Страница 50 из 92
— Не только ты, твоя подруженция — тоже, — ехидно растянул тот губы, обнажив челюсти.
— Диана?! — удивилась я. — Объясни мне все!
Но Вадим молчал, сосредоточенно обрабатывая свои побои.
— Говори же! — потребовала яростно я. Тот снисходительно взглянул на меня, словно я была маленькой девочкой, которая настаивала на том, чтобы ей немедленно купили сладости.
— Сказать тебе — ты перетрусишь и убежишь в другой город. Тогда мне будет тебя сложнее найти и уберечь от других голодных ртов. Не сказать — ты останешься в неведении, и все будет по-прежнему, как и в течение года, — флегматично рассудил тот в шутовской манере, покачивая головой.
— Вадим, ну-ка отвечай! Что баггейнам нужно от меня и Дианы?! — вспылила я. Видимо, мужчину сильно удивило, что я произнесла его имя, потому что он еле заметно вздрогнул и потупил взгляд. На одно лишь краткое мгновенье он показался мне безропотным, побитым и беззащитным щенком, который искал поддержки, но это видение продлилось меньше секунды. Я даже не успела осознать его. Неужели звук его имени из моих уст так подействовал на это чудовище?
— Вы ведь теперь знаете о нашей тайне. Вы первые, кому удалось выбраться из подземного города. Юлиана и Ульяна рассказали обо всем старейшинам, когда оклемались, и те приняли решение убить вас, пока об этом… эм, не прознали другие, — глядя прямо мне в глаза, неторопливо рассказывал Вадим, опершись кулаками о свои колени. Я молчала, так как была в ужасе от услышанного.
— Конечно же, во многом обвинили и меня. Сказали, что я слишком неосторожный и веду себя чересчур неумно. Меня даже наказали, — отчего-то ненормально засмеялся тот.
— Что тут смешного? — посмотрела я сурово на баггейна, будто он сбежал из психушки.
— Ничего, — как-то болезненно прекратил смеяться Вадим, на секунду сделав взгляд страдальческим и скривив лицо, словно вспомнил что-то страшное и неприятное даже для такого, как он. Меня это насторожило, и я подозрительно оглядела баггейна.
— Что мне теперь делать? Как уберечь Диану? — пыталась я не выдавать эмоций, но у меня плохо получалось. Вадим отчего-то посерьезнел и взглянул на меня с… уважением? Я не ошиблась?
— Ты печешься о своей подруге больше, чем о себе, — проконстатировал он без всякой издевательской ухмылки.
— Да, а что в этом такого? Это естественно. Она мне дорога, — не поняла я того. — Ты должен понимать, у тебя же была семья.
— Была, — опустил голову расстроенно баггейн. Я впервые видела его таким потерянным и брошенным. Я даже и не знала, как реагировать, что говорить, но Вадим подал голос первым.
— Просто у баггейнов семейные отношения немного иначе устроены, чем у людей. У нас всегда действует правило: каждый сам за себя. Мы растем в весьма спартанских условиях. У нас не принято жертвовать собой ради других, хоть мы частенько защищаем друг друга, если есть необходимость. Семья — это лишь объединение, группа. Ничего более. Когда баггейн теряет свою группу, то он становится чем-то вроде изгоя, как я, как многие из моих братьев и сестер после обрушения. Поэтому мне и было жаль, что я потерял их. Быть отщепенцем — несладко, знаешь ли, — опечаленно посмотрел тот на меня. На секунду мне стало даже жалко его.
— Хреновая у вас система отношений, — отвела я голову в сторону. Вадим немного помолчал, а затем продолжил.
— Поэтому… — он запнулся, как будто бы подумал, что не стоит говорить, но все же позже снова произнес. — Поэтому я… в тот день не убил вас. Меня всегда восхищало это. Жертвенность. Но такое качество имеет не всякий. Люди по большей части, как я и говорил, ничтожны, эгоистичны и жалки. Но ты проявила себя очень храбро, когда пошла за Дианой, когда бросилась на Алику, когда прошла через город баггейнов. Ты рисковала собой ради друга. Это дорогого стоит.
Вот тут я просто обомлела. Кажется, мой вид говорил сам за себя. Я была настолько шокирована, что не могла даже с места сдвинуться. Этот хам, этот каннибал, этот троглодит, этот выродок, этот агрессор похвалил меня?
— Я не ослышалась? Или у меня слуховые галлюцинации? — не поверила я своим ушам.
— Ха, — усмехнулся по своему обыкновению тот. — И не думай, что это меняет того факта, что я хочу тебя съесть. И я сделаю это, но позже, когда отгоню остальных желающих.
— Мне не очень ясна логика твоих действий, но не суть. Я как-то и не задумывалась об этом, — обрушила я фальшивые надежды баггейна. — Я, вообще, довольно реалистично смотрю на жизнь.
— Тогда будь реалисткой и сейчас, потому что тебе и твоей подружке грозит опасность, — игриво вскинул брови Вадим, вновь вернувшись к своим ранам.
— Понятное дело, — громко вздохнула я. — Но все же что мне делать?
— Наверное, нужно найти амулет, — предложил здравую мысль Вадим.