Страница 30 из 73
- Я милиционер.
- Надо вам сказать, что тут уже побывало несколько милиционеров, и все они начинали свою исследовательскую деятельность именно с этого вопроса.
- Значит, вам легко будет на него ответить.
- В десятый раз! - Вадим вздохнул. - Можно начинать! Вы разве не будете записывать?
- Нет, зачем же записывать! - Андрей был удивлен. - Это не допрос…
- Ну ладно. В то утро у меня было довольно неинтересное задание. Мне не хотелось его выполнять. А уж если мне чего не хочется - товарищи это знают! - то я обязательно сделаю по-своему. - Вадим усмехнулся. - Есть у меня такая дурная черта в характере.
Никто его не поддержал, хотя ему, кажется, этого хотелось. Только девушка с косами горячо воскликнула:
- Да, мы это знаем, Вадим! Но мы не считаем, что это дурная черта.
Вадим снисходительно потрепал ее по плечу.
- Так вот, понимаете ли, товарищ милиционер, наш Сергей Вартанович уезжал в Ереван, а в такие дни можно несколько ослабить дисциплинку. Я отложил свое неинтересное задание, переоделся и догнал Эль-Хана, который взбирался на скалу с фотоаппаратом.
- Дальше, пожалуйста.
- Дальше? - Вадим прищурился. - Дальше мы пошли вместе.
- Постой, Вадим… - с упреком сказала та же девушка. - Почему ты не рассказываешь, что Эль-Хан не хотел брать тебя с собой?
- Марлена, Марлена! - Вадим пожал и оттолкнул ее смуглую руку. - Неужели то, что я тебе говорю, должно быть известно всем? Мне не хотелось об этом рассказывать!.. Да! - проговорил он, открыто взглянув на Андрея. - Раз уж Марлена не утерпела, приходится вам сообщить, что так оно и было. Эль-Хан не имел намерения принимать меня в компанию. У меня даже сложилось впечатление, что он обязательно хочет идти один и я ему мешаю. Но тут снова вступила в действие плохая черта моего характера - все делать по-своему, и мы пошли вместе.
- Выходит, вы прямо-таки навязались ему в спутники? - с улыбкой спросил Андрей.
- Почти что так…
Людей, слушающих Вадима, теперь уже осталось немного. Ушел завхоз. Ушел толстый молодой человек, весь испещренный молниями-застежками.
- Вадим, не волнуйся, - сказал он, уходя. - Больше хладнокровия! Мы все знаем, что тебе пришлось пережить. Спрячь свои чувства и помоги расследовать дело до конца.
Рядом с Вадимом все еще оставалась девушка с черными косами. Облокотившись на пианино, стоял худой, длинный молодой человек в роговых очках.
Пришли два Рафика - черный и белый, - им не удалось погрузить в озеро свой прибор. Сергей Вартанович отложил эту процедуру на завтра. Они ввалились в клуб с криком:
- Засеките время! Исторический момент! В восемнадцать тридцать у нас на горе испытание нового электромагнита! Теперь можно будет показать работу! - Но, увидев, что происходит в клубе, они притихли, сели рядышком на бильярдный стол и стали слушать, не вмешиваясь в разговор.
- …Мы ушли довольно далеко, - продолжал Вадим, - когда началась буря. Тут самое отвратительное - ветер. Дорога неровная, бугры, оледеневшие камни. Мы падали. Снег залепляет рот и глаза. Вдруг потеряли направление. Стало темнеть. Я говорю: «Надо возвращаться». Эль-Хан требует, чтобы мы шли вперед. Предлагает: «Возвращайся один». Не знаю, что было у него на уме, но он все время утверждал, будто мы выйдем к какому-нибудь селению. Он вел себя немного странно…
- Одну минуту! - Андрей долго двигал скулами, прежде чем смог сформулировать свой вопрос. - Значит, вы утверждаете, что Эль-Хан действовал по заранее обдуманному плану, а вам об этом плане не говорил?
- Не знаю… - протянул Вадим. - С уверенностью не могу этого сказать. Позвольте уж, я буду говорить о том, что происходило в действительности, и оставлю пока в стороне всякие творческие вымыслы.
- Если вымыслы, то ваши, - мягко заметил Андрей.
- Нет, извините, ваши! Я ничего подобного не говорил! - Вадим замахал руками, как бы открещиваясь от напрасного обвинения.
Девушка негодующе обернулась к Андрею:
- Вадим таких вещей не говорил!
Черный Рафик махнул на нее рукой:
- Подожди, Марлена! Я уже третий раз слушаю эту историю. Получается, что Вадим как бы обвиняет Эль-Хана. Но это касается нас всех! И я, и белый Рафик, и тот же Вадим - все мы с Эль-Ханом, как говорится, и водку пили и песни пели… - Он обернулся к Вадиму. - Если обвиняешь, прямо говори!
- Кто обвиняет? - Вадим высоко поднял брови. - Разрешите мне оставаться на почве фактов!
- Ладно, - сказал Андрей, - излагайте дальнейшие факты.
- А, собственно, это уже почти все, что я могу рассказать. Мы плутали, падали. Я ушиб ногу и стал хромать. Надо честно признаться, что этот маленький Эль-Хан держался лучше меня… Ты, Марлена, пожалуйста, не презирай меня за это! Вы понимаете, - Вадим усмехнулся, - трудно сделать такое признание в присутствии женщины… Но, честное слово, это так! Я раскис, как вишня в компоте. Я думал, что мы уже не выберемся живыми. Когда мы увидели огоньки и поняли, что это селение, Эль-Хан пожалел меня - взял себе все тяжелые вещи и сказал: «Ты иди. Не можешь идти - ползи! А я пристрою поудобней весь этот груз и пойду следом за тобой. Теперь мы спасены!» И я пополз. Мне казалось, что у меня отморожены руки и ноги, и уши, и даже язык. Я не могу вам рассказать, что это за ощущение… Дважды такую вещь пережить невозможно… Я постучался в первое же окно на краю села. Оказалось, что я попал в Урулик. Колхозники мне потом рассказывали, что я плакал. Представляете, плакал! А я ничего не помню… Говорят, что я попросил водки - и сразу заснул непробудно. На другой день я узнал, что Эль-Хан так и не пришел.
- Значит, - спросил Андрей, - вы, как только попали в дом, в тепло, так и перестали интересоваться судьбой Эль-Хана?
- Господи! - нетерпеливо воскликнула девушка с черными косами. - Мог ли он думать, что этот здоровый Эль-Хан не придет в село, если уж добрался он сам - больной и слабый?
Вадим задумчиво посмотрел на нее.
- Нет, Марлена, ты меня не защищай. Я об этом не раз уже думал. Но вы понимаете, - он тронул Андрея за рукав, - у меня было ощущение, что Эль-Хан все время ползет за мной, мне даже казалось, что я слышу его дыхание. Потом я психологически как-то настроился, что помощь нужна не ему, а мне. Он держался так уверенно…
Черный Рафик засмеялся и проговорил, обращаясь к одному только белому Рафику:
- Большой, толстый Вадим ждал помощи от щупленького Эль-Хана, от того самого Эль-Ханчика, которого носил под мышкой в столовую…
Рафики переглянулись, спрыгнули с бильярдного стола и пошли к выходу. У них были какие-то неотложные дела. Андрей проводил их взглядом. Вадим даже не взглянул на них, он смотрел только на Марлену.
- Скажите мне точно, - спросил Андрей, - мы временно отбросим в сторону все злые умыслы, - мог ли Эль-Хан на виду этих огоньков потерять силы и не дойти до места спасения?
- Категорически отвечаю: не мог! Дорога там уже была куда легче, чем среди гор.
- Но если с ним что-нибудь случилось? Скажем, он сломал себе ногу?
- Категорически: нет! Мы нашли бы его в том месте, где я с ним расстался. Но был обследован весь этот район, и там никого не оказалось.
- Итак, - заключил Андрей, - надо сделать вывод, что если Эль-Хан не пришел, то, значит, он не хотел прийти?
- Не знаю! - Вадим снова, как бы защищаясь, поднял руку. - Делайте выводы, какие вам угодно. Только давайте будем осторожнее в этих выводах, когда речь идет о добром имени человека.
Он поднялся, взял за руку Марлену и вопросительно взглянул на Андрея. Разговор, по его мнению, был окончен.
- Ладно. - Андрей тоже поднялся со стула. - Придется вам еще немного потрудиться, товарищ Борисов. Вы должны будете показать мне то место, где вы в последний раз говорили с Эль-Ханом.
- Должен? - Вадим прищурился; голос у него изменился, стал скрипучим. - Дорогой друг, я никому ничего не должен! Если вы хотите, чтоб я показал вам это место, меня надо будет попросить…
- Да, конечно. Прошу! Я просто неудачно выразился.