Страница 100 из 107
Я игнорирую пристальные взгляды Кори — кажется, ему не нравится идея сотрудничать с блондином — и подхожу к Эрену. Он, не спрашивая у меня разрешение, сокращает дистанцию между нами и хватает меня за одежду. Я пытаюсь отстраниться, но у меня ничего не получается.
— Это камера, — тихо говорит парень, прикрепляя к моему воротнику какой-то маленький незаметный прибор. — Запишет всё, что с тобой будет происходить, так что постарайся сделать так, чтобы Рассел с Джоном признались. Ну, или хоть кто-то. Нам нужна любая информация.
— Хорошо, — мой голос напряжён.
— А это наушник, — он протягивает мне небольшой прибор. — Вставь в ухо. Через него я буду контролировать твои действия, если что-то пойдёт не так. Так же в камеру встроена прямая трансляция. Это позволит мне видеть всё, что будет с тобой происходить. Моя команда будет прикрывать тебя.
Я киваю, забирая наушник, и осторожно вставляю в ухо. Ничего не чувствую, словно его вообще нет.
— Слышишь меня? — Эрен поднимает руку и говорит куда-то в запястье — его голос раздаётся прямо у меня в голове. Я киваю. — Отлично.
Блондин смотрит на время. Я начинаю нервничать: ожидание — это точно не моё. И, кажется, не я один. Дилан постукивает пальцами по столу, к которому прислонился, а Райя мельтешит от одной стены к другой. Это начинает раздражать.
Я вздыхаю и поправляю пистолет. Единственное, что меня расстраивает в данной ситуации: у нас нет браслетов с защитным полем. По словам Кори, их выдают, только в особых случаях и со специальным разрешением. К тому же Капитаны сразу догадаются, что мы решили устроить засаду, если хоть кто-то попытается тайком прикарманить парочку браслетов. Рисковать нельзя.
Я не знаю, сколько ещё проходит времени, прежде чем коммуникатор Эрена пищит, оповещая о входящем сообщении. Все присутствующие замирают и устремляют на блондина нетерпеливые взгляды — я, словно собака, уже готов сорваться с места и отправиться на позицию, лишь бы выбраться из этого помещения. Лишь одно слово, один приказ…
— Началось, — Эрен убирает прибор обратно в карман, и я чувствую, как череда мурашек скользит по моей спине. — Пошли, парни.
Блондин забирает со стола автомат, который ему услужливо принёс Сэм из оружейной, и вешает его на плечо. Последний раз окинув нас задумчивым взглядом, он первым направляется к выходу, а мы все послушно следуем за ним, словно за командиром. Хотя, по сути, Эрен сейчас как раз эту роль и выполняет. Он руководит операцией, и от него в основном и зависят наши жизни.
Мы молчим всю дорогу до перекрёстка. Холодные коридоры Логова кажутся бесконечными и пугающими, и я вдруг понимаю, что ещё ни разу до этого момента они не вызывали у меня такого странного ощущения. Я боюсь или волнуюсь? Нервно сжав руки в кулаки, я останавливаюсь. Питер и Райя тормозят рядом со мной.
— Я буду на связи, — Эрен хлопает меня по плечу. — Действуем по плану. Лишний раз не подставляйтесь. И помните. Это не игры между командами.
Я ничего не отвечаю. Да, действительно, сейчас всё по-настоящему. Настоящие пули, гранаты и жизни. Одно неверное движение, и смерть вырвет тебя из этой вселенной резко и бесповоротно. Эрен прав, это не игры, где от выстрела в голову ты просто выбываешь из альтернативной реальности, и даже не рейтинг, где присутствовало защитное поле. Это реальность.
Парни уходят, оставляя нас посреди перекрёстка, первыми встретить опасность. Я начинаю нервничать — надо было настоять на том, чтобы девушка осталась сидеть в засаде или вообще не смела участвовать во всём этом дерьме.
Я осматриваюсь — у меня, Питера и Райи есть только пистолеты, остальные вооружены гораздо лучше, чем мы. Надеюсь, ничего не случится, и каждый из нас удачно доберётся до лифтов.
— Думаете, у нас получится? — Питер стоит посередине.
Я справа от него, Райя слева. Наши взоры направлены в сторону, откуда должны появиться противники.
— Это план Лизбет, — неуверенно говорю я, вспоминая, как моя сестра добилась победы на играх с помощью своего гениального мозга. Из-за этого её и Эрен начал уважать, а потом и Лин. Если девушка уверена в нашей победе, то всё должно получиться. Но это всего лишь теория, и моя сестра хороша в ней. Я же хорош в практике, а она показывает, что не всегда всё идёт так, как ты хочешь. — Но нужно всё равно готовиться к худшему. Если Рассел и Джон лично придут за мной, то у них явно есть козыри в рукаве.
— Это точно, — Райя прячет руки в карманах. — Мне ли не знать.
— Они выдвигаются, — я слышу голос Эрена у себя в голове. — Будут у вас минут через пять. Как и говорила Лизбет, три отряда. Рассел и Джон с ними. Второй отряд Морфи. Третий Пол и Лизбет. Всего около двадцати Псов, большая часть из них предатели.
Я ничего не отвечаю, потому что не знаю, слышит меня блондин или же у нас одностороння связь. Хотя, если он сказал, что камера передаёт прямую трансляцию, то и звук, наверное, тоже.
— Всё идёт по плану, — тихо говорю я, чтобы оповестить друзей.
Они молчат.
Коридор, который предстаёт перед нами, переполнен темнотой и холодом. В тишине я слышу лишь еле заметное дыхание моих товарищей и мощное биение своего сердца. Пистолет начинает давить, и желание поскорее воспользоваться им сводит с ума. Пустые руки, в которых нет оружия, чтобы защищаться, заставляют чувствовать меня и слабым. Я словно сам иду в ловушку, прекрасно осознавая, что мне не выбраться, и это гнетущее чувство никак не хочет покидать меня.
— Всё будет хорошо, — тихо говорю я, уверяя скорее самого себя, чем остальных.
Я слышу вдали шаги, и на мгновение мне становится страшно. Мы практически безоружны перед отрядом вооружённых Псов, готовых разорвать меня на куски. И я не вижу ни малейшей причины, которая остановила бы Рассела и Джона, отдать этот приказ своим солдатам.
Первое, что я вижу, это несколько силуэтов, приближающихся к нам. Они вооружены автоматами и защитными костюмами. Впереди я замечаю Джона, Рассела и Морфи. Лизбет с Полом не видно. Коридор узкий, поэтому остальные Псы маячат позади Капитанов, ожидая очередной приказ.
Противники останавливаются в нескольких метрах от нас — я вижу, как несколько парней позади предателей, опускаются на одно колено и берут нас троих на мушку. Один лишь приказ, и нам конец. Я сглатываю, вдруг понимая, что совершенно не знаю, как именно заставить изменников признаться во всём. Я не мастер говорить. Я привык действовать.
Джон опускает пистолет, словно показывая, что нам ничего не угрожает. Морфи делает то же самое.
— Кэйл, — голос Джона вкрадчив, словно паутина, в которой ты медленно, но верно увязаешь. — Мы пришли только поговорить. Обсудить, всё, что случилось. Мы не хотим причинять никому и вас вред.
Его взгляд скользит по мне, затем к Питеру, а потом останавливается на Райе. Мне это не нравится, и я пытаюсь привлечь всё внимание к себе.
— Наверное, вы все невероятно сильно боитесь меня, раз притащили с собой три отряда, — иронично говорю я. — Я безоружен, — я вскидываю руки, показывая, что у меня нет ничего, однако пистолет за ремнём штанов продолжает тяжелеть с каждой секундой всё больше и больше.
— Тем не менее, ты убил охранников на нижнем уровне, — встревает Рассел, и я чувствую волну раздражения. Он всегда пытается выставить всё так, чтобы я оказался виноватым. Как я сразу не догадался, что этот человек и есть предатель. Понятно же с самого начала!
— Может, поговорим о том, скольких убил ты? — не выдерживаю я.
— Не переусердствуй, — голос Эрена останавливает меня от дальнейших язвительных комментариев, и я немного теряюсь.
В этот самый момент я неожиданно начинаю чувствовать на себе взгляды всех, кто здесь присутствует. И не только взгляды. Траектория полёта пуль направлена прямо на меня. Голова, грудь, живот, сердце. А так как для многих я — это либо Питер, либо Райя, в опасности все мы.
— У меня есть предложение, — Джон не обращает внимания на Рассела. — Если вы сейчас сдадитесь добровольно, то все, кто замешан в этой ситуации и хоть как-то был причастен к ней, будут оправданы. Никто не пострадает. А тебе, Кэйл, мы дадим высказаться и будем судить перед всем Логовом. Если твоим поступкам будет логичное законное объяснение, то ты будешь оправдан. Советую тебе с умом выбирать каждый свой шаг.