Страница 15 из 113
«В дебете и кредите».
Особенное, мало с чем сравнимое блаженство Евгену доставляет созерцать в лоск и блеск вымытую столовую посуду и кухонную утварь: кастрюли, сковородки, противни, сита и сотейники без пятнышка или случайно заблудшей жиринки. Весь инвентарь технологично расставлен, рационально разложен по своим эргономичным местам в эргодической системе высоких кулинарных технологий.
Иногда он аж отказывался от автоматических услуг посудомоечной машины. И собственноручно, вручную в раковине под краном в горячей и холодной водах перемывал, отмывал жидким мылом, чистящими порошками, питьевой содой, уксусом целую гору разнокалиберных поваренных посудин, сосудов, разнообразных кухонных приспособлений, столовых приборов, использованных в приготовлении и в наслаждении не одним-двумя, но многими переменами изощренных, щепетильных блюд авторского званого обеда или ужина по-домашнему для нескольких избранных персон.
Да он и денег никогда не жалел на красивую посуду, инструмент и приобретение научно-технологических изысков, предназначенных для поваренного мелкосерийного производства в эксклюзивном индивидуальном творчестве. Придирчиво изучал тактико-технические характеристики приглянувшейся кухонной логистики. К внешнему ее виду многократно присматривался в интернете и вживе в магазинах.
За технологическими новинками в особенности не гонится, лишь интересуется с благой целью. Благомысленно прикидывает, достойно ли очередная покупка отвечает всем требованиям классического благотворного соотношения: цена ― качество. И нынешним кухонным комбайном, не таким уж морально устаревшим, и новехонькой мудреной мультиваркой он отнюдь не напрасно гордится сам. И временами воздает им заслуженную хвалу перед теми, кому дано от природы или от Бога оценить его правильный выбор и гастрономическое мастерство.
Сейчас у него в планах стоит приобрести столовое серебро с собственным вензелем-логотипом. Дизайн еще предстоит разработать. Хотя даровитых серебряных дел мастеров в ближнем зарубежье, точнее, в Виленском крае соседней Литвы он уже отыскал. В свояка белорусы, однако ― дальние свойственники по бывшей жене.
* * *
―…Михалыч, ты у нас признанный спец и ас в «Фотошопе», трехмеркой балуешься, прикинь концептуально чего-нибудь для моего логотипа, ― Евген обратился с просьбой к дядьке Алесю Двинько, после того как обрисовал ему словесно, в общих чертах, чего бы желательно увидеть на именных серебряных ложках, ножах, вилках. Может, и на плошках, коли на хорошем не экономничать скаредно.
― Прикинем, Димыч, что к чему, прикинем… Будем благонадежны ― пообещал много чего знающий гость, со знанием поваренного дела дегустационно отведав картофельного рулета, ароматно запеченного с рубленой телятиной в хайтековской мультиварке Евгена.
Ранее, все мультиварочные тактико-технические свойства, поваренные особенности они мастеровито, прочувствовано обсудили, детально оценили.
― Что любо, то нам и дорого. Пускай и штамп поговорочный, но правде жизни он соответствует, дороженьки мой Ген Вадимыч. ― Однак народная мудрость встречается гораздо реже, нежели всенародная глупость. Будьте благонадежны.
― Примерно, как эпицентр у лохов подменяет центр?
― По той же схеме, мой молодой друже, в том же разрезе и аспекте. Если энергия не энергетика, а то, что исподволь, чаще всего делается поистине открыто. Не взирая на безграмотное словоупотребление в ложной этимологии, паронимии и контаминации…
Оба наших собеседника кулинарной грамотой владеют в совершенстве. А гость Евгена на добавку, он не с боку припека и склонен профессионально ее преподать, владея образной, точной словесностью. Притом кулинарит и пишет отлично, наподобие того, как его сотрапезник компетентно обращается с цифирью бухгалтерских отчетов и банковских проводок. Со всем тем, профессиональной тематики за воскресным ужином они почти не затрагивают. Этак ни к чему, коль скоро они могут душевно поговорить на близкую им обоим поваренную тему.
― Ты не хуже меня знаешь, душа моя Димыч, почему салата без соли в кулинарной природе не существует. Зато бессоли неуки и неучи так кличут несоленую овощную смесь, мешанину, кое-как ими нарезанную, нарубленную и накромсанную. Тем временем гастрономический профессиональный термин «салат» происходит от латинского названия поваренной соли. Кум грано салис, добавлю. Уточняю для научной ясности, от хлорида натрия, коли подсоленное отнюдь не всегда разрешается химически варить или отваривать.
Идентично, друже, не бывать винегрету без уксуса, как бы невежды и профаны ни называли некий свекольно-огуречный микст без каких-либо специй, без основательной и питательной химической обработки уксусной кислотой. Ибо винегрет в оригинале, не искаженном пустословной безграмотностью профанов, имеет своим происхождением обозначение уксуса по-латыни. Се винум акре, то бишь, горькое вино. Так древние римляне именовали столовый уксус. Хотя винегрет в качестве блюда появился уже в средневековье, ежели доверять историкам поваренного искусства.
Думаю, Ген Вадимыч, ты не станешь полемизировать со мной, если я выдвину культурологический тезис о том, что исстари распространенность обычая правильно, красиво, вкусно и здорово питаться есть относительный показатель цивилизованности нации, не меньше, чем уровень жизни, приравненный к усредненным цифрам ооновского индекса человеческого развития.
Эта моя гипотеза в первую очередь относится к системе комплексного группового общественного питания. Но в несоизмеримой пропорции она непосредственно затрагивает индивидуальное производство и домашних потребителей.
Питались бы белорусы нормально дома, то и в рот никогда б не взяли ту отвратительную гадость, какую им подсовывают по ресторанам, кабакам или в филиалах фабрики-кухни «Макдональдс»! ― в сердцах воскликнул, исторг крик души Михалыч, но тут же вернулся к прежней, академичной манере изложения.
― Увы, увы, и тысячу раз увы, невежественный индивидуальный спрос нисколь не способствует повышению массового качества кулинарного предложения. И здесь главная роль коллективного отрицательного персонажа принадлежит не женщинам, а мужчинам. Именно на белорусских мужчинках, как это ни парадоксально звучит, лежит основная вина за огульное гастрономическое бескультурье и провальное поваренное невежество наших с тобой, Ген Вадимыч, своячков и землячков.
Женщина на кухне ― это все-таки массированное крупносерийное воспроизводство. Ибо испокон веков такова ее повсеместная ролевая семейная функция у домашнего очага. Напротив, мужчина у плиты, в поварне есть всегда элитный производитель, творец и оригинальный создатель замечательных блюд. Иначе он и на пушечный выстрел к готовке не подойдет. И не подходит, насколько мы видим на большом числе конкретных примеров вокруг нас.
От мужчины поэтому, от его навыков, умений, от его разума и искусных рук напрямую зависит то самое, высочайшее эталонное качество, которое затем диалектически переходит в продвинутое количество качественных изделий. Так как прежде разрабатывается и воплощается идеальный прототип, концепт, что последовательно идет в серию, но уже с учетом целого ряда объективных и субъективных неблагоприятных обстоятельств.
В то же время от Бога удел женщины ― в том ряду и на кухне ― канительно копировать и прилежно воспроизводить, распространять, некогда придуманное, изобретенное мужчиной-творцом. Потому что в большинстве своем женщины под гребенку лишены мыслительных творческих способностей. А те, у кого они хоть как-то в наличии, больше напоминают по складу ума мужчин, в сравнении с другими представительницами, как правило, технически слабого умом женского пола, категорически не отличающего пистолет от револьвера, дульный срез от ствола, а курок от спускового крючка огнестрельного оружия, ― тоже близкой ему оружейной проблематикой завершил писатель Двинько гастрономический дискурс. ― В ствол им дуло!
Извини великодушно, Ген Вадимыч, пойду-тка я до дому, до хаты. Что-то на меня опять писательский зуд напал. Чертовски тянет поработать, как Ильичу Первому на коммунистическом воскреснике. Вторая Восточная война, вишь, у меня покуль далека до евроатлантической виктории на украинском фронте…