Страница 41 из 105
Имея инквизицию в своём подчинении, Дезидерий мог начать такие «поиски еретиков в державе», что Избиратели и имперская высшая знать будут руки ему лизать, как преданные верные псы, что бы не потерять всё что имеют, включая жизни.
— Так! — вновь вернулся в разговор, из мира сладких грёз, главный имперский министр. — Что там с инквизицией, когда её стоит начать блокировать?
— Хм… — пробормотал немного смущённый Тарасий, что с ним случалось редко. — Мы тут посовещались…
— И?
— Возможно не стоит давать времени людям Поллиона, которые, в своей ненависти к нам и инквизиторам, могут не испугаться наших предупреждений и всё же захватить им нужных людей и документы в штабах трибунала, просто действуя на опережение нашему собственному выступлению?
— Предлагаешь начать захваты штабов пораньше, не через сутки или двое? — спросил Дезидерий, поняв что ему предлагают.
— Совершенно верно! Сейчас люди на улицах города уже вовсю безумствуют, в ненависти к «чёрнорясным» — чего ждать? Выдвигаем группы минардов на основные направления и императорской гвардии, с наблюдателями при них, из числа агентов и минардов — на второстепенные. Захватываем главный столичный штаб трибунала и штабы районов. Документы, что там находятся, в первую очередь, а уже позже — отправляем поисковиков по адресам второстепенных чиновников из инквизиторской иерархии. Те кто главенствует — должны быть захваченны прямо сейчас! В этом случае Поллион не успеет нам помешать и главный выигрыш от разгрома инквизиции в столице, мы загребём сами, без помощников.
— Соглашусь с тобой, Тарасий! — одобрил новый план секретаря и фаворита, «престолодержатель». — Готовь приказы минардам и людям Магинария Имерия, мои указы и эдикт об упразднении инквизиции в столице и передаче всех зданий и документов её — канцелярии императора. Собирайте агентуру, что бы начала тотально отслеживать дома и штабы инквизиции, и передвижения главных её начальников.
Все засуетились и вскоре покинули кабинет Дезидерия. Министр степенно вышагивал по помещению в одиночестве, глядя в удаляющиеся, в длиннющих коридорах дворца, спины своих подчинённых.
Всё складывалось пока что очень неплохо и оставалось лишь благодарить Солнце, за так вовремя случившееся бешенство с помешательством Великого инквизитора и наследника из Кельрики, что своими поспешными действиями упростили многие трудности Дезидерия.
Через час все были готовы к началу большой чистки в столице: пять отрядов, состоящие сплошь из минардов и агентов Дезидерия, должны были атаковать главный столичный штаб и четыре крупнейших районых штаба инквизиции.
Были приготовлены, в мастерской художника Брейхеля, поддельные документы на вход в закрытые помещения инквизиции и как только первые трое минардов с документами в руках попадали внутрь — они тут же атаковали стражу на двери и держали сами двери не запертыми, пока не врывался весь штурмовой отряд вторжения. Так решено было поступить что бы избежать ненужных жертв при штурме крепостиц и бастид трибунала, где и располагались его штабы и предотвратить возможное уничтожение самых важных документов и свидетелей, на что могли пойти старшие сотрудники инквизиции.
На всякий случай были быстро созданы два десятка небольших бомб, из бочонков с порохом, примерно на пять литровых пивных кружек каждый, на тот случай если будут всё же заперты двери или решётки, и их придётся подрывать, опасаясь что за время, пока нападающие будут возиться с топорами и ломами, инквизиторы в своих архивах уничтожат ценные документы или ликвидируют всех своих пленников, в подземельях тюрьмах штабов.
Из за спешки и того что планы атаки были сдвинуты во времени, особо чётко распределять роли не приходилось и задачи впопыхах были разделены следующим образом: Тарасий идёт вместе с отрядом что будет атаковать главный столичный штаб трибунала инквизиции и следит что бы все документы из архива и содержавшиеся там в заточении пленники, а также сами инквизиторы, были препровождены в императорский дворец для первоначального допроса. Анулон и Феофилакт, Шильд и Марк — следят за атаками на остальные четыре штаба и изымают там документы и пленников. Документы и интересные люди немедля доставляются к главному имперскому министру, минарды и императорская гвардия не должны их осматривать или брать себе.
На частные резиденции высокопоставленных инквизиторов и оставшиеся, совсем крохотные, штабы в отдалённых районах столицы, были посланны сводные отряды, состоящие из императорских гвардейцев и десятка минардов при них, за старших.
Было также решено усилить дополнительными постами все ворота города, дабы никто ночью не смог силой или за взятку покинуть столицу, и уже с данного, ночного времени, начинать облаву на всех инквизиторов без разбора.
Тащить «чернорясных» следовало исключительно в подвалы императорского дворца и по возможности скорее начинать допрашивать, угрожая скорой расправой на дыбе или костре — и сообщая что Корсо и Амвросий уже разбиты, и никто им теперь не защита.
При штабах инквизиции всё ещё могли оставаться, в качестве охраны, рыцари-инквизиторы, особые братья «штурмовики», в полных доспехах и при усиленном вооружении. Которые, правда лишь по непроверенным слухам, почти в полном составе отбыли вместе с Корсо и Амвросием ещё в первый же вечер, после их истерики на «малом имперском совете», но всё же опасность столкновений с подобными, опытными и закалёнными в схватках с еретиками, головорезами — исключать было нельзя.
Магинарий Имерий предложил усилить все атакующие отряды имперскими арбалетчиками и выдать примитивные штурмовые лестницы, что позволят перелезть во двор через низкую каменую ограду штабов или взобраться на крышу домов, занимаемых инквизиторами.
Основной упор всё же делался на внезапность атаки, ибо если кто и был завербован инквизиторами среди дворцовой прислуги министра или наследников, они наверное всё же думали что атака будет назначена на завтра или послезавтра, и сегодняшнюю ночь надеялись провести спокойно, уничтожая свидетельства своих преступлений или посылая гонцов к Корсо.
Копыта лошадей групп зачистки обвязали тряпками, что бы сильно не шумели на мостовых в ночном городе. Телеги и повозки решено было оставить в нескольких сот метрах от домов которые собирались штурмовать и выдвигаться с штурмовыми лестницами и оружием в руках, пешими. Потом, первые тройки, пока остальные прячутся, показывают выданные им подложные документы и проникают внутрь зданий и завязав там схватку — пытаются удерживать ворота и двери открытыми, а далее уже как повезёт.
С самого начала «великой чистки» пошло не так как планировали: пара отрядов заблудились и чуть было не начали кровавую потасовку между собой, когда столкнулись на одной из улиц, из за ошибки ведущих их к месту назначения «коротким путём», проводников из стражи.
Часть охранения, из солдат имперцев и гвардии, не понимая куда им следует выдвигаются и в каком виде, затянули было громкими голосами, вразнобой, матершинную солдатскую песню и их срочно пришлось останавливать громкими окриками подбежавших агентов Дезидерия.
Стали выглядывать из окон поднятые с постелей странным шумом на улицах жители и узнав, от особо разговорчивых из сопровождения, что и как происходит, тут же одевались и кричали всем соседям и знакомым: «Всё! Смерть «чернорясным»! По их души идёт погибель!», — после чего данные «активные жители» сотнями присоединялись к шествующим в полумраке отрядам штурмовиков имперцев и громкими голосами переговаривались что и как далее будет происходить.
Главный столичный штаб инквизиции, небольшой трёхэтажный замок с крохотным двориком, ограждённым каменной стеной — взяли на редкость удачно: троица бойцов министра Дезидерия, с документами изготовленными в мастерской Брейхеля, спокойно зашла внутрь клети, в которой «выдерживали» всех новоприбывших, прежде чем запустить далее в помещения и после проверки и согласия на их заход, прошла внутрь основных комнат.
На предложение разоружиться, последовавшее от ночного поста стражи штаба трибунала инквизиции, все трое бойцов минардов, переодетые простыми гонцами трибунала, тут же согласились.