Страница 46 из 68
— И куда ты собралась на ночь глядя? — его голос звучал насмешливо, словно он отлично знал ответ, и теперь просто проверяет меня.
— Я проголодалась, — я ответила вполне честно, живот действительно заявил о своём существовании час назад, резонно заметив, что раз бодрствуем, то можно и подкрепиться. — Хотела пройтись на кухню, и найти чего-нибудь перекусить.
— А служанку я вам зачем приставил? — мужчина чуть нахмурился, внимательно изучая моё ночное одеяние.
Я мгновенно почувствовала себя раздетой. Тоненькая шелковая ночная рубашка на широких бретельках одетая на голое тело, сразу показалась мне не самой подходящей для прогулок по дому одеждой. Стоило надеть поверх неё хотя бы халат. Подавила сильное желание спрятаться за ближайшей портьерой, чтобы хоть немного прикрыться. Верный пёс не тронет невесту своего хозяина.
— Я не привыкла гонять неповинную девушку по поводу и без, тем более, что на кухне могу справиться сама, — я старательно делала вид, что острый взгляд мужчины меня совершенно не волнует. — Не подскажите, в какой стороне находится кухня?
Сальватор только покачал головой, и жестом пригласил следовать за собой. До кухни мы шли молча, а я старалась отвести взгляд от его спины. Видимо, он только-только вышел из душа и не успел высушить волосы. Капли воды стекали в его волос, ручейками струясь по мускулистой спине вдоль линии позвоночника. Вот так, со спины, этот мужчина больше не казался мне уродливым, а даже наоборот. В каждом его движении чувствовалась сила, грация хищника и что-то опасное, но оно только больше будоражило воображение.
Я одёрнула себя. С каких это пор, я стала настолько ветряной, что так быстро прыгаю от мужчины к мужчине? Почему мои симпатии столь непостоянны? Ну высокий. Ну мускулистый и явно очень сильный. Да, от него веет властностью и уверенностью в себе, но какого чёрта, я перестала смотреть на него не просто как на верного пса Дарта, а как на человека? Может на меня так подействовали слова Лисы, или я настолько слаба, что готова вцепится в любого, кто даст мне защиту? Никогда не замечала за собой подобного, до недавнего времени. Надеюсь, что это просто влияние защиты и долго не продлится.
Кухня мне понравилась. Просторная, удобная и продуманна до деталей. Взглядом указав мне на столик у окна, Сальватор сам сунул нос в холодильник, осмотрел имеющиеся продукты, что-то прикинул и повернулся ко мне.
— Омлет с беконом тебя устроит? — его голос звучал неуверенно, словно он до последнего сомневался в своих словах.
Интересно, он часто готовит?
— Вполне, — я кивнула.
А дальше, меня ждал сюрприз. Всё ещё полураздетый мужчина ловко достал нужные ингредиенты и принялся творить. С кухонной утварью он управлялся настолько виртуозно, что я засомневалась в наличии повара у этого благородного господина. Он не глядя протянул руку за ножом, без промедлений нашёл специи в одном из шкафчиков, словно проделывал это ежедневно.
В конце концов, мне надоело молчать, так как неловкая, затянувшаяся пауза давила на нервы, и я решила утолить своё любопытство.
— Часто готовишь?
Спина мужчины вздрогнула. Он видимо забыл о моём молчаливом присутствии.
— Не люблю посторонних в своём доме, и не слишком доверяю трактирам.
— Наверное, наше присутствие тебе, как кость в горле.
Я всего лишь сказала первое пришедшее мне в голову, но для Сальватора это оказалось последней каплей. Резко крутанувшись на пятках, он повернулся ко мне и в два шага оказался рядом. Наклонившись, чтобы наши глаза оказались на одном уровне, он чётко, резко выговаривая слова процедил сквозь зубы:
— Я не в восторге от того, что после всех моих заслуг перед короной, мне навязали двух сопливых девчонок, которые толком не могут себя защитить, — он резко втянул воздух носом, — а ещё больше меня бесят мелкие соплячки, так уверенно делающие выводы о других, при этом требуя от других, чтобы те не судили по первым впечатлениям. Я не верный пёс, как ты решила и с удовольствием сверну тебе шею, если ты попробуешь оскалить в мою сторону зубки.
— Я нужна твоему господину, — пропела я, внутренне сжимаясь от страха.
Если он знал о том, что я назвала его цепным псом, то скорее всего, точно слышал, как я назвала его уродом. Очень хотелось сжаться в комочек, забыть о том, что я голодна и просто сбежать обратно в комнату и больше не попадаться ему на глаза. Никогда, и не при каких условиях. О том, насколько опасен Князь, я знала, по слухам. О том, на что способен Дарт, тот просветил меня сам, но я не ощущала в них той силы, что была в стоящем слишком близко мужчине. Всё в его позе говорило о том, что ещё немного и он может не сдержаться, и… и что?
— А у тебя омлет подгорает… — голос получился писклявым, низким и каким-то жалким.
По кухне действительно пополз запах палёного, сменив божественный аромат скворчащего на сковородке бекона. Я сжалась, вжимаясь в спинку стула спиной, чтобы хоть немного отстраниться от опасной близости.
— Неужели я настолько тебе противен? — зло прошипел мужчина.
— Я тебя боюсь, — я ответила совершенно честно.
Нет смысла отрицать очевидное. Мужчина дёрнулся от моих слов, как от пощёчины и резко отступил назад. Стоило расстоянию между нами увеличится, как я снова смогла нормально дышать. Шипя что-то себе под нос, из чего я расслышала только слово «урод», Сальватор вернулся к плите, выбросив в мусор уже подгоревший омлет, и молча принялся делать новый.
— Я, пожалуй, больше не голодна, и пойду спать, — тихо пискнула я, поднимаясь со стула.
— Сидеть! — рыкнул он, не поворачиваясь. — Я не позволю тебе голодать, так что ты съешь всё до последней крошки, и только после этого пойдёшь спать.
— Заботливый какой, — тихо проворчала я, почувствовав себя намного уверенней, теперь, когда он находится не так близко ко мне, и кажется опасность быть размазанной по стенке миновала.
Больше говорить мне не хотелось, и до того, как передо мной поставили тарелку с едой — я молчала. Одно у него не отнять — готовил он божественно. Вот как, из такого простого блюда, как омлет, можно сделать что-то настолько божественно вкусное? Я уминала воздушный, таящий во рту шедевр, и чуть ошарашенно наблюдала за ним из-под ресниц. Странно, мне казалось, что его сложно вывести из равновесия, но что я действительно о нём знаю? Говорили мы с ним всего дважды, и глупо было думать, что я разгадала его характер только по результатам тех двух коротких разговоров.
— Я не собирался тебя пугать, — он заговорил неожиданно, и словно нехотя. — Но не стоит меня провоцировать.
Я пожала плечами. Я и не провоцировала, вроде бы.
— Я в заведомо в проигрышном положении, — я говорила, взвешивая каждое слово. — Я изначально слабее, и как оказалось совершенно не разбираюсь в людях. Мне пообещали защиту, а поскольку он заручился рекомендацией моего наставника, которому я доверяла, я поверила.
Не знаю, зачем я оправдывалась, но мне очень захотелось выговориться, как-то объяснится. А ещё, мелькнула мысль, что если он знал про то, что я назвала его уродом, то и про отца он знает, и мне стоит заручится его поддержкой, если это возможно. Он сам сказал, что я не права, и он не цепной пёс, а значит, есть шанс, что наш небольшой секрет останется между нами.
— Наставник рассказал, насколько высока статистика смертности среди иномирян, и я испугалась. Теперь понимаю, что, пожалуй, шансы выжить у меня были намного выше до того, как я ввязалась в политические дрязги. А ещё, — я чуть замялась, подбирая слова. — Дартен был другим, когда мы заключили договор. Сейчас складывается впечатление, что это два разных человека.