Страница 3 из 4
Роман. (Шепотом). Забавно, забавно. (Громко). Ну а что нам скажет Павел? Кстати, чем это так от вас неприятно пахнет?
Павел. Не знаю, я ничего не чувствую. Как сказала Дарья, я приехал в двадцать минут десятого и сразу направился в мужской туалет. Он рядом граничит с кабинетом директора. Перед этим за час я выпил немного пива. (Пауза). Вернее много пива, поэтому очень хотел в туалет. Когда я, пардон, отливал, мне послышался какой-то шум из кабинета Зубова. Тут стены картонные, акустика хорошая, слышно, что за стеной что-то происходило. Минут через пять после этого, пива действительно было много, я решил проверить кабинет директора. Не знаю, зачем я вытащил нож. Представляю, в каком состоянии меня увидела Дарья. Я с окровавленным ножом выхожу из кабинета директора. (Чуть тише). Ужас. (Нормальным голосом). Ну, так мы с Дарьей и пришли сюда.
Роман. Ну что ж, картина вырисовывается непростая. Алиби нет ни у кого. На первый взгляд, вас, Павел, наверное, можно исключить из списка подозреваемых. Ведь нож был на своем месте во время репетиции, а вы еще не приехали. Хотя, можно предположить, что вы были с кем-то в сговоре, кто мог вынести вам нож. Это, возможно, было в самом начале репетиции, тогда соучастницей может быть только Дарья. Она заходила на сцену и могла незаметно взять один из ножей. Если соучастник среди остальных, то он или она могли взять нож во время перерыва и спрятать, в мужском туалете, например, или женской комнате. А потом вы, Павел, взяли нож и убили директора.
Павел. (Громко). Чушь! Взял нож, зашел в кабинет, каким-то образом то ли усыпил, то ли отравил Зубова, потом убил. Не слишком сложно? Тем более у меня времени было не больше пяти минут на все.
Роман. Да, согласен, это слишком сложно. (Тихим голосом). Хотя... (Громче) Полиция во всем разберется, надеюсь. Кстати, мне Светлана вчера рассказала, что у вас с Зубовым вышел конфликт. Не поделитесь, что вы не поделили?
Павел. Даже не подумаю, это не ваше дело. Я его не убивал, у меня даже возможности не было.
Роман. А сегодня вы с утра не виделись с Зубовым?
Павел. (Взмахнул правой рукой). А, все равно это выяснится. Да, я сегодня был в театре. Дарья может подтвердить, я был в 12 часов дня, заезжал выяснить с Зубовым одно дело. Но мне пришлось сразу уехать. Директор спешил, поэтому мы выяснили наши отношения не в театре, а по дороге к нашим автомобилям на стоянке. Могу вас заверить, мы даже не подрались, поговорили минут пять и все.
Роман повернулся к Дарье.
Дарья. Да, Павел и Сергей Владимирович направились к выходу вместе. Но тут как раз пришли рабочие, и я стала им помогать в оформлении сцены.
Роман. Хорошо, Идем дальше. Александра, Светлана и Михаил Борисович могли взять нож во время перерыва, зайти в кабинет директора и... (Роман замолчал, задумавшись). Алиби нет ни у кого.
Павел. Я даже больше могу сказать. Алиби нет ни у кого, даже у вас, адвокат. Оба выхода с театра закрываются на автоматические замки, открыть которые можно только ключом или изнутри. Ключи, я полагаю, были только у Зубова, Дарьи и Михаила Борисовича.
Воробьев. (Поспешно). У меня только ключ от запасного входа.
Павел. Я продолжу. Согласно вашей теории сообщников, Светлана могла прихватить нож со стены, отправиться к выходу, но не для того, чтобы найти Дарью, а чтобы впустить в театр вас, Роман. Она передала вам нож, сама вернулась на сцену. Вы дождались начала репетиции после перерыва, пришли в кабинет Зубова, а затем убили его. Кстати, у вас было достаточно времени, чтобы усыпить директора и потом его убить.
Роман. Логично, это могло бы случиться, но только у меня не было мотива, в отличие от вас и вашей ссоры с покойным.
Павел. Мотив? Проще простого... Все знают, что Зубов бабник, ни одной юбки не пропускал. Даже Дарью, чтобы та не говорила, устроил через постель. Мог и на вашу Светлану запасть.
Дарья. Да что вы себе позволяете?
Светлана. Как запал бы, так и выпал.
Роман. Стоп, девочки и мальчики, не надо ссориться. Мне нужно подумать. Светик, я хочу еще раз осмотреть место происшествия и пройтись по театру. Составишь компанию?
Светлана. Легко, Ромочка.
Светлана и Роман удаляются через дверь на сцене.
Несколько секунд все молчат.
Павел. Может поднять нож и положить на стол?
Воробьев. Думаю, не надо, полицейские и так будут недовольны, что вы оружие преступления сюда принесли. Лучше лишний раз не касаться ножа.
Александра. Уже поздно. Где же эта полиция?
Воробьев. Еще два часа ожидания.
Александра. Пойду в буфет, приготовлю кофе.
Павел. Я с вами!
Дарья. И я!
Воробьев. И у меня нет желания оставаться одному здесь. Там же были бутерброды в холодильнике. Думаю, Дашенька не будет возражать, если я съем парочку. Сашенька, душечка, приготовьте мне тоже кофе, только без сливок и без сахара.
Все четверо удаляются. Проходит время. В дверь на сцене заходят Роман и Светлана, затем появляются остальные.
Роман. Ну что ж, я кое-что выяснил. (Достает из кармана целлофановый пакет). Внутри использованный шприц. Я нашел его в мусорном ведре у запасного входа. Думаю, именно с помощью этого шприца был обездвижен Зубов. Полиция разберется, что внутри, но у меня появилась одна версия, и я хочу ее проверить. Начну с мотива. Если Зубов был отпетым бабником, то мотив - месть мог быть у каждого, в том числе и у меня.
Воробьев. Простите, но... (Роман жестом остановил Воробьева)
Роман. И у вас тоже, Михаил Борисович. Возможно, вы втайне влюблены, например, в Александру (Александра негромко фыркнула). Видя, что Зубов пристает к ней, вы, как истинный джентльмен, решаете его убить. Звучит, конечно, коряво, но чего в мире не случается. Продолжу. Мотив Павла мне не ясен, но судя по случившемуся конфликту, он есть.
Павел. Мы уже разобрались. Конфликт себя исчерпал.
Роман. Исчерпал или нет, пусть полиция разбирается. Главное, что мотив был. Теперь зайдем с другой стороны. Было несколько моментов, показавшиеся мне довольно странными. Например, бутерброды.
Дарья. Что, бутерброды?
Роман. Я проверил, в холодильнике сейчас еще штук десять бутербродов. Это с учетом того, что их ели несколько человек. Зачем приносить на работу столько еды?
Дарья. Сегодня мой первый рабочий день, мне сказали, что актеры будут долго репетировать, я подумала, что они проголодаются, вот и взяла. Еще и рабочих, которые оформляли сцену, угощала, но они отказались.
Роман. Не удивительно. Думаю, предложи вы им бутылку чего покрепче, они бы и от бутербродов не отказались, и от бутылки. (Почти шепотом) И от вас, тоже.
Дарья. Что вы сказали?
Роман. Ничего существенного, так, мысли вслух. Хорошо, с бутербродами разобрались. Теперь с вами, Павел. Вернее с тем, что вы услышали какой-то шум из кабинета Зубова. Что именно вы слышали?
Павел. Не помню. Возможно какой-то шорох, похожий на приглушенные звуки борьбы. Но мне могло показаться, Хотя звуки были точно.
Роман. Ладно, оставим пока звуки, вернемся на сцену. Этот серый шкаф довольно большой, туда можно даже залезть, не правда ли?
Воробьев. Залезть, конечно, можно, вот только зачем? Это просто оформление сцены. В нем кое-какой гардероб: пару платьев и костюмов.
Роман. Вы проверяли перед репетицией сцену. Вы заглядывали в шкаф?
Воробьев. Нет, конечно. Я всегда проверяю то, что нужно для действия. Если бы одна из героинь по сценарию должна была открыть шкаф и взять оттуда платье, тогда бы я проверил перед репетицией наличие этого платья в шкафу. А так, мне нужно было проверить наличие шкафа. Шкаф был, внутри я не проверял.