Страница 17 из 40
Лидия. Пел.
Володя. Я вам купил мороженое в Лисках.
Лидия. Борщ, мороженое…
Володя. Да, борщ, мороженое… Вы не волнуйтесь, я просто восстанавливаю историческую справедливость.
Лидия. А я и не волнуюсь. Ну, было и было. Только я не помню.
Володя. Я тоже не волнуюсь. Лет десять назад я бы еще волновался. А сейчас… Тяжесть на сердце и все.
Лидия (пауза). А как вы выглядели?
Володя. Как?.. Волос, естественно, было больше. Ну и… весь этот рельеф не подвергался еще эрозии. (Пауза.) Зря я все это затеял. (Пауза.) И хорошо, что вы меня не помните. Начались бы сейчас излияния – почему так, да почему не иначе. А что было бы, если… Прошло время играть в такие игры.
Отворачивается, смотрит в окно.
Лидия. Вы не обижайтесь, но я действительно не помню.
Володя. Вот ОН мог обидеться. Вот ОН – да, обиделся бы, застонал, завыл от горя. А я… Приходит время и у человека отмирает способность любви, знаете, такой… романтической, пылкой и так далее. Видимо, и сердце болит из-за того, что на него давит это… умершее.
Лидия (пауза). Почему-то очень хочется вспомнить…
Володя. А как у вас… сложилось? Вы где работаете?
Лидия. Обычно сложилось. Окончила пединститут, преподавала биологию. Потом ушла из школы. После того, как она стала не нужна народу.
Володя. А-а… Понятно.
Лидия. А у вас?
Володя. Доктор наук. Пока работаю в НИИ.
Лидия. Но так не бывает. Какой-то провал в памяти.
Володя. Бывает.
Она начинает читать книгу. Он смотрит в окно.
Лидия. Можно заболеть от этого. Иногда имя не вспомнишь и так мучаешься, а здесь…
Володя. Ну вспомните вы меня, повздыхаете, скажете «ах!»… Небольшая потеря.
Лидия. Странно. У вас из-за меня жизнь по-другому прошла, а я…
Володя. Обычное явление.
Лидия. Нет. Совсем не обычное. Я со своим мужем познакомилась совершенно случайно…
Володя. Все в жизни случайно, кроме неудач.
Лидия. А я не хочу! Давайте вспоминать снова. И до мелочей.
Володя. Поверьте, у меня уже откатило. Это сразу что-то там затрепыхалось под ребрами, а теперь…
Лидия. Когда вы меня поцеловали?
Володя (вздохнув, скучным голосом). Это было вечером. Мы, как обычно, стояли в тамбуре и почему-то смотрели в совершенно черное окно. В окне отражались наши лица, как в зеркале. Вы держались за этот железный прут, а я стоял рядом. Мы смеялись. Поезд вдруг притормозил, я не удержался и налетел на вас. После этого мы внезапно замолчали. Молчали, молчали, затем моя рука, вот эта рука, медленно и робко обняла вас за талию. Вы поджались вся и почти уперлись лбом в стекло… Продолжать?
Лидия. Да.
Володя. Вы были такая загорелая и… словом, вы вдруг пошли всем телом ко мне навстречу, может быть, поезд прибавил ход. Ну и так далее.
Лидия. Что – так далее?
Володя. Своими вопросами вы превращаете все в интрижку.
Лидия (обидевшись). Не хотите – не надо.
Она читает. Он смотрит в окно.
Лидия. Я вам что-нибудь обещала?
Володя. В смысле любви до гроба? Нет. Нам было не до этого.
Лидия. Вы сами все опошляете!
Володя. Нет. (пауза). Я не опошляю. Если бы вы помнили все это, как помню я… Вам хочется хоть немного урвать, простите за грубость, от юности – вот и весь ваш интерес.
Лидия. Вы злитесь.
Володя. Да, злюсь. Простите.
Смотрит в окно.
Лидия. Может быть, ЭТО я и хочу вспомнить?
Володя. О чем вы?
Лидия. Иногда… мне кажется, что… не знаю.
Володя. Иногда вам кажется, что вы что-то важное забыли, так, что ли?
Лидия. Нет. Иногда… Я была очень загорелая?
Володя. Черная.
Лидия. Когда долго лежишь на солнце, то вот здесь, чуть ниже шеи остается крохотное пятнышко, внутри, как линза… Весь мир становится другим. Совсем другим, как… Не могу я объяснить.
Володя. Это вы и хотите вспомнить?
Лидия. Да… Нет, это я помню. Но какой он, этот другой мир? Вот что я хочу…
Володя. Не понимаю.
Лидия. Это бывает, наверное, только в шестнадцать лет.
Володя. И в двадцать один. Мы подъезжаем.
Лидия. Да?.. Да, подъезжаем.
Володя. Значит, так и не вспомнили.
Лидия. Нет. Но теперь я точно знаю, что ничего не было.
Володя. Теперь?
Лидия. Да. Потому что чемодан в Москве несла я сама.
Володя. А мы поссорились.
Лидия. Неужели?
Володя (закрывает глаза). Повторите еще раз.
Лидия. Что?
Володя. Это слово. «Неужели». (Пауза.) Прошу вас.
Лидия. Неужели?
Володя. Оно. (Пауза.) Я уж думал, от вас ничего не осталось.
Лидия. Я так изменилась?
Володя. Да. Вы не представляете, как вы изменились.
Лидия. Я постарела. Конечно.
Володя. Нет, не очень. Не в этом дело. Вы стали похожи на всех.
Лидия. Да?
Володя. Да.
Лидия (пауза). Я очень хочу вас вспомнить!
Володя. Не надо было забывать. Впрочем, это только ваше дело. Только ваше.
Лидия (пауза). Я не виновата. Вы же знаете, что такое город. Что такое Москва.
Володя. Слова, слова, слова…
Лидия. А школа? Вы знаете, что такое школа? А потом гостиница?
Володя. Пустой разговор.
Лидия. Как вы меня всю… вывернули.
Володя. Простите. Не мог сдержаться.
Лидия. Вспоминаю… и не могу… Вас не было, понимаете? Не было!
Володя. Я сам начинаю думать так.
Лидия. Единственное, почему хочу вспомнить, это чтобы сразу забыть! Володя. А вы представьте, что тот солдат с гитарой – это я. И все встанет на свои места.
Лидия. Да? Значит… (начинает хохотать) это вы! Вы… солдат! (Умолкает.) А адрес?
Володя. Ну… вы попросили меня бросить письмо на станции. Я и прочел адрес.
Лидия. А… поцелуи?
Володя. Когда очень хочешь, чтобы они были… Мы приехали.
Лидия. Но это жесто-око. Вы… нехороший человек.
Володя. Возможно. (Встает.) Вам помочь?
Лидия. Нет уж. Хватит. (Встает, снимает сумку с багажной сетки.) Доктор! Вы… каменотес!
Выходит из автобуса.
Володя. М-да. (Также встает.) Капут, доктор. Капут.
Выходит.
Голос диктора. Произведена посадка в самолет, следующий рейсом 9634 по маршруту Москва-Петербург… Начинается регистрация пассажиров, вылетающих рейсом Москва-Владивосток…
В салоне самолета. Лидия подходит к своему ряду и закатывает глаза от бешенства.
Лидия. Вы сидите на моем месте.
Володя. Я сижу на своем месте.
Лидия. У меня место «Б»!
Володя. Покажите. (Она подает билет.) У вас место «В». Вы ведь не математику преподаете. Здесь русский алфавит. Садитесь рядом. И не беспокойтесь. Я буду молчать.