Страница 19 из 165
- Дай… э-э-э… вмазаться! – прокричал он.
- Пробил час! – пропел седовласый, не глядя на пленника, выхватил из-за пояса бутылку и отдал ему. – Не остановишь нас!
Парень жадно припал к горлышку. Снова нестерпимый огонь опалил горло, снова сперло дыхание, снова по щекам потекли слезы. Юл осел, в глазах потемнело, на миг он потерял ориентацию во времени и пространстве.
Очнулся парень, от тряски. Седовласый кочевник теребил его плечо.
- Эй, братишка, ты только протекторы не отбрось, - прохрипел он, - я за тебя отвечаю! Я пленников победителям выдаю.
Юл скорее по инерции, нежели осознанно поднес горлышко к губам, но байкер вырвал бутылку у него из рук:
- Нет, тебе хватит! Спирт – это не шутки. Тем более для кегля. Для такого бухла нужна жженая глотка…
- Я не кегль, - просипел парень, поднимаясь, - я Юл. Меня Юл зовут.
- Странное погоняло, - заметил седовласый после некоторого раздумья, - наши не поймут, но ничего, мы тебя переименуем.
- Не надо меня переименовывать, - возмутился парень, запинаясь и пошатываясь, - нормальное у меня имя.
- А я Вир, Вирус Златорукий, - седовласый не обратил внимания на протест Юла, - главный кастомайзер клана Дэнджеров.
- Кто? – парень поморщился, горло по-прежнему жгло.
- Кастомайзер, - повторил кочевник, - это тот, кто байкам протекторы на копыта набивает, седла делает, сбруи, стремена, боевые экипы, гравирует акинаки, кинжалы и все такое. Ты кем был, пока к нам не попал?
- Что значит, кем?
- Ну, владеешь каким-нибудь ремеслом?
- Я в кузнице работал иногда…
- Это гуд, пойдешь ко мне в помощники, - Вир приложился к бутылке, скривившись, мотнул головой, - если, конечно, тебя из Дэнджеров кто-нибудь выиграет. А буквы знаешь?
- Я умею читать…
- Полный гуд, значит точно быть тебе кастомайзером! Тупить не будешь, получишь шанс перейти Малую переправу, то есть стать байкером, и из рабов перейти в шустрилы.
Юл недовольно цыкнул. За последние двое суток как его только не обзывали: чуваком, кеглем, нажопником, теперь вот еще он, оказывается, станет рабом, а потом каким-то шустрилой. Парень отвернулся от кочевника, посмотрел на поляну. Там разыгрывалось действо: на два высоких столба с пазами положили перекладину, на нее набросили веревку с крюком, на который был нанизан кусок жареного мяса. Кочевники, главным образом мужчины в кожаных доспехах, проезжали на конях между столбами, а девушки и женщины, сидящие сзади, приподнимались и старались схватить мясо зубами. Когда это у кого-то получалось, зрители восторженно ревели. По мере неудач количество участников уменьшалось, пока, в конце концов, не осталась одна-единственная пара.
На середину поляны выехал уже порядком подвыпивший Ури.
- Победителями у нас стали Дукат Великолепный из клана Вилсов и его прекрасная нажопница! А в качестве бонуса они получают девственную чиксу. Пусть служит вам и вашему клану душой и телом!
Под одобрительный гул Дукат – юный шатен с едва пробивающейся растительностью на лице – подъехал к клеткам, спешился. Его подруга осталась в седле.
- Выбирай приз, - прохрипел Вир, заткнув бутылку за пояс, - заслужил.
Глаза юноши загорелись. Медленно он пошел вдоль живого товара. Голые девушки ежились под его пристальным взором, в котором было больше мальчишеской радости из-за победы, нежели взрослой похоти.
- А давай возьмем вот того красавчика, - наигранно томно произнесла подруга Дуката.
Она выглядела старше своего партнера, глаза у нее были зеленые и совершенно бесстыжие, волосы – с рыжинкой, а на щеке багровел рубец. Юлу наездница не понравилась.
- Извини, крошка, - сказал Вир, - но это особый приз. Его выбирать нельзя.
- Жаль, - произнесла девушка, впрочем, без всякого сожаления, и послала пленнику воздушный поцелуй.
Юл взглянул на густо покрасневшего Дуката и понял, что на самом деле всадница проявила к нему интерес лишь для того, чтобы подразнить своего парня. Это было обидно. Разозлившись, младший правнук последнего предка не нашел ничего более умного, как показать наглой стерве язык. Та в ответ рассмеялась, тряхнув густой копной. Наконец, Дукат выбрал пленницу – худую, слегка горбившуюся девушку с маленькой грудью. Седовласый Вир открыл клетку, накинул на плечи несчастной рабыни длинную шерстяную накидку, и широко улыбающийся юный кочевник увел живой приз.
Соревнования продолжились. Байкеры на скаку хватали деревянные чурки, стоящие на столбах, стреляли из арбалетов, устраивали гонки на четыреста два шага, почему именно на столько, Юл так и не понял. Победитель получал очередную обнаженную девушку с плащом из овечьей шерсти в придачу. Поздним вечером, когда последние лучи солнца почти скрылись за горизонтом, в клетках оставались только Юл и самая младшая из пленниц. Девочка сидела, поджав коленки и обхватив их руками. Ее трясло. Парень представил, что на месте молоденькой невольницы могла бы быть односельчанка из Забытой деревни и ему стало не по себе. Нет, он не останется рабом, или шустрилой, или кем-либо еще. Он обязательно сбежит. Нужно только время и терпение.
Между тем поляна преобразилась. Зрители обматывали темным сеном палки с гвоздями, затем резким движением высекали ими искры из камней – получались факелы. Вир Златорукий, заметив удивление Юла, сказал, что это высушенная бёрн-трава. Горела она медленно, но долго. И вроде как до Великой погибели такого растения не было, а появилось оно и заполонило берега реки Пагубь лет пятьдесят назад.