Страница 18 из 187
- Можно следить за течением времени по звездам, - рассказывал Щипок, - но это трудно в пасмурную погоду и в буран, но зато можно верно держать направление, никогда не ошибешься.
Он начертил кончиком кинжала на утоптанном «снежном полу» контуры созвездий. Мальчишки слушали внимательно и запоминали науку, а Дрын в это время стоял на страже, расчищая вход.
- Если между звездами провести воображаемые линии, то можно создать рисунок и ориентироваться по нему. Эта звезда всегда висит в одной точке неба. – Щипок ткнул лезвием в крупную точку, являющуюся вершиной треугольника. – Вокруг нее всегда крутятся две звезды, которые легко определить по этому рисунку в виде рога. Мы так и зовем его – Рог. Здесь Лапа, Зуб, Скала, там Вершина и Крепость. Правда, похоже на стену замка? А, вы же не знаете как она выглядит, ну ладно. А вот центром неба является Треугольник – Три угла, один из которых всегда стоит на одном месте. Вот по нему можно легко ориентироваться ночью.
- А днем? – спросил Горелый. – Если на равнине?
- По солнцу. – Ответил Щипок. – Встает оно на востоке, садится на западе, по тени можно определить направление. Днем я покажу как, ночью это сложно сделать. – Он засмеялся. – Давайте спать, за Дрыном дежурит Подмышка, потом Хват, потом Горелый, потом я, когда самый сон. – Охотник завернулся в шкуру и моментально засопел. Капитан тут же последовал его примеру – ему в прошлой жизни не один раз приходилось ночевать и в гораздо худших условиях.
Его растолкал Подмышка, когда выпил свою воду и Хват набрал полную чашку, подвесив ее над костерком. Он расчистил вход от немного наметенного снега, высунулся наружу, чтобы посмотреть на незнакомые звезды, которых было очень мало и очертания Треугольника, Рога, Скалы и Лапы угадывались очень четко. Проведя линию по следам, он понял, что они жили на северо-востоке-востоке и сейчас должны были перевалить через хребет, чтобы пройти к новому месту. Видимо, где-то там, в горах существовал проход, раз разведчики смогли найти месторождение и в доказательство своих слов принесли пару камней, которые Ожог чуть не обнюхал. Судить о породе по одним только камушкам он не мог, но поверил разведчикам на слово – тем не было выгоды врать. Они справятся, подумал Хват и вернулся в берлогу. Вода в чашке даже не начала таять и он понял, что просидит как минимум несколько часов. Интересно, сколько тут на самом деле длится стандартный человеческий час, подумал Хват, вынув кинжал из ножен и проведя пальцем по лезвию. Пока не доберусь до цивилизации, не узнаю, решил он и посмотрел на спящих товарищей.
Хват не клевал носом, он осмотрел свою одежку, кое-где подлатал захваченными из дома нитками. Вот так, усмехнулся капитан, он уже считает эту мерзлую дыру своим домом. Ну а как иначе если он здесь родился? Если его молодое тело приспособлено к этим условиям? Он не мерзнет так сильно как человек, достаточно силен и физически развит, о чем говорят бугрящиеся на руках и ногах мышцы, конечно, не такие здоровые как у взрослых, но это не проблема. Его кожа достаточно плотная, чтобы выдержать удар тупого конца палки, кости крепкие, хотя тоже могут сломаться, это если приложить большую силу, он видит в темноте и не чувствует холода, может почти двое-трое суток обходится без пищи и даже больше и при этом не испытывает дискомфорта, а его физические данные сохраняются на должном уровне. То есть он может сражаться и бежать, выносливость тут тоже тренируют с рождения. По сравнению с обычным человеком он силен и могуч и имеет серьезное преимущество перед ним. Что ж, вот и проверим. Хотя человек может сорок суток прожить без еды, но вот сможет ли он все это время сражаться и выживать, это уже другой вопрос. Но Хват был почему-то уверен, что его возможности по голоданию гораздо выше, чем современного человека. Ведь когда в поселке осталось мало еды и дети в основном пили бульон, сваренный из лишайников, он не испытывал чувство голода, скорее это было сделано для того, чтобы они поддерживали свой тонус. Взрослые так вообще не притронулись к вареву, предпочитая мясо и пока охотники не вернулись с добычей вообще не ели. Даже не жевали выжимку из лишайников, которую малыши с удовольствием обсасывали.
За этими мыслями быстро прошло время и Хват выпил чуть прохладную воду, выплеснул остатки и растолкал Горелого, который во сне пустил слюну – пришла его очередь дежурить.
Утром быстро пожевали вяленого мяса и выдвинулись в путь – Щипок решил сначала проведать соседей, да и поговорить с местными охотниками тоже не помешает – они могли знать маршруты миграции снежных червей. Опытный снегоход, он четко выбирал дорогу, зная, куда ставить ногу, где наст был твердым и легко выдерживал вес взрослого человека. К тому же у каждого на ногах были снегоступы сделанные из тонкой металлической проволоки с натянутой шкурой, своего рода лыжи, которые позволяли скользить по снегу, а направление роста волоса на шерсти не давало скатиться назад. Это нельзя было назвать лыжами в прямом смысле, скорее, нечто среднее между снегоступами и охотничьей лыжей, но приспособление работало на ура. Скорость передвижения отряда была быстрой, мальчишки бежали наравне со взрослыми, что радовало Щипка еще больше – он видел, что подрастает достойная смена.