Страница 265 из 301
— Больно? — прошептала она.
— Немного, — честно ответил Гарри. — Снейп сказал, что Клеймо было довольно долго, поэтому след останется навсегда.
— Гарри… — сочувственно прошептала Гермиона и нежно коснулась рукой его щеки.
— Я уже привык к шрамам, — сухо ответил тот. — Видимо, это моя судьба носить их.
— Шрамы украшают мужчину, — сказала она банальную фразу, пытаясь проглотить комок в горле и улыбнуться. — Но след от Клейма всё же у тебя болит?
— Это пройдёт со временем, через месяц, другой. Ты не должна об этом волноваться, — его руки медленно перебирали её шелковистые локоны.
— Как не должна?! — удивилась Герми. — Твоя боль для меня хуже собственной… И эти шрамы… — она провела ладонью по его груди. — Ты ещё слишком молод, чтобы иметь их.
— Они пройдут, шрамы от плетей исчезнут. Они наполовину магические, и поэтому держатся долго. Снейп приготовил мазь, сказал, что с её помощью вылечит их до конца, — успокоил её Гарри. — Я не хочу сейчас говорить об этом, — отрезал он. — Если тебе неприятно, я оденусь…
— Нет, — улыбнулась Гермиона. — Пусть всё останется так… ты очень красивый… несмотря на шрамы… — она смутилась.
— Это ты прекрасна, — прошептал он, склоняясь к ней и касаясь губами её шеи где-то около мочки уха.
Она вздрогнула и, прикрыв глаза, откинула голову. Похоже, Гарри понял намёк и медленно двинулся губами по её шее к плечу, оставляя пламенный след. Пальцы пробежали по позвоночнику, и она изогнулась, ощущая горячие искры, бегущие по спине. Одной рукой он придерживал её, а другая отважилась скользнуть вперёд. Он осторожно провёл ладонью по её животу и двинулся выше, она задрожала у него в руках, и тут его тёплая и нежная ладонь, едва касаясь, дотронулась до её груди…
Гермиона ощутила как в голове словно что-то взорвалось, перед зажмуренными глазами танцевали оранжевые искры, и откуда-то снизу поднималась обжигающая волна, ослепительная и сияющая, которая смывала боль и опасения, и тревоги, заставляя забыть обо всём, всё отринуть и чувствовать только опьяняющую радость. Словно что-то вливалось в неё, перетекало через его губы, глаза и руки, наполняло светом и верой в то, что всё можно преодолеть, что всё будет хорошо. Разве можно было сейчас думать о чём-то плохом, когда рядом тот, кто любит, тот, кого все эти дни она так боялась потерять, тот, кто для неё всё в этой жизни. Они снова вместе, и судьба опять дарит им удивительные минуты счастья, словно укрепляя их силы перед встречей с туманным будущим, которое готовит новые беды и новые битвы.
Гарри чувствовал, как Гермиона трепещет в его руках, и это наполняло его странной гордостью и ликованием. Его тело вибрировало, как натянутая струна, сердце переполнялось, он пытался сдержать рвущееся наружу пламя и в то же время хотел, чтоб Гермиона ощутила его. Он мечтал сделать её счастливой и уже не боялся ошибиться. Словно её голос вёл его, словно он слышал её мысли и её сокровенные желания. И, судя по тому, как она реагировала, это было недалеко от истины — ей очень нравилось то, что он делает. Это окрыляло Гарри, его руки и губы рисовали какую-то замысловатую картину, выписывали непроизносимые слова древнего языка, на котором говорят все люди всех времён и стран.
Гермиона, признаться, не ожидала от него такого, не ожидала этой смелости. Хотя той зимней ночью в её комнате, они тоже были близки, но сейчас всё было по-другому, потому что именно он хотел сделать её счастливой, он пытался прогнать боль из её сердца. Ей это нравилось, и она была покорна его рукам и губам, которые смело и горячо ласкали её.
Они оба уже не думали о времени, о том, что их может кто-то искать или волноваться за них. Время остановилось и просто не могло существовать. Они улетели далеко-далеко от этого мира, полного горя и боли. В том мире, где они были, не думали о таких вещах, в том мире была только страсть и любовь, их любовь. ЛЮБОВЬ, способная победить, способная разрушить все преграды, все стены. Если их чувства были бы магией, то она бы смыла всю черноту, уничтожила бы Волдеморта со всей его свитой. Но эта любовь была внутри них, и они могли подарить её только друг другу. Скрывая это светлое от окружающих, скрывая её от чёрной магии. Это будет их тайной, их светом Надежды, который ведёт вперёд.
Но судьба оказалась коварнее, она не спешила дать им настоящее счастье, которое они хотели получить. И, словно сквозь толстую стену, укрывающую их от окружающих, раздался далекий, встревоженный голос:
— Гарри, Гермиона! Где вы?
— Мистер Поттер!
— Гарри.
Это были голоса Сириуса, Снейпа и Кристины. Гарри открыл глаза и пытался сосредоточиться, но его мысли блуждали и не хотели вставать на место. Гермиона сидела, прижавшись к нему, и не собиралась открывать глаз, но тут голоса стали раздаваться достаточно близко, и тогда юноша прошептал:
— Герми, нас ищут.
— Ну и что… — прошептала она ему в грудь.
— А вдруг они зайдут сюда… Их удивит обросшая беседка, — прошептал Гарри.
— Ты прав, — она чуть отстранилась. — Не будем их волновать.
— Не будем, — тут он улыбнулся. — Ты не знаешь, где мои очки?
— Вот, — Гермиона подняла их со свитера и протянула Гарри.
— Спасибо, — юноша осторожно надел на Гермиону джемпер и сам натянул свитер.
— Идём, — Гермиона сжала его руку: она не хотела теперь отпускать его ни на секунду.
— Да… — прошептала она, когда по саду снова разнеслись тревожные голоса.
Двое потерявшихся осторожно раздвинули полотно из цветов и шагнули из такой чудесной беседки на свежий воздух. Гермиона прижалась к руке Гарри и посмотрела на него. Юноша оценивающим взглядом осмотрел беседку, которая стала просто восхитительна, и эти необычные цветы наполнили ароматом воздух вокруг.
— Ты — чудо! — прошептал он девушке на ухо.
— Правда?
— Несомненно…
— Так вот вы где! — совсем рядом раздался возглас Крис. — А что это с беседкой? — она уставилась на парочку, которая начинала краснеть.
— Гарри! — рядом возник Сириус.
— Я же вас просил, Поттер: далеко не уходить! — повысив голос, произнёс Снейп.
— Я и не уходил, был тут, — ответил юноша.
— Какая красивая беседка! — восхитился Сириус.
— Беседка? — Снейп, наконец, обратил внимание на беседку. — Что с ней случилось, откуда цветы? — он вопросительно посмотрел на покрасневших Гарри и Гермиону.
— Я просто была очень рада, что Гарри выздоровел… — пробормотала девушка.
— Это сделали вы, мисс Грейнджер? — подозрительно прищурил глаза профессор.
— Ну да, — девушка всё ещё не поднимала глаз.
— Невероятно! — выдохнул Снейп, он даже не обращал внимания на смущение двух молодых людей, его волновало другое чудо. — Давно вы такое можете?
— У меня получалось всего несколько раз, именно тогда, когда мне этого очень хотелось или мне это было необходимо, — чуть запинаясь, ответила Гермиона.
— А сейчас вы хотели с Поттером укрыться ото всех в беседке… — пробормотал Снейп без малейшей иронии, но молодые люди вновь залились краской.
— Да… — прошептала девушка.
— Восхитительно, — Снейп, наконец, посмотрел на неё. — Похоже, у вас просыпается Сила Земли. Мы завтра же немедленно начнём тренировки.
— Тренировки? — переспросила Гермиона, краска уже стала проходить.
— Именно, вы должны научиться вызывать и контролировать Силы Стихий. Правда, я пока не знаю — как, но мы будем пробовать.
Гарри и Гермиона переглянулись.
— А вам, Поттер, предстоит ещё научиться некоторым видам искусств, — Снейп криво улыбнулся. — В частности, фехтованию…
— Зачем ещё? — удивился юноша.
— Волшебная палочка не всегда может помочь, вдруг что-то случится с магией? — профессор прищурил глаза. — К вашему сведению, меч Годрика Гриффиндора вам принадлежит по праву и нехорошо, чтобы в такое неспокойное время он лежал на полке… И ещё: Тёмный Лорд отлично фехтует…
— И что, тренировки начнутся прямо сейчас? — поинтересовался Гарри.
— Нет. Завтра. Сегодняшний день потерян, — Снейп нахмурил брови. — Надеюсь, завтра вы не проспите, — он внимательно посмотрел на Гарри, Гермиону и Кристину.