Страница 45 из 129
Струйка крови на плече тёмного расширялась. Сглотнув, посмотрела в оранжевые глаза и прошептала:
– Ты не чувствуешь боль.
– Что? – он дёрнул головой.
Указала пальцем на его плечо. Скосив взгляд, тёмный дёрнулся:
– Вот дрянь!
– Что это?!
Схватив подсвечник, тёмный понёсся в соседнюю комнату:
– Зуб. Видимо, осколок, – что-то шумно потрошил за стеной. – Не заметил. Вот дрянь!
БАХ! Зазвенели осколки. Подскочила к дверному проёму: тёмный рылся в одном из своих мешков, из плеча вытянулось что-то кривое, склизкое, блестевшее в свете поставленной на лавку свечи. К горлу подступила тошнота, схватилась за шею:
– М-может магией?
– Нельзя: хуже будет, – тёмный вытащил свёрток, флаконы, положил на осколки графина. – Возьми какую-нибудь рубашку и порви на тряпки… Или бинтов притащи, я все потратил. Только на трах не отвлекайся.
– За кого ты меня принимаешь?
– За тебя. Давай, не стой. – Тёмный вскинул левую руку. – Свет. Нужен свет. Много.
Швырнула под потолок десяток сияющих сфер. В комнате стало ослепительно светло. Тёмный раскладывал на лавке явно хирургические инструменты.
– Шевелись, – он вытащил белую рубашку и зеркало, поставил его на лавочку. – Давай, бинты организуй. Смотреть на меня сейчас необязательно.
С ледяным спокойствием тёмный надрезал скальпелем кожу под прорастающим зубом, над ним, взялся за жуткого вида плоскогубцы.
Зажав рот ладонью, отвернулась, добралась до своей сумки и вытащила первое попавшееся платье, направилась в спальню. У порога не выдержала, обернулась: тёмный медленно вытаскивал из плеча блестящую от крови кривую палку. В глазах потемнело, выскочила в спальню…
Опомнилась уже внизу, когда стояла босая в одном тонком платье перед хозяйкой постоялого двора и срывающимся голосом просила:
– Бинт, мне нужен бинт, там у моего… рана вскрылась, перебинтовать надо.
Огарок в руке хозяйки подрагивал. Из подсобного помещения вышел коренастый, ниже её на полголовы, моложавый хозяин, ему я повторила просьбу чуть более внятно. Тогда и жена его опомнилась:
– Может, лекаря позвать?
Вспомнила растущую из раны штуку, замотала головой:
– Нет, там не страшно, просто… просто, – во рту стало солоно, – пугливая я.
Я честно пыталась сосредоточиться на жадном взгляде хозяина на мою грудь, пока жена копалась в сундуке, но думала о том, что когда-то покусанные люди умерли из-за проросших в них зубов.
О том, что магия только ухудшит дело.
Если не магия, то что поможет?
А если тёмный снова пропустит осколок? Он же словно не чувствует ничего, вот так прорастёт в нём во сне, и поминай, как звали… Тьма! До сих пор не узнала его настоящего имени.
– Держите, – женщина вложила мне в руки два мотка бинтов. – Наверное, надо какую-нибудь мазь? Горячей воды?
– Н-не знаю, – прижала бинты к груди. – Он не просил.
Женщина подхватила меня под локоть и повела к лестнице:
– Давай-ка я с тобой поднимусь. Молодая ты ещё, глупая.
Что-то мне подсказывало, что тёмный, невозмутимо вырезающий из себя ветвистую хрень – зрелище не для посторонних. Хотела отказаться, но – хозяин. От него исходили волны желания, а мне надо торопиться.
– Это будет очень любезно с вашей стороны, – я поспешила наверх, выпадая из поля его мечтаний зажать меня в углу коридора на втором этаже.
– Где же это господин Бейл поранился? – лепетала хозяйка, подталкивая меня под поясницу.
– На нас бандиты напали в дороге.
– Ох. – Она дёрнула меня, заглядывая в лицо. – И сильно господина Бейла ранили?
А глаза с вертикальными оркскими зрачками просто на мокром месте. Внимательнее оглядела женщину в дрожащем свете огарка: выбивающиеся из-под чепца волосы чёрные, грудь высокая, да и на лицо она скорее не женщина – девушка, просто старше кажется из-за невзрачной одежды.
– Сильно? – хозяйка меня дёрнула. – Точно лекаря не надо? А то я мужа пошлю…
– Не надо, – я поторопилась к комнате, уверенная, что хозяюшка запала на тёмного.
А уж как она рвалась внутрь, как рвалась, мне пришлось встать в дверях, а она заглядывала через моё плечо и всё звала:
– Господин Бейл, вы как там? Вам лекаря позвать? А?
– Нет, не надо, – глухо отозвался тёмный. – Всё не так уж плохо.