Страница 13 из 165
- Нет, это моя добыча!
- Нет, моя…
Не сводя с Юла глаз, байкеры препирались, кому принадлежит парень. Младший правнук последнего предка тем временем обдумывал, как ему поступить. Сдаваться не хотелось, но и сражаться с двумя одновременно ему представлялось делом опасным. Почти самоубийственным. Юл видел, как хорошо стреляют кочевники. Может, броситься в воду? Или метнуть вещмешок в мужчину, кинуться на девчонку, проткнуть ее, а затем как нелегкая вывезет?.. Нет, не получится… слишком рискованно…
Между тем байкеры, наконец, определились с дальнейшими действиями.
- Ладно, - процедила сквозь зубы Хона, - пускай Ури скажет, чей это пленник.
- Надеешься, папаша решит дело в твою пользу? – Рекс усмехнулся. – Как бы не так!
- Может, мы просто разойдемся? – внес свое скромное предложение Юл. – Я ведь вам ничего плохого не сделал. Я за дружбу и мир…
- Потухни, кегль! – рявкнул Рекс. – И слушай меня. Сейчас ты бросишь акинак и суму, поднимешь руки вверх, сделаешь пять шагов вперед, встанешь на колени, Хона тебя свяжет. Ты понял меня, кегль?
«Может, все-таки успею нырнуть?» - с надеждой подумал парень и вдруг вспомнил, что не умеет плавать. Ведь мелководье отнюдь не везде. Как он уйдет от преследователей, если будет глупо барахтаться в воде?
- Я считаю до трех, потом я тебя убью! Это не шутка!
Юл не сомневался, что кочевник не шутит. Но все же, выполнять приказ арбалетчика было унизительно.
- Раз!
«Кину в него вещмешок, - затылок парня покрылся испариной, - одновременно резко пригнусь, стрела пролетит мимо, потом подамся вперед на девку, зарежу ее, а потом, потом…»
- Два!
Юл внезапно осознал, что план его не стоит и выеденного яйца. Он не справится с двумя вооруженными кочевниками. Придется сдаться. Тем более, убивать его не собираются. По крайней мере, не сразу. Нужно выждать удобный момент…
- Три!
Парень бросил вещмешок и гладиус, который байкеры обозвали «акинаком», торопливо поднял руки вверх, затем сделал пять шагов вперед. Встал на колени.
У Хоны неизвестно откуда взялась веревка, с быстротой молнии она подскочила к Юлу, завернула ему руки за спину и принялась вязать.
Щеки парня загорелись от стыда.
«Ничего, - думал он, - я пережду. Пережду и еще вам всем покажу…»