Страница 68 из 69
— Когда мы в прошлый раз виделись, он рассказал мне о своем первом наставнике. Он не называл никаких имен, но дела говорят лучше, чем имена.
Митос продолжал молча глядеть в окно.
— Я могу сообщить ему, что видел тебя здесь?
— Да, можешь, — коротко ответил Митос.
Роберт кивнул и тихо ушел. Митос докурил сигарету и снова заставил себя выпрямиться и повернуться к остальным.
— Надо заканчивать, — сказал он ровно. — Осталось немного, разобраться с теми типами, которые сидят под замком в подвале. Предложения?
— Что тут предлагать, — отозвался Ник. — Посадим этих олухов в фургон, увезем куда-нибудь в центр города и оставим. Дороги назад они не найдут. А вот те двое…
— Те двое — отдельная статья, — сказал Митос. — Они, во-первых, очень много знают о нас. Во-вторых, на них кровь.
— Не только кровь, — опасным тоном произнесла Джина. — С тем тихим идиотом поступайте, как хотите, но Жосс отсюда никуда не выйдет.
— Отлично. Тогда идем вниз?
Теперь, когда все уже направлялись к выходу, Митос обратил внимание на Мишель Уэбстер. Она сидела на краю стола, дальнем от двери, рядом со свертком из меча и плаща Ричарда Бертона.
— А ты не хочешь присоединиться к обществу? — спросил Митос, останавливаясь перед ней.
— Зачем? — скривилась она. — Разыграть еще один благотворительный спектакль?
— Ты недовольна?
— Отчего же? — она глянула на него без тени прежней симпатии, затем спрыгнула со стола. — Я просто в восторге. Этот… подонок, вместо того, чтобы валяться мертвым, трогательно рыдает в жилетку любимого учителя. Просто предел мечтаний!
— Не думал, что ты так жестока, — сказал Митос, когда она направилась к выходу.
— А я думала, что у вас нервы немного покрепче! — гневно ответила она, не оборачиваясь.
Он, протянув руку, поймал ее за локоть и развернул к себе.
— Мишель, тебе никогда не приходилось говорить «нет» отцу, который просит пощадить его сына? Знаю, что не приходилось, и надеюсь, что не придется. Это не тот опыт, который следует приобретать в раннем возрасте.
— Меня не интересуют никакие просьбы, — упрямо ответила она. — Я могу просто вызвать его на поединок, и тогда никто не осмелится его защищать!
— Твое право, — тихо сказал Митос. — Но я не уверен, что ты готова им воспользоваться.
Мишель выдернула руку и ушла, не оглядываясь.
*
Они снова спустились в подвал. На сей раз все вместе.
Жосса вытащили из камеры и увели — должно быть, в тот большой зал, устроить что-нибудь показательное. Митос вошел в камеру и посмотрел на оставшегося охранника, того, которого намеревался отправить следом за тремя дружками. Достал пистолет.
Парень никак не отреагировал — сидел, забившись в угол, и бессмысленно смотрел перед собой.
— Адам! — железный порог торопливо переступил Лиам Райли. — Что вы собираетесь делать?
— А вы не догадываетесь? — спросил Митос, снимая пистолет с предохранителя.
— К сожалению, догадываюсь. Адам, прошу вас… Так нельзя!
— А по-моему, только так и можно, — холодно ответил он.
Райли решительно шагнул вперед и встал перед наведенным на жертву пистолетом.
— Нет.
— Отойдите, Лиам!
— Нет.
Митос вздохнул:
— До чего же вы, священники, упрямый народ!.. Хорошо. Будь по-вашему. Надеюсь, вы проследите, чтобы он попал куда следует — то есть в психушку!
Он спрятал пистолет и удалился, по пути хлопнув парой дверей.
*
На действо, происходившее в недоброй памяти подвальном зале, явился взглянуть даже Анри Лоран, в сопровождении Шарля. Лоран выглядел бледным и измученным, но держался спокойно и был одет так же, как большинство присутствующих — в длинное пальто, способное скрыть меч.
Они с Шарлем стояли в тени, в дальнем углу. У стены, прижимаясь к ней спиной и тараща глаза, стоял Жосс. Он вряд ли был трусом, но то, что творилось сейчас, наверняка казалось ему дурным сном. Руки его уже были связаны за спиной, а Джина, поигрывая мечом, очень оценивающе его рассматривала. К ней тихонько подошла Мишель.
Митос, пришедший последним, остался стоять у самых дверей. Отсюда он видел, как Мишель что-то говорит Джине, и та кивает. Действительно, кто мог понять все лучше Джины, превращавшейся в дикую фурию при малейшем признаке грозящей Роберту опасности?
Они обе с Мишель посмотрели на прижавшегося к стене Жосса. Мишель достала меч.
Джина что-то объясняла Мишель, та слушала и кивала, бледная, но полная решимости. Митос мог разобрать слова, если бы захотел прислушаться, но не прислушивался. Только поймал за руку и удержал на месте порывавшегося вмешаться Лиама Райли.
— Адам, она еще ребенок! — гневно прошипел тот, вырываясь.
— Уже нет, — сказал Митос; сказал так, что Райли, глянув ему в лицо повнимательнее, молча отвернулся, но больше не вырывался.
Митос сосредоточился на происходящем в центре зала. Снова подумал, что должен, наверно, как-то на все это реагировать. И поймал себя на том, что ничего не чувствует. Не как тогда, с двумя охранниками на лестнице, целую вечность назад. Тогда им владела только решимость и готовность убивать. Теперь космической тяжестью наваливалась усталость. Несколько дней в постоянном напряжении, почти бессонная ночь, безумный день… Что мог, он уже сделал. Теперь пусть все идет своим чередом.
Жаль только, что они упустили профессора. Вот кому нужно было скрутить не в меру умную голову!
Митос никогда не уважал охотников делать гадости, прячась за спинами первых встречных дураков. Он вспомнил запертых в подвале мальчишек-охранников. Самому старшему было двадцать пять лет. Со слов Жосса он знал и имена, и обстоятельства, при которых парни оказались втянутыми в это дело, и был доволен, что никто из них не погиб. В сущности, они тоже были жертвами… Из тех же, кто заслуживал смерти, в живых было только двое, а скоро останется один, и тот отправится в клинику для душевнобольных.
Жосс, наверняка слышавший происходящий рядом с ним разговор, пребывал в полном оцепенении. К тому моменту, когда его вытолкнули вперед и поставили на колени, он был на грани обморока.
— За Ричарда!
Кровь ударила фонтаном.
Мишель вздрогнула и отшатнулась, наверно, только сейчас вспомнив, что убивает не Бессмертного. Шагнула назад, прочь от растекшейся темной лужи. Медленно подняла руку и стерла брызги крови со щеки.
Поверх трупа посмотрела на Лорана.
Тот, с трудом оторвавшись от жуткого зрелища, тоже посмотрел на нее. Потом резко отступил в тень и отвернулся.
Митос смотрел на Мишель, стоящую над безжизненным телом с окровавленным мечом в руке. И думал о том, что у Лорана теперь появился лишний шанс выжить. Хотя Мишель наверняка считает, что наоборот.
*
Остальное прошло тускло и буднично.
Оставшихся в живых охранников посадили во все тот же фургон; об оружии, от которого нужно было избавиться, обещал позаботиться Ник. Трупы сволокли в бывшую караулку и устроили заготовку для хорошего пожара — так, чтобы никто и никогда не узнал, что произошло в этом здании. Сами его покинули, пока не загорелось.
Митос забрал свои вещи, нашел в гараже машину и, дождавшись, когда все уйдут, сел за руль. Выехав на дорогу, ведущую, как он и предполагал, в город, он заметил Кедвин, сидевшую на камне, под фонарем на краю пустыря.
Остановился.
— Не подбросишь до города? — спросила она.
Будто специально ждала его здесь. Возможно, так и было.
— Садись, — сказал он, про себя радуясь, что не придется ехать в одиночестве.
Кедвин села на переднее пассажирское место и, перегнувшись через спинку, положила на заднее сиденье длинный темный сверток.
— Ты не находишь это странным? — спросила она.
— Что?
— Мишель ушла и не вернулась наверх за вещами Ричарда.
— Да, подозрительно…
— Зачем ты позволил ей?
— Во-первых, она меня не спрашивала. Во-вторых…
— Во-вторых?
— Во-вторых, ей просто до смерти хотелось кого-нибудь убить. Лучше уж этого типа, чем…