Страница 224 из 256
– Вот так поспали, – смешно щурясь, произнес мой милый лохматый супруг. – Я давно так не вырубался, да еще на песке…
– А я – на тебе. Такое ощущение, что мы лежали как бревна, не двигаясь всю ночь.
– Как будто нас выключило и включило, – кивнул Алеард. – Знаешь, а здесь славно. Может, и не придется искать ту долину, о которой я грезил.
– Я бы хотела ее увидеть все равно. Мы можем выбрать, так ведь?
Алеард улыбнулся.
– Да. Не хочешь искупаться?
– С радостью.
Осторожничать не было смысла. Вряд ли кто-то появится внезапно, ускользнув от энергетического ока Алеарда. К тому же я с необычайной ясностью ощущала дар, а чувства всегда предупреждали о приближении людей.
Я разделась первой и плюхнулась в прохладные воды. Настроение было чудесным, словно и не было тревог и печалей. Страхов тоже не осталось, и я наслаждалась приятным предвкушением. Мы плавали долго, то обгоняя друг друга, то ныряя и балуясь под водой.
Когда оба устали, выбрались на отмель, позволяя солнцу припекать мокрые тела. Наконец-то можно остановиться, оглянуться и осознать пройденный путь. Я так долго ждала это чувство покоя и благости!
– Задумалась?
Алеард поднял меня на руки и медленно понес вдоль берега.
– Мне так легко и мирно давно не было, – сказала я, обнимая его за шею и прижимаясь покрепче.
– Наверное, так и ощущаешь дом.
– Да. Хотя не могу представить похожие чувства без тебя.
Я поцеловала его в шею, и мужчина улыбнулся.
– Теперь я хочу повторить те каникулы, что были у нас на Перуне.
– Значит, это наш личный пляж на какое-то время?
– Да. Более того, я вижу и кое-что, подходящее для временного жилища.
Большое здание чуть дальше по берегу. Архитектура его была необычной, но нам понравилась сразу. Совсем как мы на Тасуле, скульптор использовал скалы, вот только сделал это с большей фантазией.
Разрозненные глыбы были соединены меж собой прозрачными переходами, внутри камня виднелись комнаты и коридоры, а на самом верху было что-то вроде бассейна, но непростого, а многоуровневого. Судя по всему, дом создавался Исполнителем, потому как он хорошо сохранился, хотя и был заполнен песком, камнем и ветром.
– Туда?
– Да. Чувствую приятные энергии, – отозвался Алеард. – Особый дом в особом месте.
Мы поднялись по лестнице и открыли прозрачные двери. Приятная пустота владела удивительным зданием, на каменном полу узорами лег белый песок и россыпи ракушек.
– Кажется, это место «плавает» во время прилива. Погляди, вода все ближе подступает, скоро зальет первый этаж.
– Забавно! Поднимемся выше?
– Хочешь обследовать?
– Непременно.
В коридоре обнаружилось несколько старых разрушенных лодок, сваленных кучей. На втором этаже почти ничего не сохранилось, только одиноко стоял в углу огромный запертый шкаф.
– А вот это уже интереснее. Откроем? – улыбнулся Алеард.
– Можно попробовать. Надеюсь, прежние владельцы не обидятся.
– Скорее обрадуются. У меня такое чувство, что его нарочно сделали прочным. Хотели сохранить все, что внутри, в целости.
– Сколько же он здесь стоит?
– Хм… долго. Очень. Пару Циклов точно.
Алеард тронул гладкие дверцы. Ни ручек, ни видимых замков. Просто сейф какой-то!
– Знаешь, я с некоторых пор не вижу смысла в ключах.
Он провел ладонью по дверце, и она медленно отворилась, а, точнее, отъехала в сторону. Мы нетерпеливо подались вперед и увидели, что на полках аккуратно разложены многочисленные предметы.
– Осторожно, – сразу сказал Алеард. – Они напитаны энергией. Лучше пока не трогай, а то больно будет.
Я оглядела вещи. Простая фарфоровая чашка; амулет из белого металла – затейливо сплетенные линии, похожие на гнездо, и малюсенькое перышко в его центре; книжка в темном переплете; брошь в форме барса, несущего в пасти большую звезду; кусочек красивого камня с искрящейся желтой сердцевиной; золотая булавка с нанизанной жемчужиной темно-фиолетового цвета; серебряный перстень с пестрокрылами, несущими в когтях какой-то чудный самоцвет – во мраке камня целая сияющая маленькая галактика; небольшая, толстая, грубо обструганная палка; кожаный черный браслет с металлическими бляхами, на каждой из которых была вырезана какая-то сценка – явно мужской, но сделанный красиво; кровавая бусина-капля; наручные часы с единственной стрелкой, на металлическом браслете, наверняка тяжеленные; кожаный ремень с пряжкой в виде какого-то неизвестного мне символа; пара стоптанных ботинок; простой карандаш на веревочке; компас; кусок темной ткани – то ли платок, то ли повязка на голову; крошечный молоточек с гравировкой в виде зигзагов на ручке; какая-то трубка, похожая на подзорную; очки – одно стекло белое, другое черное, а на самой нижней полке – исписанный лист бумаги.