Страница 22 из 23
— И ты так спокойно об этом говоришь?
— Люди сами виноваты в своих бедах, сами создают себе проблемы, — равнодушно откликнулся джинн. — Вот Райан, например, всегда тяготился собственным происхождением, всех ненавидел вокруг, не желала мириться с жизнью. Пришлось проучить его, но он оказался для меня бесполезным, пустым. В нем нет сильных чувств, страстей… В нем нет энергии, и пришлось оставить его вместе с глупыми фантазиями.
— А как же Карэн?
— Маленькая наивная девчонка… Возомнила, будто от изменения внешности и жизнь ее изменится к лучшему. Вот тебе и блажь… Пришлось проучить, но она тоже оказалась пустой. А ее якобы любовь к тому мальчишке — просто пшик.
— А в чем провинился Трой? За что ты наказал его?
— Его глупая женушка пожелала, чтобы он стал счастливым. Беда в том, что совершенно счастлив он мог бы быть только в том случае, если бы Камиллы вовсе не было в его жизни. Люди часто делают неправильный выбор.
— И что? Нужно было внушать Трою, что он убийца? — воскликнула я.
— Признаю, что вот тут я поступил так ради забавы. Знаешь, я очень долго сидел в заточении, а там, как ты понимаешь, развлечений не было.
— Тебя радует, когда люди страдают?
— Для меня важны чувства, сильные, настоящие. И важно, чтобы человек сам точно знал, чего хочет. Вот ты знаешь, Корделия, абсолютно точно знаешь… Ты интересная, настоящая, сильная…
Голос звучал так близко, что казалось, джин стоит рядом, но я не видела никого, лишь чувствовала легкое дуновение ветерка.
— Да, желала очень сильно… Так желала, что едва не сошла с ума. И знаешь, что странно? Мое желание сбылось безо всякой магии.
— О чем же ты мечтала?
— О любви, — просто ответила я. — Как считаешь, это тоже блажь?
— Нет, это искреннее желание.
— Хорошо… Но у меня есть еще одно.
— Какое же? — спросил джинн, и в его голосе слышалось нетерпение.
— Хочу увидеть тебя, — прошептала, прикасаясь дрожащей рукой к флакону с зельем. — Ты волшебное удивительное создание… Как бы мне хотелось увидеть тебя во плоти. Наверняка, ты также прекрасен, как и видения, что ты насылаешь.
— Хочешь увидеть меня? — задумчиво повторил джинн. — Ты уверена, что это и есть твое желание? Учти, я могу исполнить все. Обещаю, что для тебя исполню в точности…
— Покажись мне! — громко попросила я. — Я очень хочу…
— Ну что ж…
Передо мной возник светящийся сгусток. Он увеличивался, удлинялся, постепенно приобретая человеческие очертания… Почти человеческие… Немного выше меня ростом, с вытянутой безволосой головой и огромными раскосыми глазами, полыхающими зеленью. У джинна на руках и ногах была странная полупрозрачная кожа, под которой словно переливалась и бурлила зеленоватая жидкость. Его тело перехватывали несколько полос черной ткани, походившей на шелк и создающей некое подобие одежды. У него были длинные тонкие руки с тремя когтистыми пальцами, а на месте ступней клубящийся туман.
— Невероятно… — прошептала я, заворожено разглядывая его.
— Я исполнил твое желание?
Я отчетливо слышала голос, но тонкие бескровные губы джинна не шевелились.
— Да, — прошептала я. — Конечно…
Собрав все свое мужество, выхватила бутылек, одним движением вынула пробку и плеснула в джинна. Зелье напоминала ту самую жидкость, бурлившую внутри существа вместо крови. Огромные глаза стали еще шире, а рот раскрылся, судорожно глотая воздух. Он силился что-то сказать, но не мог. Туман под его ногами вдруг поднялся вверх, окутывая его фигуру.
Я развернулась, чтобы убежать, но вокруг по-прежнему был сад, и я не видела золотой двери. Ерунда, главное быть подальше от него, когда появится сеть. Я потянулась к броши, когда почувствовала острую боль. Джин яростно шипел… Он вцепился когтями в мою спину и потащил назад. Я вырвалась, вскрикнув от боли и увидела, как на пол капает кровь. Выпихнуть его из головы… Да, я смогу, сейчас… Изо всех сил оттолкнула от себя чудовище. Джинн покачнулся, взмахнув руками… Я обернулась и на секунду увидела старую деревянную дверь, прежде чем нас окутала темнота, и лишь тело джинна светилось рядом. Я дотронулась до броши один раз, и откуда-то сверху послышался гул.
Тварь вскинула голову и яростно зашипела. Мне нужно было бежать прямо сейчас, пока не поздно, но я не могла… Слишком медлила, слишком слабым оказалось зелье… Я не могла провалить все!
С потолка медленно опускалась светящаяся сеть. Я схватила джинна за руку и дернула на себя. Его свечение становилось тусклым, и я боялась, что он вот-вот станет вновь бестелесным.
— Не смей! — закричала я. — Не смей исчезать! Будь здесь, со мной! Ты никуда не уйдешь!
Джинн замер, а его кожа стала такой горячей, что я едва могла терпеть.
— Отпусти, — прохрипел он. — Отпусти, сама же погибнешь!
— Нет! — упрямо повторила я, продолжая удерживать его.
Я едва успела отскочить, когда сеть опустилась. Она окутала джинна, словно в кокон. Он кричал и дергался, а потом завизжал так громко, что я едва не оглохла. Ужасно болела раненая спина, а еще нога… Похоже, сеть все-таки задела меня. Из последних сил на ощупь поползла вперед, туда, где видела дверь. Еще немножко, еще… Передо мной вдруг возникла полоска света, и меня подхватили сильные руки.
Эпилог
Мне снилось море… Оно играло солнечными бликами в волнах, шумело, баюкая и успокаивая меня. Теплый песок, ветер, и Шерман рядом. Я бы навсегда хотела остаться в этом месте… Он ведь предлагал, а я не согласилась. Все стремилась вернуться, помочь…
Я окунулась в реальность, словно в морскую пучину. Оглядевшись, увидела женскую комнату в Доме скорби, а рядом Азхар. Она протирала мои виски какой-то жидкостью, от чего в голове прояснялось.
— Светлейший, она очнулась, — воскликнула знахарка, обернувшись.
В комнате тотчас же появился Шерман. Он бросился ко мне, обнял и принялся покрывать поцелуями мое лицо. Азхар тактично отошла в сторону, чтобы не мешать такому мужскому порыву, и вышла из комнаты.
— Как же ты напугала меня, Лия, — прошептал он. — Когда дала сигнал, я бросился к дверям, а тебя нет… и замок этот проклятый висит. Я едва дверь выломал, а ты лежишь там, без сознания, вся в крови…
— Я не могла уйти, Шерман. Джинн мог сбежать… Зелье действовало всего мгновенье, а этот сад… Я едва сбросила чары.
— Ты молодец, Лия, со всем справилась.
— Его поймали?
— Конечно, поймали. Джинн снова заточен в кувшин, который теперь спрятан в имперском магическом хранилище. Больше он никому не навредит.
— Я долго спала?
— Уже полдень. Я излечил твои раны и применил сонное заклятье, чтобы ты хорошенько восстановилась.
— А что теперь будет с Азхар? — спросила я. — Ее накажут?
— По магическим законам, ее должны отправить обратно на Лунный остров, а тамошние маги уже будут разбираться, совершила она просто глупость или же преступление. Учитывая, что Мэй умерла, думаю, Азхар все-таки понесет наказание. Каждый должен отвечать за свои поступки, Лия, а с магов спрос гораздо больше, потому как и способности у них особенные. Нельзя допускать, чтобы магия вредила людям. Маги должны быть внимательней и ответственней вдвойне.
— Да, я понимаю… Ты прав, конечно. Теперь ведь все будет хорошо?
— Конечно, милая, все будет прекрасно…
Все и в самом деле стало налаживаться. Моим друзьям больше не нужна была помощь. Губительное воздействие джинна исчезло, и разум людей восстанавливался, возвращая их в реальность, пусть и не совсем радостную. Впрочем, по сравнению с миром грез, эта реальность казалась вполне даже замечательной. Карэн больше не плакала и в зеркале видела симпатичную молодую девушку, а про обидные слова друга больше и не думала, да и о нем не думала, ведь в таком возрасте так легко спутать любовь с простой симпатией. Райан успокоился и принял свою реальную жизнь, вернувшись к работе, а о жизни при дворе перестал мечтать. Ну а Трой, наконец, узнал собственную жену и перестал считать себя убийцей. Правда, вместе жить супруги уже не смогли и расстались без скандалов, спокойно и без слез. У каждого из них появился шанс наладить собственную жизнь. Камилла перестала корить себя за болезнь мужа, ну а Трой окончательно пришел в себя.