Страница 75 из 129
Громы и молнии раздражения, зуд непонимания, рвущее душу ощущение бессилия, отчаяние размышлений о том, что же делать, гнев, страх, растерянность – калейдоскоп пренеприятнейших эмоций, обуревавших меня утром (пока тёмный работал с бумагами), днём (он ушёл, оставив в комнате напротив двух тёмных волшебниц под видом обычных постоялиц), вечером (когда я лениво ковыряла принесённый в комнату ужин) – всё это отшумело, к ночи оставив эмоционально опустошённой.
В камине трепыхался огонь. Лёжа на кровати, я теребила подол сорочки. Тёмный лежал в штанах и свободной рубашке, читал принесённые с собой свитки.
Как бы простимулировать его ехать в Сорту скорее?
Придвинулась, положила голову ему на плечо. Тёмный не шелохнулся.
Судя по тому, как он напряжённо вчитывался в странные каракули, не похожие на алфавит тёмных, владел он этой письменностью не свободно. Ещё какие-то тайны…
Я слышала ровный стук его сердца, ощущала каждый вдох, но не улавливала ни малейшего желания с его стороны, ни капли сексуального напряжения.
Но я уже добилась своего, фантазии наверняка исчезнут, прощай, глупое наваждение. Так что я отодвинулась.
Облегчённо выдохнула, но легче не стало.
Близость с тёмным была какая-то… односторонняя. Может потому, что я не ощутила всплеска его эмоций, осталось чувство незавершённости, словно я что-то недополучила… Так, хватит: с тёмным закончено.
– Когда восстановится твой резерв? – Сложила руки на животе.
– Полностью – через два дня.
Ещё два дня задержки… поморщилась:
– А если за это время не решишь проблему с храмами, что тогда? Мы на другом задании как бы…
– Тогда и посмотрим.
То есть он застрять тут планировал? Напомнила:
– Мы на общем задании. Я против того, чтобы мы задерживались здесь ещё более двух дней. Я с этим не согласна, как следователь, наделённый полномочиями пресветлым Самрана.
– Ты кое-что забыла.
– М? – повернулась на бок и уставилась на губы тёмного.
– Подобный протест работает лишь в случае, если следователи хотя бы одинакового положения в своих орденах, а я, как ты помнишь, несколько более высокого уровня посвящения, чем ты.
Закусила губу: да, Эсин хотел защитить меня от подобной проблемы, подобрав следователя более низкого положения, а следователь-то оказался с сюрпризом. И разница в четыре ступени обеспечивает ему почти абсолютное право командования в нашей связке.
– Обращусь за помощью к пресветлому Аора, – процедила я. – И Эсину напишу.
– Лила, давай не будем препираться раньше времени: может, всё благополучно разрешится в этот срок.
– У тебя два дня.
Тёмный лишь бровью дёрнул. Под ложечкой засосало. Нервно уточнила:
– У тебя ещё что-нибудь припасено на случай, если я заартачусь? Что-то помимо более высокого, чем у меня, статуса?
– Более высокое положение – вполне достаточный законный способ улаживания наших противоречий.
– Это ты так витиевато заявил, что на этом задании будешь мне приказывать?
Ну почему, почему он меня так нервирует?
– Да. – Тёмный отмотал немного свитка. – И учитывая, что за прошедшее время ты ни разу не изъявляла желания хоть как-то повлиять на ход нашего дела, интонации возмущения в твоём голосе воспринимаются более чем странно.
– А до этого у меня не было повода вмешиваться. – Меня накрывало жгучей волной раздражения.
Не все, ох, не все негативные эмоции во мне перегорели.
А вот пойду завтра к пресветлому Аора, заручусь его поддержкой, чтобы он этого… тёмного пнул в направлении Сорты. Это решение покоя не принесло.
Надо взять себя в руки: проблема с местными храмами может разрешиться в течение двух дней. Пробормотала:
– Может, перестанешь читать всякую ерунду и займёшься делом?
– Это не ерунда. И для выяснения нужной информации требуется время. Воинствующие стороны не спешат раскрыть свои секреты.
– Так займись выяснением лично. Ты же умеешь говорить по душам, с хрустом костей и страстной готовностью виновных покаяться.
– Таких полномочий в отношении светлых у меня нет.
Ну да, точно. А в отношении тёмных, значит, есть?..
Снова перевернулась на спину. В животе всё сжималось от гнева. Меня даже мутило от этого.
От страха.
«Не думай об этом, не думай, не думай».
В висках заломило, сердцебиение участилось.
Я ожидала и боялась вопросов.