Страница 95 из 129
Волосы и еду слегка присыпало, я осталась сидеть, как громом поражённая.
– Идём, особая уполномоченная. – Тёмный схватил меня под левый локоть. – Будешь своих братьев по разуму от бешенства лечить.
Сердце упало: тёмный знал о моей метке. Пожалуется на самоуправство Эсина или нет? Дом снова тряхнуло (ковровые удары, судя по ощущениям), пришлось задуматься о делах насущных. Мы вышли из полуподвала в незнакомый коридор.
Принёсший дурную весть маг аж пританцовывал от волнения:
– Там весь их Аорский орден, похоже. – Он обежал нас и засеменил справа от меня. – А щит выдержит?
– Светлым будет лучше, если выдержит, и мне не придётся останавливать их лично, – обронил тёмный таким тоном, что у меня подогнулись ноги. – Принеси меч.
Ой… Подчинённый убежал, а у меня стало очень нехорошо на сердце. Судя по тому, что я видела, сила моего тёмного в скорости и сочетании магии с физическими атаками, а светлые двигаются, значит, не могут держать общий щит, как бы тёмный не заскочил под щиты и не начал всех крошить.
– Я договорюсь! – чуть не взвизгнула я. – Я им… Они… Не трогай их.
Тёмный вывел меня в широкую мраморную прихожую. На полпути к огромным резным дверям явился посыльный с мечом, поклонился, протягивая клинок.
– Я договорюсь, – помчалась к дверям, обжигавшим чарами Смерти.
Чужая магия поддалась, позволяя открыть створки. Я выскочила на обрамлённое колоннами крыльцо.
Из аккуратного лесочка широким полукругом шли и ехали верхом светлые. Человек семьдесят. С посохами, хотя мелькали и жезлы. Над головами переливались радужные щиты, мерцали молнии.
Впереди на белоснежном коне восседал пресветлый Аора, во вскинутой руке – жезл с огромным сияющим кристаллом.
Сзади послышался голос тёмного:
– Шевелись быстрее, пока кто-нибудь не наделал глупостей.
Побежала к своим. Пресветлый припустил коня, за ним, сдвигая щиты, поспешили остальные. Вязкие защитные чары тёмных пропускали меня, но после плена, голода и переживаний дыхание сбилось почти мгновенно, колени ослабли, я двигалась слишком медленно.
– Лила. – Пресветлый на несколько мгновений вырвался из-под прикрытия щитов, вслед ему понеслось:
– Осторожнее!
– Медленнее!
– Погодите!
Меня окутало теплом родной магии, многослойные щиты укрыли меня и спешившегося пресветлого. От магии зазвенел воздух, напряжение резко возросло.
– Нет! – испугалась я.
Все наши щиты сжались в сияющие копья и смертоносным потоком хлынули на трёхэтажный особняк, на высокое крыльцо, где стоял тёмный. Ослепительное сияние врезалось в него, завыл, заклокотал воздух. Зажмурившись, я вцепилась в пресветлого, проорала сквозь вой:
– Стойте!
– Нападение на особую уполномоченную… – расслышала голос пресветлого, – …нападение на гражданских.
– Нет…
Дом захрустел. Скрип нарастал, продирая кожу мурашками. Сияние потускнело, сквозь сотканное из копий белое выжигающее полотно прорывались языки чёрного пламени. Облегчённо выдохнула: тёмному не надо самому нападать – щит-то выдержал… надеюсь.
– Прекратите! – рявкнула я. – Как особая уполномоченная приказываю!
Пока пресветлый смотрел на меня огромными печально-изумлёнными глазами, щит тёмных рассеивал атакующее заклятие. Мимоходом подумала: «Тёмный что, из Аорского храма артефакты вынес? Тогда, получается, их храм сейчас почти беззащитен…» и схватила пресветлого за грудки, тряхнула:
– Хватит: забыли, что он тоже уполномоченный?
– Н-но, – промямлил пресветлый. – Ты… он… тебя…
Похоже, инсульт плохо сказался на его мыслительной деятельности. А я даже знаком уполномоченных посветить не могла: кристалл у тёмного попросить не догадалась, а вокруг кристаллы с хозяевами, ещё и в активном состоянии, на мой призыв точно не ответят.
– Прекратить атаку! – Тряхнула пресветлого. – Приказывай!
С несчастнейшим видом он вскинул жезл и замахал:
– Прекратить атаку!
Чёрный щит мгновенно поглотил оставшееся без подпитки белое выжигающее полотно и стал прозрачным: тёмный стоял на крыльце, опираясь на меч, и смотрел так, что впору закапываться. Вот точно он светлых не любит, хоть и не признаётся.
А потом во мне вскипел гнев: я только из плена, должна в кроватке лежать и сладкое есть, а приходится всяких буйных успокаивать. И меня ещё слушаются чуть не с десятого раза. Пора пресветлого с накатанной колеи выталкивать. С помощью шока.