Страница 83 из 165
- Да, - согласился предводитель Дэнджеров, - вяленое мясо. И куча байков. Три из них мертвы, и с ними нужно что-то делать, они уже начинают гнить. Мы можем съесть своих стальных коней. В такой ситуации, Небесный Харлей не разгневается. Но у нас нет дров и мало воды. Конечно, мы воздадим священному табуну молитвы о дожде, но, кто знает, когда они подействуют.
- То есть мы сдохнем от жажды? – спросил кто-то.
- Можно пить кровь байков, - заметил Вир Златорукий, - но лишаться стальных коней смерти подобно. Не пешком же нам отступать.
- Йенг тебе в глотку, Вир, - сказал владелец роскошных усов Крайд, - что ты мелешь! Пить кровь байка – мерзость и святотатство.
- Ну, и дурь же ты толкнул, - добавил лысый Иж, - я щас блевану.
- Он эту дурь подцепил от аэсских девок половым путем! – послышался крик из толпы.
Байкеры заржали.
- Если бы не я и не эта штуковина, - Вир поднял вверх чудо-самострел, который минувшей ночью он назвал «автоматом Калашникова», - то ты сам стал бы мертвой девкой для вождя. Правда, уже ничего подцепить не смог бы.
Над Центром вновь разнесся смех.
- Баггерхелл! – прорычал Ури. – Вы можете базарить по делу, а не устраивать голимый ржач!
- Напасть на главное стойбище поздней ночью! – высказалась Ява Бесноватая, вздернув угловатый подбородок. – Убить вождя, остальные сами разбегутся.
Кочевники на миг замолчали, переваривая сказанное.
- А если не разбегутся? – спросил Авас Стальной, скаля гнилые зубы. – Ты нас своим хилым задом будешь прикрывать, да?
- Когда-нибудь я отрежу тебе язык, - воительница презрительно фыркнула, - у нас есть оружие древних. И выродки его боятся.
- Я сам тебе что-нибудь отрежу, - огрызнулся Авас, - ухо, например. Отрезал бы сиськи, но у тебя их нет.
Кочевники засмеялись, а Ява, издав гневный возглас, схватилась за рукоять акинака.
- Полегче, выдра, - сказал, словно выплюнул, патлатый байкер, доставая из-за плеча цепную булаву.
- Заткнитесь! – прогремел Ури. – Ява, Авас, вы тут еще резню устройте, мать вашу за ногу! Убрали оружие!
Когда байкеры поуспокоились и поутихли, слово взял Неп Дальнозоркий:
- Бесноватая говорит дело. Мохнорылые твари не ожидают от нас такого поворота. И я ставлю на голосование предложение Явы.
- Можно, еще просто уйти, - вмешался Вир Златорукий, - под утро на всей скорости мы помчимся к Пагуби. Пока аэсы поймут, что к чему, мы от них прилично оторвемся. Мы переправимся через реку и закрепимся на другом берегу. Там можно держать оборону, а потом мы спокойно уйдем в свои земли.
- Нахрен! – раздраженно гаркнул Авас Стальной. – Ночью, через Пагубь! Да мы потонем! По ночам в Пагуби угрени шастают, сожрут с потрохами. А если на брод сразу не выйдем, что ты будешь делать, предложишь вождю выродков ублажить его дочуру?
Над куполом Центра в очередной раз разнесся хохот.
- Я поведу вас, - кастомайзер улыбнулся вполне по-доброму, будто не услышал оскорбление в свой адрес, - и я выведу вас к перекату даже самой темной ночью. А угрени – единоличники и не терпят чужих особей на своей территории. Так что максимум, кого мы встретим, это одного гигантского сома. И значит, утащить в глубину он сможет только одного человека или байка. В любом случае мы потеряем меньше бойцов, чем в битве с целой ордой выродков. Так что никаких проблем, Авас.
- Никаких проблем! – ухмыльнулся гнилозубый байкер. – Поняли, да, проблем у него нет!
- Вир, я уважаю тебя, - вставил веское слово Ури, - но бежать от выродков, даже если их в шесть раз больше… как-то это не по-нашему. Тем более с такой хреновиной, - предводитель Дэнджеров ткнул в автомат, - мы их под орех разделаем. Прикинь, разгромить врага, находясь в подавляющем меньшинстве, это ведь нереальный подвиг.
- И все же я настаиваю, чтобы мое предложение тоже приняли к рассмотрению, - сказал кастомайзер.
Так как голосование затрагивало вопросы жизни и смерти, было разрешено голосовать не только мемберам и проспектам, но и шустрилам. Подавляющее большинство, в том числе и Хона, проголосовало за нападение на главный лагерь аэсов. За то, чтобы уйти незамеченными, высказались двое: сам Вир Златорукий и, что удивило многих, Рекс Неустрашимый. Кто-то даже пошутил: «Неустрашимый устрашился».
Предложение кастомайзера казалось Юлу более разумным, но парень хоть уже и не считался рабом, не был посвящен и в байкеры, а потому не имел права голоса.
Против обоих планов проголосовал только Авас Стальной. Впрочем, ничего своего более-менее внятного он не предложил.
- И все-таки, разумней не лезть на стену, если можно ее обойти, - сказал Вир. Лицо его, будто в предчувствии чего-то нехорошего, осунулось, сделалось серым. – Кажется, так было написано в той книжке, которая тебе так полюбилась, Ури?
Предводитель Дэнджеров, насупившись, достал из кармашка желтый пластиковый томик. Увидев Канон перемен, Юл цыкнул, а ладони его непроизвольно сжались в кулаки. Парень еле сдержался, чтобы не воскликнуть: «Это мое!» Ведь книжица принадлежала Архиву Памяти Забытой Деревни и кто знает, если староста Имен уничтожит дом прадеда Олега, то это будет единственный экземпляр.
- Это ведь путеводитель судьбы? Верно? – обратился Ури к Юлу.
Младший правнук промычал что-то невразумительное.