Страница 1 из 69
========== Пролог ==========
Снова вечер.
Солнце, уходя за горизонт, наполняет золотом кроны деревьев. Но внизу, у корней, уже сгустились тени. На этом участке старинной монастырской стены лес понемногу подбирается к ней. Еще несколько лет — и пологий травянистый склон исчезнет, зарастет кустарником.
Здесь я бываю часто. Площадка над стеной аббатства, обращенная к закату, — мое любимое место.
Вечерний воздух прозрачен и тих; в такие вечера с запада порой доносятся гудки и стук колес далеких поездов. Это изредка вторгающееся эхо цивилизации — единственное, что нарушает многовековой покой.
Придя сюда, я искал именно его — покоя. Сейчас, обдумывая события последних нескольких лет, я пытаюсь понять, найти какую-то причину, объяснение тому, что произошло. Тому, что привело меня сюда. Этим поиском я занимаюсь не впервые, но теперь он лишен мучительной торопливости и необходимостью быстро отвечать действием. Целительный покой обители делает свое дело. Я больше никуда не спешу…
Я — Бессмертный. Один из многих, лишь вообразивший себя особенным. Там, за стенами этой обители, у меня было имя, овеянное славой. Там, за стенами, оно и осталось, вместе с моей прошлой жизнью. Здесь это имя не имеет значения. Как не имеет значения многое из того, что казалось мне очень важным прежде.
Солнце садится.
Я стою на монастырской стене, провожая закат. Наверно, я снова проведу здесь не один час…
========== Глава 1. Тени прошлого ==========
Осень 1999 года
Джо Доусон переступил порог бара, носившего его имя. Сам Джо весь последний год жил в Париже, но, бывая по делам Ордена в Секоувере, непременно сюда заглядывал.
Сколько воспоминаний всплывало сразу из потайных уголков памяти!..
Майк Барретт приветственно улыбнулся ему из-за стойки:
— Добрый вечер, Джо. Мы тебя ждем.
— Не так стал я легок на подъем, — пошутил Джо, опираясь о стойку, и слегка постучал палкой по полу. — Да и приходить сюда посетителем все еще как-то странно…
— Ничего, привыкнешь, — снова улыбнулся Майк. — Как дела в Париже?
— Почти все по-старому… У меня есть время на отдых или сразу займемся делами?
— Есть кое-что срочное, — сказал Майк, выходя из-за стойки и направляясь к двери офиса.
Джо повернулся, чтобы последовать за ним, но в этот момент входная дверь хлопнула. Доусон обернулся.
— Джо!
В дверях стояла Энн Линдси. Джо слегка растерялся — как она узнала, что он здесь?..
— Привет, — сказала Энн, улыбаясь. — Если уж везет, так везет… Как ты здесь оказался?
— Я?.. Только что приехал. По делам. А ты разве не меня здесь ищешь?
— Я проезжала мимо. И вспомнила, как тогда ты передал мне приглашение в Париж…
Ее взгляд вдруг затуманился, по лицу прошла тень беспокойства.
Джо насторожился:
— Энн, что-то случилось?
Она еще секунду подумала, потом достала из сумочки лист бумаги:
— Вот. Наверно, хорошо, что я тебя встретила.
Джо взял бумагу, оказавшуюся телеграммой. «Приезжай, как тогда. Жду в Париже, в нашем отеле, в субботу. Вопрос жизни и смерти. Дункан».
— И что это значит? — спросил Джо, возвращая телеграмму.
— Не знаю, — ответила Энн. — Может быть, ты мне объяснишь?
— Не понимаю, — покачал головой Джо. — Нет, не понимаю… МакЛауда нет ни в Париже, ни во Франции вообще.
— Ты уверен? А если ваши сведения запаздывают?
— И что?
— Я лечу в Париж, — коротко сказала Энн. — Только так можно узнать, в чем дело.
— Энн, послушай… — начал было Джо, но она покачала головой:
— Нет, Джо. Я знаю, что ты заботишься обо мне, но…
— Энн, пожалуйста. Я мог бы помочь!
— До встречи, Джо.
Он проводил ее глазами, потом повернулся и, разочарованно вздыхая, направился в офис.
*
Покончив со всеми срочными делами, они беседовали, сидя в креслах у стола с ноутбуком. Но мысли о странной телеграмме из Парижа не давали Джо покоя. Он уже не был персональным Наблюдателем Горца, однако в списке проектов, которые он теперь координировал, имя Дункана МакЛауда стояло первым. Запаздывали его сведения или нет, эта телеграмма была совсем не в духе Горца.
— Джо?
— Да?.. — вздрогнул он, поняв, что не слышал последней сказанной Майком фразы. — Извини, Майк, я задумался.
— Это из-за визита Энн?
— Есть сведения о МакЛауде? — уклонился от ответа Джо. — Он здесь не появлялся?
— Нет, — пожал плечами Майк. — Неужели мы пропустили бы такое событие?.. Джо, ты ведь сам живешь в Париже. И потом, там обитает твой приятель, Адам Пирсон… Или, — в глазах Майка скакнула лукавая искорка, — или он уже тебе не приятель?
— Черт, — Джо рассеянно потер подбородок. — А ты попал в точку, дружище…
*
Яркий клинок вычерчивал в воздухе узор, привычно подчиняясь движениям сильного тела. Шаг, взмах — вздох. Поворот, удар — выдох…
Неважно, что уже много лет лучшим способом сосредоточения являлась медитация. Возвращение в Игру вернуло необходимость освежать навыки тела. Хотя становиться тем, что называется «охотник за головами», старейший Бессмертный не собирался. Он просто переключался на более активный образ жизни.
Мелодичная трель внезапно нарушила его размеренное занятие. На миг он остановился, не закончив движения. Потом ругнулся сквозь зубы, опустил меч и пошел к столику с телефоном:
— Да.
— Привет, Адам, — послышался в трубке голос. — Надеюсь, я тебя не разбудил?
— Привет, Джо, — отозвался Митос и, сам не зная зачем, покривил душой: — Я медитировал.
— Извини. Давай, я перезвоню попозже.
— Не стоит, дружище. Я уже все равно отвлекся. Что-нибудь случилось?
— Да так, ничего особенного… Кроме небольшого покушения на мою честь Наблюдателя.
Слишком наигранная беззаботность в голосе…
Митос невольно подобрался, готовясь узнать что-то неприятное. И в ответ равнодушно спросил:
— Да ну?.. И кто посмел покуситься?
— Не поверишь. Энн Линдси.
— Это та милая дама, в которую был влюблен МакЛауд? Она врач, кажется. И чем она тебя уела?
— Она утверждает, что мои сведения неверны. Якобы МакЛауд вернулся в Париж. И даже прислал ей телеграмму с приглашением. Как тебе?
— Я бы не поехал, — произнес Старейший.
— А вот она собралась. Завтрашним утренним рейсом.
— Мг-м… А где сейчас МакЛауд на самом деле?
— По последним сведениям, он обосновался отдохнуть в своем Гленфиннане. И никуда оттуда не выезжал.
— Я бы на твоем месте, Джо, все-таки попытался бы отговорить Энн от поездки. Поверь моему чутью, это дурно пахнет.
— У меня с чутьем не хуже, — тоскливо усмехнулся Джо. — Но она упрямая. Если не удастся ее убедить, завтра утром она будет в Париже. И черт знает, что из этого получится!
*
Митос выключил и положил телефонную трубку на столик. Задумчиво посмотрел на свое отражение в зеркале.
Действительно, черт знает что такое!
Он считал, что похоронил эти чувства среди других призраков прошлого — но не тут-то было. Одна короткая фраза, сказанная другом — и уже снова хочется бросить все и бежать на помощь бестолковому шотландцу…
Черта с два!
Он гневным движением бросил меч на диван, сорвал и отправил туда же головную повязку. И направился в ванную.
Упругие водяные струи быстро смыли пот и напряжение недавней разминки. Вместе с телом ожил и разум. Митос некоторое время стоял под душем, потом закрыл краны, выбрался из кабины. Закутался в просторный махровый халат, повалился в плетеное кресло здесь же, в ванной.
Откинулся на спинку и закрыл глаза.
*
1998 год, осень, Париж
…Оставив позади огни баржи Дункана МакЛауда, он гнал машину вперед, сам не зная, куда и зачем спешит. Безумный день закончился; вместе с ним, казалось, должны были уйти в прошлое многие тревоги последнего времени, но получилось наоборот. Слова, сказанные Горцем совсем недавно, на маленькой вечеринке четверых друзей, снова и снова звучали в его памяти.