Страница 198 из 256
– Согласен с Питером, – кивнул он. – Но если вы действительно решили уйти, Крису придется переместиться в лабораторию, и в случае чего он не услышит наш зов.
– Не думаю, что у вас возникнут из-за этого проблемы, – жестко сказала Адрида. – Приключение затягивается, а у нас в родном мире мама осталась.
Мне стало неловко. Кристиан кивнул и отпустил Аверину.
– Скоро вернусь. Ждите здесь.
Он поцеловал девушку, та нежно погладила его по щеке, и штурман с сестрами исчез.
– Ну вот, две слились, – вздохнул Ойло. – Что дальше? Продолжим по очереди жаловаться? Фрэйа, у тебя ничего не болит?
Я знала, что за игру он затеял, и с готовностью ее поддержала.
– Уши.
– А я пятку натер, – вздохнул трог.
– А у меня голова чешется, – подхватила Рута. – Хочу мыться.
– Понимаю, – улыбнулся Эван. – Я со вчерашнего дня не притрагивался к зубной щетке.
– А я зверски голоден, – вдруг сказал Алеард. – Жрать хочу.
Мы рассмеялись.
– Мне бы отоспаться, – зевнул Маир. – На перине. Чтобы ветерок в окно, птички щебетали, ни хлопот, ни забот, ни проблем…
– Ни печалей, – вставил Эван. – Только одни сплошные радости. И у меня, между прочим, тоже на Земле есть мама. А еще папа. И братья. И кот Мурзик.
– Ничего, сейчас Крис нас всех отсюда быстренько отправит, – улыбнулся Ойло. – Сгусток будет торжествовать, Трогия навсегда закроется, жители деревни продолжат жертвы приносить. А десяток трусливых странников станет мирно жить на Тасуле.
– Вы ведь не уйдете? – тихо спросил Анут. – Если один… Я не справлюсь…
Его голос охрип от отчаяния, в глазах застыла мольба.
– Нет, – поспешно сказала я.
– Это я так шутю, – успокоил его Ойло.
Сгусток не воспользовался отсутствием Криса, и всего несколько мгновений спустя штурман появился рядом с Авериной.
– Все в порядке? – спросил Алеард.
– Да. Они на Тасуле.
– Эх, как бы мне хотелось убежать, – пробурчал Питер. – Но еще больше я хочу прогнать отсюда этого гада!
– Будет чай и будут плюшки, – сказал Ойло. – Но сначала давайте покончим с темным.
– Лучше поедим перед тем, как дальше идти, – предложил Маир. – Пока Алеард кусаться не начал…
После того как мы перекусили, Маир предложил произвести «процедуру опознания». Он все еще сомневался в том, что все настоящие. Каждому задавали каверзные вопросы, но все достойно выдержали испытание на честность.
И теперь мы углубились в чащу, то и дело перекликаясь и держа наготове дары. Мне было неспокойно, шар за плечом дрожал. Алеард держал меня за руку крепко, и его пальцы полыхали. Ноги устали, земля казалась непривычно мягкой, словно черный песок.
Поляна была обычной, и не знаю, кто и зачем первым остановился. Я открыла рот сказать, что мне тревожно, и тотчас ноги словно увязли в болоте – ни шагнуть, ни присесть. Шарик за плечом Алеарда зашипел, начал дрожать и искриться. Его словно что-то терзало, и от этого стало страшно.
– Фрэйа!!!
Кричал Алеард.
Удар! Будто гигантский кулак обрушился с неба на наши головы. И еще раз, и снова, пока купол, созданный Алеардом, не лопнул. Он-то нас и спас, правда, не от того, что предстояло дальше. Кажется, кого-то растворило – возможно, это Кристиан успел воспользоваться даром. Я не знала, куда бить и от кого защищаться. Не от неба же, в самом деле! Алеард поднял руки, и мгновения разорванной телесной связи хватило…
Меня потянуло вниз, под землю, и я завопила. Чувство ужаса наполняло сдавливаемое со всех сторон, царапаемое, раздираемое тело. Казалось, сотни когтей впиваются в кожу, и эти царапины тотчас заполняла ядовитая лава. Я отбивалась, брыкалась, пыталась и воспламенять, и сдувать одновременно. Я звала на помощь, но помощь не пришла.
Подземелье, куда меня волокли корни, казалось бездонным. Дышать было трудно, в нос забивалась земля, крошево камней застилало взор. По случайности я упала на уступ над бездной, и слабыми пальцами вцепилась в грязный камень. Глазам было больно, слезы текли ручьем, помогая избавиться от сора. Когда я немного пришла в себя, поняла, как сильно мне повезло. Порода посверкивала, потому и видно было на пару метров кругом. Снизу дышало ледяным холодом, и ворочалось на дне глубокой подземной норы нечто гигантское и злобное. Я чувствовала, что если упаду вниз – назад не выберусь. Счастье, если вообще останусь жива. Как долго я смогу дышать этим спертым, тяжелым, гнилым воздухом? И что с остальными?