Страница 182 из 256
– Вы слышите его? – спросила я, и ребята покачали головами.
– Что он говорит, Фрэйа? – спросил Ойло.
– Что мы смелые белые бродяги. А до этого сказал, что мы тупицы и не вернемся назад.
– Интересно, – улыбнулся Ойло. – То есть мы глупые смельчаки? Или храбрые болваны? А он тогда кто, бесстрашный идиот?
Сгусток рассмеялся вполне человеческим смехом.
– Троги, – презрительно бросил он. – Напитанные благой энергией изначального мира, вы пришли сюда, надеясь разгадать тайны Атории. Знаете ли вы, что она тоже изначальна? Ведаете ли, что идиллит – камень темных бродяг? Мы сделали его своим, когда убили одно из главных сердец этого мира.
Я быстро пересказала ребятам слова сгустка.
– Я нарочно избрал тебя своим слушателем, Фрэйа, – между тем сказал он. – Ты Радуга, а, значит, почти не искажаешь мой голос. Я говорю на столь древнем языке, что даже Промежуток мог забыть его.
Я вопросительно взглянула на Алеарда, и он кивнул.
– Чего ты хочешь? – спросила я темного гостя.
– Хочу причинить вам боль, – сказал он. – Много боли. Просто для того, чтобы растворить в потоке страданий свою собственную муку. Меня здесь заперли подобные вам, я питаюсь теми, кто живет в глубине леса, пожираю их чувства. Да, скажи об этом Ануту, вот он обрадуется, зная, как страдают его родители…
Порой я совсем не соображала, что делаю. Наверное, ребята удивились, когда взметнувшаяся ветка ни с того ни с сего шлепнула по воздуху, словно кто-то оттянул и отпустил её. Это была моя стихия, хотя сгустку, судя по всему, было наплевать на ветки и прочие материальные предметы. Я подхватила камень и кинула в него, и он расхохотался.
– Я нахожусь в своем собственном пространстве.
– Врешь! – тотчас сказала я. – Под тобой трава не колышется, и, значит, ты всё-таки взаимодействуешь с окружающим миром.
Он погрозил мне темным подобием пальца.
– Ага, не такая уж ты и глупая!
– А ты не такой уж и страшный. Сунься, попробуй. Крис правильно сказал – мы тебе всыплем по первое число!..
– Фрэйа, – сказал Алеард, сжимая мою руку. Лицо его было серьезно.
– Простите, что молчу. Этот гад нам угрожает. Говорит, что питается болью и мучает людей, живущих в глубине леса. Ещё утверждает, что находится в своем личном пространстве, и мы его не сможем достать. Но трава под ним замерла. Поглядите вон туда, чуть дальше от лилового цветка. Видите, там темно и тихо, стебли замерли?
– Верно! – сказал Лар. – Как будто кусок мира застыл.
Сгусток стремительно шагнул в нашу сторону, и я не успела опомниться, как оказалась у Алеарда за спиной. Аверина и Рута точно также были закрыты возлюбленными, Анна и Адрида тоже оказались «во втором ряду». Ребята выросли между нами и сгустком плотной стеной. Возможно, они его и не видели, но чувствовали всё яснее.
– Молодцы, – похвалил сгусток. – Значит, вы придете-таки ко мне в гости. Что же, тогда я тщательно подготовлюсь. Устрою вам теплый прием. Гостей ведь нужно встречать по всем правилам? Я вежливый хозяин. И, кстати, скажи этому псевдо-принцу, чтобы получше следил за сестричками.
Я поведала об услышанном, и Питер оскалился, выходя чуть вперед.
– Может, не будем ждать? Сразимся сейчас – и дело с концом?
Алеард едва заметно покачал головой. Я и сама понимала, что принцу лучше унять свою резкую самоуверенность. Но было поздно.
Его откинуло прочь, прямо в дерево, да с такой силой, что, если бы не внимательность Алеарда – валяться бы мужчине со сломанным хребтом… хорошо, что магическое пространство слушалось капитана охотно.
Чувства мои сработали рефлекторно – красное пламя метнулось к сгустку, и он отшагнул прочь.
– Радуга шалит, – рассмеялся он. – Ладно уж, не стану вас больше беспокоить. Топайте себе пару дней без происшествий.
И исчез, стремительно улетел в чащу. Поднявшийся с помощью Маира и Эвана Питер выглядел пристыженным.