Страница 3 из 11
4 ноября. Березник
Прибыли в госпиталь в 3 часа ночи. Раненых сняли с борта судна. При этом некоторые парни испытывали страшные мучения от малейшего движения. Элберт Балл умер на операционном столе, а днём позже скончался рядовой Аллик Детцлер. Их мучения кончились, а нас же терзает вопрос: что там, на Тулгасе, где война так и не поставила свою точку в истории бойни, написанной с обеих сторон кровью солдат?
29 ноября
Хорошие новости: наши медики готовятся завтра отпраздновать День благодарения! Мы, честно говоря, никогда бы не подумали об этом... Интересно, что они нам приготовят? Я знаю, что из нашей обычной еды невозможно сотворить некое чудо, но провиантские склады всегда будоражат солдатскую фантазию.
30 ноября
И вот желанный час настал! На обед у нас была дикая куропатка, картофельное пюре, соус из лесных ягод, пудинг, сладкий пирог, джем, глоток виски... И всё это — ах! — вершил не чай, а настоящий кофе и сигарета! Вы можете теперь представить, как себя чувствует каждый день наше главнокомандование в Архангельске...
ЧАМОВО. Первые плутания
22 декабря. Усть-Вага
Боже, как тяжело было сегодня утром вылезать из-под одеяла! Так чудесно и прекрасно спать в тепле и сухости, спиной чувствуя живое тепло спины товарища. И тут — проревел этот паршивый горн, объявивший побудку! Около 6 часов утра мы поднимаем с постелей и заспанных русских ездовых, как следует пропариваемся ударными дозами «chi», словно чай будет способен греть нас в течение всего дня, и оставляем Усть-Вагу в 7.30 утра. В Чамово мы прибываем в 19 часов, все в снегу с головы до ног.
28 декабря. Чамово
Ох, парень, сегодня я получил посылку из дома, а также всю накопившуюся письменную почту. Это было настоящим удовольствием получить новости из другого мира, недоступного и такого далёкого. Иное общение с цивилизацией для нас пока невозможно. В посылке были свечи, сигареты, жевательная резинка и прорва других полезных и приятных вещей, а также чек от Эда на полсотни баксов. Чувствую себя богачом наподобие Генри Форда, но в отличие от него не имею никакой возможности разумно распорядиться своим богатством. Я отказался участвовать в азартных играх и не принял предложение Аронсона, нашего трёхгрошового артиста, который размахивал пятьюстами рублями правительства Керенского, тысячей рублей старого царского режима и бесчисленными новыми рублями большевиков. Я не согласился поменять его макулатуру на мои полновесные 50 долларов США.
1 января 1919 года
Небольшое Чамово благожелательно настроено к нам. Мы подружились с его русскими людьми, а они — с нами. Представьте себе кучку янки, занесённых не своей волей в эту деревеньку где-то на окраине России, в то место, куда и палец-то не сразу отыщет путь на карте. Мы делимся с крестьянами собственным провиантом, раздаём наши скудные излишки, ничего не требуя и ни на что не надеясь взамен. Нравится ли нам это? То, что мы делаем, возвращается к нам взаимностью.
5 января
Bolos угрожают выпнуть нас в Арктику до 15 февраля. У них, чёрт побери, ещё есть время распространять такие обещания, но когда дойдёт до дела, большевикам лучше подтянуть дополнительные силы, потому что мы способны удерживать наши позиции при соотношении десяти к одному, а все наши скудные силы брошены на то, чтобы денно и нощно укреплять и без того уже сильные фортификации. Время покажет...
6 января
После караульного наряда пошёл к русским на посиделки. Там были три barishnas: полногрудые, хорошие, сильные и добрые девчурки, полные здоровья, и с ними было приятно общаться. Мы хорошо провели время.
8 января
Сменившись с охранного дежурства, сбежал в лес на охоту и заблудился! Дьявол, эти русские леса — настоящая китайская головоломка. Мой след быстро засыпал снег и я не мог отыскать пути назад. Побродив по чащобам и дикому чертолесью, насилу нашёл дорогу в Чамово и вернулся туда лишь после полуночи. Если сказать, что я устал, то это значит не сказать ничего.
ТУЛГАС. Первые выводы
11 января
«Под британским командованием» — таково название нашего фиаско здесь. Мы колеблемся на шаткой грани, едва покрывая потребность в штатном расписании наших подразделений, в то время как боло могут без труда нагнать новые и новые свежие полки для новых и новых атак на наши позиции. Мы же не можем заменить выбывших из строя и восполнить безвозвратные потери в наших взводах. Я иногда думаю, что в США забыли, что у них есть полк, зачем-то посланный в Россию...
11 февраля
Сегодня снаряд, не разорвавшись, пробил насквозь здание школы. Чудо, что мы остались в живых. Некоторые парни отпустили такие усы и прочую растительность на лице, что выглядят более русскими, чем наши аборигены. У нас нет времени, чтобы заниматься бритьём в блокгаузе при нулевой температуре.
12 февраля
Наша рота — это сборище больных солдат, численно лишь на 55 процентов, как сказал наш медик, пригодных к несению службы. Мы здесь как те парни, которые попали в капкан Дарданелл: нет смены, нет подкрепления, нет определённых рекомендаций относительно того,зачем, почему и сколько нам находиться здесь. Мы рады и тому, что позади нас стоят канадцы со своей полевой батареей, но они — полные инвалиды по сравнению с тем, что творят длинные руки артиллеристов боло. Русский медведь дубасит нас в одиночку, а мы чувствуем себя так, словно попали меж двух его русских лап, которые в лепёшку давят всё, что попало меж них. Хотелось бы добавить своё мнение о британском командовании, но это будет уже явный перебор и игра на собственных нервах.
23 февраля
Ещё один обстрел сегодня навёл на мысль, что дух нашей роты ярко проявляется в жутких условиях партизанской войны. Горстка людей, заброшенная в кромешное никуда, живёт и действует на дикой территории, где нет самого необходимого для жизни и солдатский быт хуже скотского, а о перспективах выхода из сомнительного участия в чужом конфликте уже никто не заикается. Как бы мы не храбрились, однажды нас просто пнут в зад и в лучшем случае мы окажемся там, откуда прибыли.
1 марта
Воевать по шаблону легко, но опасно. Наш патруль из восьми человек, как обычно, перед рассветом вышел на разведку местности и в 400 метрах от леса попал в засаду. Один человек был убит, капрал Артур Принц попал в плен, четверо ранены, трое сумели пробраться к нашей линии обороны невредимыми. Четвёртый взвод немедленно бросился в атаку, на выручку раненым товарищам. Но на полпути, прямо на главной дороге парни вновь нарвались на засаду боло, открывших свирепый огонь. Пули сыпались, как сильный дождь. На месте погибли или скончались от ран рядовой Фрэнк Клиш, сержант Уильям Боуман, рядовой Даниэль Роббинс, рядовой Джозеф Павлак. Ещё восемь человек были ранены. Ребятам удалось отползти, забрав раненых, и вернуться к линии наших траншей. Наша артиллерия в это время нещадно накрывает место засады и враг отходит. Ещё не настал полдень, а мы уже потеряли пять человек убитыми, 12 человек ранеными и один человек пропал без вести. Это несчастье заставляет нашу кровь просто кипеть от негодования! Зачем мы должны отправлять людей в эти чёртовы патрули, если у нас и так не хватает солдат, чтобы укомплектовать нашу оборону должным образом? Это большой удар по роте и тяжёлая, страшная потеря. Нам лучше бы сделать выводы из случившегося, но пока нас терзает эта ужасная и бессмысленная трагедия: наших парней подкараулили и перестреляли, как кроликов.