Страница 14 из 40
Некрасов. Всегда так было. Замолчите, трещотки. Мешаете думать.
Пауза.
Нина Константиновна. Как я люблю эту скамейку… И вот… Десять лет мы выходили в этот сквер… Что с вами, Лидия Александровна? (Некрасову.) Вы!.. Жестокий человек.
Некрасов. Наконец-то. Хоть одно живое слово. А то сидят, тоску наводят.
Нина Константиновна. В нашем поколении…
Некрасов. Ничего хорошего не было и в вашем поколении. И перед вашим поколением. Знаю. Были куры, куры и остались.
Нина Константиновна. Пойдемте, Лидия Александровна. Не надо слишком близко к сердцу…
Некрасов (бормочет). Жизнь остановится из-за их ухода… Надо же… в небо они смотрят…
Лидия Александровна (со слезами в голосе). Как же теперь идти?.. С каким настроением?.. Я не усну…
Некрасов. Смотрите, какие цацы! Всю жизнь их матюгами крыли, а к старости фарфоровыми стали.
Нина Константиновна (не выдержав). Ты заткнешься, наконец, старый хрыч?!..
Лидия Александровна. Нина Константиновна?!..
Нина Константиновна. Он же кого угодно выведет из себя!.. Сейчас сидит и радуется… Думает, что все такие как он… Нигде! Нигде нет покоя!
Лидия Александровна. Нехорошо сегодня…
Некрасов. Слушайте, вы, как люди писали. (Декламирует.) «Как сладко дремлет сад темно-зеленый, объятый негой ночи голубой…» Чем стонать, детей бы грамоте обучали. Вышли бы на сцену в ЖЭКе и прочли что-нибудь. А то – «будьте милосердны». Два слова только и помните, а туда же – «наше поколение…»
Лидия Александровна. Неужели для того, чтобы сказать о себе: я – культурный человек, нужно вначале оскорбить?
Некрасов. А я не культурный человек. Я такого слова не знаю. Если вы культурные, то я – не культурный.
Нина Константиновна. Время изломало людей по-разному.
Лидия Александровна. Почему вы выбрали этот сквер? Почему вы выбрали нас?
Некрасов. Вас?.. Ха-ха-ха!.. Да я бы вас и пятьдесят лет назад не выбрал. Не мешайте думать.
Лидия Александровна (встает). Уже поздно. Пойдемте, Нина Константиновна.
Нина Константиновна (встает). Я знаю место, где он нас не найдет. (Уходя.) Совсем с ума сошел!
Некрасов. Эй, обождите! (Они останавливаются.) Ладно, я буду молчать. (Они в нерешительности.) Я кому сказал – садитесь! Только без нытья. Моя фамилия Некрасов.
Нина Константиновна. Лидия Александровна?
Лидия Александровна. Давайте еще посидим немножко.
Садятся.
Лидия Александровна. Вы тоже живете в этом доме?
Некрасов (вздыхает). Ну, ладно. Потом додумаю… Живу.
Пауза.
Нина Константиновна. И о чем это вы думаете, интересно?
Некрасов. О Вселенной.
Нина Константиновна. О чем?
Некрасов. О бессмертии.
Пауза.
Нина Константиновна. И-и…
Некрасов. И все.
Лидия Александровна. Вы думаете, что это возможно?
Некрасов. Еще не знаю. (Пауза.) Я чувствую, что я продолжаюсь, если даже… Все равно вам не понять.
Нина Константиновна. Конечно, мы ведь – куры.
Некрасов. Ваше бессмертие будет таким же, как ваша жизнь – от червячка, до червячка.
Нина Константиновна. Смотрите, какой… академик.
Некрасов. Разве вы можете соскользнуть в печаль и вырваться оттуда к радости? Вы можете только ныть.
Лидия Александровна. Поговорите с нами. Прошу. Я давно не слышала такого… необычного.
Некрасов. О чем мне с вами говорить? О ваших страданиях? О том, что вы голодали, что у вас умирали дети? Еще о чем? Утешать вас я не собираюсь.
Лидия Александровна (смиренно). Просто так… по-человечески.
Некрасов. Не надо со мной хитрить. Я милостыни не подаю.
Нина Константиновна. Он сектант.
Некрасов (крякает). Попалась бы ты мне лет пятьдесят назад…
Лидия Александровна. Но разве о милостыне речь? Мы ведь люди…
Некрасов (вздыхает). Люди… Люди, да. люди. Но вы плохо влияете. С вами становишься мелочным, забываешь о главном.
Лидия Александровна. Ведь надо помогать…
Некрасов. Кто это вам сказал? Знаю я, откуда этот ветер. Если сам себе не поможешь, никто не поможет, ясно? И все, молчите.
Пауза.
Нина Константиновна. Сам, как курица, сидит, думает, цыпленок вылупится…
Некрасов. Ты, старуха, умрешь легко, потому что жить не начинала.
Нина Константиновна. Проверить бы паспортный режим…
Некрасов (задумчиво). И была птица с длинным и крепким клювом…
Нина Константиновна. Я же говорю – он сектант.
Некрасов. До сих пор думает, что она чем-то распоряжается. (Вздыхает.) Да что значит – думает? Она говорит, как заведенная. От этого самая тяжелая печаль. Чугунная печаль.
Лидия Александровна. Нина Константиновна, я прошу вас!
Нина Константиновна. Но он же нас оскорбляет!
Пауза.
Лидия Александровна. Может быть, он прав.
Нина Константиновна. Дорогая Лидия Александровна, вы ведь знаете, как я к вам отношусь! Пойдемте!
Лидия Александровна. Он прав. Мы жалкие старые дуры. Всю жизнь мы кого-то слушали, за кого-то беспокоились… Мы ждали, что нас пожалеют и полюбят за наши страдания. А теперь мы ищем, на что опереться… Не на что…
Нина Константиновна (встает). Я так больше не могу! Пойдемте!
Лидия Александровна. Идите одна. Я еще посижу.
Нина Константиновна. Оставить вас с этим? (Садится.) Ни за что.
Лидия Александровна. Да, он прав. Дать милостыню – это значит, обмануть… Но если нет уже сил?
Некрасов. Это вам кажется.
Лидия Александровна. И нет радостей…
Некрасов. Не надо их искать. Не надо о них думать. (Раздражается.) Радости! Какие вам еще радости нужны? Губки с завитушками? Все бы что-нибудь хватать, хватать, хватать! (Пауза.) Вы бы нашли другое место, честное слово.
Лидия Александровна. Почему?
Некрасов. Потому что я чувствую расположение к этой скамейке! Она меня понимает. И деревья здесь мне помогают.
Нина Константиновна. Мы уже десять лет здесь сидим.
Некрасов (пауза.) Да, может быть, в этом дело… Я не учел… Не зря я вас задержал… (Пауза.) Можно к вам подсесть?
Лидия Александровна. Да, пожалуйста.
Некрасов садится рядом с ними.
Некрасов. Так-с… (Пауза.) Нет, не видно рябины. Тесно.
Уходит на свою скамейку.
Лидия Александровна. Вы серьезно?
Некрасов (не слушая). Да, здесь…
Нина Константиновна. А я поняла, Лидия Александровна. Он же совсем один. У него нет детей.
Некрасов. Ничего ты не поняла, старуха. Одна скамейка меня понимает.
Лидия Александровна. Вы шутите?
Некрасов. Вот еще испытание…
Лидия Александровна. Я могу понять, что вы… любите деревья, зелень… Но скамейка, она ведь… не понимаю.
Нина Константиновна (тихо). Он шизофреник.
Некрасов (бормочет). Переход в другое состояние… Тебя наливают и выливают… Слушайте! Вы чувствуете иногда беспричинную радость или тоску? Я понял: в это время мы наполняемся или теряем!