь. — Приказал он так, что ни у меня, ни у Мэтта, и тем более у Айна не нашлось причин возражать. — Самая главная причина, по которой первая теория не просто имеет право на жизнь, а является неким объединяющим компонентом со всеми остальными — это время. С момента первых упоминаний о магии прошел не один век, и число владеющих магией увеличилось многократно. Если брать за основу каждую из теорий, то мы заметим, что в изменениях внешнего мира, все больше людей могут принять магию и пользоваться ею. Но только тогда, когда в нашем мире не останется ни одного человека, не обладающего магией — это теория победит прочие.

— Итак, мы услышали о шести главных теориях зарождения магии. Открывайте конспекты. Разберем каждую подробно. И начнем с шестой. Теория Божественного Дара. Салем, на экзамене эти вопросы обязательны, и если не хочешь провалить его, будь любезен записывать!

Я осторожно выводила первые буквы. После лекции у леди Элвер, рука немного отдохнула и я надеялась, что не придется писать в том же темпе. У меня даже мелькнуло сожалению, что у меня больше нет того артефакта, который помогал мне запомнить всю информацию на индивидуальных занятиях с лордом Ронг.

— Всем вам известно противостояние Богини Сияющей и Утратившего Имя. Какие бы злодеяния не творил последний, но именно он был первым, кто даровал людям возможность творить чудеса. Разрушительные, смертоносные, как и его магия.

Голос преподавателя был скрипучим, но не монотонным. Он не просто давал нам знания, он рисовал в наших головах картину прошлого. Все то, о чем он говорил, легко можно было представить, несмотря на то, что приходилось быстро записывать.

Так мы узнали, что первым человеком, который мог использовать магию — дар Утратившего Имя был мужчина. Со стороны Богини Сияющей — женщина. Но позже и Бог, и Богиня могли одарить любого человека. Хотя и возникла теория, что им было легче передавать свою магическую энергию людям одного с ними пола.

Но подтверждения этому, конечно не было.

К концу лекции мы записали все теории, что ранее были озвучены деканом и студентами. Но более подробно. И пусть доказательств верности хотя бы одной из них не существовало, но некоторые факты могли помочь разобраться в их зарождении.

Пока остальные студенты дописывали за деканом Ронг, я сидела откинувшись на стул. Я закончила с конспектом, и сейчас вес мои мысли были устремлены к Хелле. Она в едь даровала свою магию людям, я помню это. Но она же и принимала чужую магия, как в случае с Тельманом. То есть, она принимала дар Эльхора. Но вот он-то как раз ни от кого и ничего не принимал. У него уже все было. Почему он сразу стал архимагом, в то время как Хелла получала стихии со временем? Выходит, что ни одна из пяти теорий не является верной именно в плане зарождения магии. Теории верны только в случае ее развития. Мне кажется, что все они правильные. В разных частях нашего мира происходили те вещи, которые описывают теорию. Получается что это этапы восприятия магии людьми. Распространение. Или заражение. Как простудой.

Но есть шестая теория. Та самая, Безумного Артефактора. Если принять ее на веру, то именно она могла быть ключиком к тайне зарождения магии. Вот только она кажется совсем невероятной. Если действительно существуют другие миры и случилось наложение нашего мира с чьим-то чужим, тогда почему этого больше ни разу не произошло?

Отличный вопрос, увы, ответ на который вряд ли возможно получить.

— Все свободны, Айн задержись.

— Не нравится он мне, — буркнул Мэтт, который явно хотел дождаться новенького за дверью.

— Ты чувствуешь в нем соперника, — хмыкнул Али. — И знаешь, это о многом говорит.

— Соперника? — хмыкнул сосед.

— Именно.

— Не думаю, он темная лошадка, но… я докопаюсь до истины.

— В другой раз, — подтолкнула Мэтта к двери, — идемте в столовую.

Глава двенадцатая

— Хватит уже его высматривать, ешь. — В который раз сказала Мэтту.

Он почти весь обед просидел, глядя на вход в столовую.

— Хейли, Мэтт прав, парень странный. А уж заступничество декана Ронг, еще страннее. — Тор решил поддержать соседа.

— Слушайте, ничего удивительного в том, что у преподавателей есть любимчики — нет.

— Обычно о таком не заявляют на всю аудиторию, — буркнул Мэтт.

— Как и не спускают разглашение информации о своем роде, — заметил Тор.

— От того, что вы сейчас будете искать причины такого поведения, никому лучше не станет. А вот Мэтт, останется голодным. После лекции у декана, у нас физические упражнения, хочешь свалиться без сил и опозориться перед лордом Карт Санд?

Не нравилось мне это внимание к новенькому. Повышенное. Одно лишь его появление стало темой для разговоров. А уж о его поведении и говорить нечего. Да и признаться честно, я завидовала ему. Мне нравился старый артефактор. И толику его внимания и любви, мне бы тоже хотелось получить.