Страница 22 из 26
Внезапно он видит, что это не охранник — это Денко Дан! Дан радостно хохочет, по-бабьи бьет себя руками по бедрам.
Потом он подхватывает с земли невесть откуда взявшуюся куртку и набрасывает ее на Беско, все еще удерживаемого охранником.
Уже проснувшись, Лен с ужасом продолжает попытки вырваться. Кругом сковавшая его темень. Наконец он приходит в себя окончательно.
Рядом, свернувшись калачиком, спит Гейя.
«Не ударил ли?» — Беско осторожно косится на девушку. Нет. Спит.
Беско находит холодные ноги Гейи и осторожно зажимает своими. Поправляет ткань парашюта. На улице светает. Если бы не дождь, который льет уже третий день, было бы совсем светло. Часы у Беско на руке, но он боится разбудить Гейю. Да и что толку смотреть на время? Миновала декада с той поры, как это потеряло смысл. Впору было поверить словам Денко Дана о том, что судьба — ужасно неповоротливая девка. «Неповоротливая, да расторопная, — мысленно возразил ему Лен. — Эко крутит… Будто опыты кто ставит…»
Десять дней в лесу, словно стерли всю предыдущую жизнь. Дурацкий сон растревожил его и вернул память к событиям недавних дней.
Разговор с Денко Даном, забастовка, которую он устроил всей этой своре… Все кажется нереальным сейчас и отсюда.
Дурак-психолог со своими анкетами-тестами… В последние дни как с ума сошел — ни на шаг не отходил. Самый последний день — заноза в памяти. Что-то, что-то в нем от сценария… Неясные подозрения туманят сознание Беско, но не находят подтверждения.
Как же все это произошло?
Было утро. Был твердый отказ работать. Было требование отпустить его с полигона… А потом… а потом… Беско пытается восстановить события в их последовательности. Утром он пошел к спекулянтам и обменял накопившиеся талоны на добротный и неброский костюм спортивного кроя, модные, с рубчатой подошвой — хоть по скалам ходи — башмаки. Взял еще куртку с непромокаемым покрытием. В деревне все это было бы в самый раз. Армейское обмундирование, нашпигованное штатной и секретной электроникой, аккуратно повесил в номере. Но как только он отошел от шкафа, фон, пристегнутый к армейской робе, дал вызов.
Некоторое время Беско колебался: «Брать, не брать…» Он в отпуске… Так договаривались… Так было обещано. Но здравый смысл все же победил. Нежелание расширять конфликт взяло верх.
Вызывал Дан. Выходило, что отпуск нужно было опять отложить.
— Испытания срываются, Бес… Не в службу, а в дружбу… Поутюжь тайгу часок-другой и вся недолга… Без тебя это и за неделю не сделать. Железяка одна… С океана летела, почитай, ищи ее теперь в Учугуне… Сам Хан под контролем держит эти испытания. Бес, ну что тебе стоит? Для меня они очень много значат, эти испытания… Будь другом!
Выбравшись из баллисты, Беско увидел группу военных, среди которых был Хаско Хан. От группы отделился Денко и пошел ему навстречу.
— Бес, не подкачай! — горячо зашептал он. — Сам Хан приехал. Будет ждать результата. Внучку его не видел? Посмотри вон… Девица — оторви да брось, я тебе скажу… Вся в деда. Он и воспитывал ее вместо отца.
— Может, ты скажешь, что искать?
— Сейчас… сейчас… Аналог притащат. Значит, что нужно? Там, в штурманской кабине люк есть. На четыреста десятом пойдете. Все комфортнее будет. Мягкая машина. А люк — пластиковый, считай, голыми руками по лесу елозить будешь. Найдешь — буй бросите, и я тебя сам до деревни доставлю.
— Чего это ты суетишься? — с подозрением спросил Лен. — Ты мне железяку свою покажешь? Я что искать-то должен?
— Один момент.
Дан направился к элекару, подкатившему к группе военных, и вернулся с графитовым шаром, величиной в человеческую голову.
Беско принял шар и, прикрыв глаза, стал перекатывать его из ладони в ладонь.
Когда он поднял голову, на него не мигая смотрели серо-стальные глаза Хранителя.
Беско взгляда не выдержал.
— Ты возмужал, Лен.
— Армия, Хранитель.
— Ну как, поможешь?
— Буду стараться.
— Это будет нелегко?
Беско пожал плечами и протянул шар Денко Дану. Потом, помня, что по норме отношений любой вопрос Хранителя должен получить ответ, пояснил:
— Деталь небольшого размера.
Хаско Хан повернулся, показывая, что разговор закончен, но увидев, что к ним приближается внучка, остановился.
— Это тот самый необыкновенный Беско Лен, Гейя… — голос у Хана потеплел.
— Гейя Хан, — отрекомендовал он девицу Лену, уже несколько суше и, повернувшись, зашагал к экспертам. За ним последовал Денко Дан, успев многозначительно подмигнуть Беско.
Беско холодно и сухо посмотрел на Гейю Хан. Во взгляде его нетрудно было прочесть: «Видали мы монарших отпрысков…» Хотя признаться, что-то в этой девице было. И от Хана в ней тоже нечто было. Сила во взгляде. Да и сами глаза… как у него. Но тот вурдалак вурдалаком — взгляда не удержать, к земле клонит. А у этой… Что-то есть… еще раз признался себе Беско Лен. Надо было признаться, что и вела себя Гейя Хан тоже на редкость порядочно. Было видно, что светит она не отраженным светом, а сама по себе личность.
Было даже интересно идти с ней рядом по выжженной траве полигона. Она была по-спортивному одета, вся ладная, затянутая в великолепную замшу цвета золотого глитиса. Костюм, похоже, был предназначен для верховой езды. «Хотя, может, в таких монаршие потомки посещают аэродромы», — съязвил во внутреннем монологе Беско Лен.
— Тебе что-то не нравится во мне? — спокойно спросила Гейя и посмотрела Беско в глаза.
Тому стало неловко. Пытаясь возвыситься за счет этой внутренней иронии, он рисковал стать мелким вертопрахом.
— Извини, есть такая штука — рабство…
Теперь уже в глазах Гейи появился интерес.
Вспыхнувший на миг в глазах девушки он тоже не оставил Беско равнодушным.
«Вот те на…» — сам себе удивился Лен, поняв, что ему не хочется вот так сразу расстаться с Гейей.
Выслушав полетное задание от армейского гросс-дектора, с шевронами ракетчика, очевидно, хозяина потерянной калабашки, Беско щелкнул каблуками и повернулся к Хранителю за подтверждением задания.
Хан в это время слушал внучку с каким-то странным, совершенно немыслимым выражением и радостного, и тоскливого удивления одновременно.
— …и спрошу! — с вызовом закончила Гейя и, обратившись к Лену, спросила: Скажите, Лен, я не помешаю вам, если тоже полечу?
Беско посмотрел на Хранителя и отшатнулся.
«Вот вурдалак-то», — испуганно подумал он, напоровшись на взгляд Хана. Во взгляде в равной пропорции были смешаны надежда и ненависть.
— Да мне что? Я что? — забормотал Лен. — Мне как помешать? Только скучно поди будет?
— Ничего, — успокоила его Гейя. — Я как раз хочу поскучать.
У самолета их ждали два летчика, почтительно вытянувшиеся при приближении компании. Дан отдавал последние распоряжения руководителю поиска — немолодому мужчине хотя и в штатском, но со значком «Военные заслуги».
День обещал быть солнечным, дул свежий ветер, было зябко. Шла первая декада осени. Беско стоял в тени стабилизатора военно-транспортного Т-410. Он смотрел, как полыхают на ветру и солнце волосы Гейи, и от этого окончательно продрог.
Руководитель поиска спрятал карту в планшет и дал команду на посадку.
Гулко протопав внутри ребристого брюха половину фюзеляжа, они попали в мягкий звуконепроницаемый пассажирский салон. Было тепло и уютно. Из невидимой акустики мурлыкала музыка. Свет лампы смешивался с естественным, делая утро еще более ярким. Гейя села за столик у иллюминатора и поискала глазами группу военных.
— Они с той стороны. — Стараясь сохранять незаинтересованность, Беско устроился визави.
Под крыльями тянулась серая истоптанная земля. Лишаи деревень сменялись красочными заплатами перелесков, после чего вновь без конца и края осенняя зябь с редкими дымами горящей соломы.
— Не часто, наверное, приходится летать? — Беско чувствовал себя гостеприимным хозяином. — Как войдем в зону, попросись в кабину.
Гейя кивком поблагодарила за беспокойство.