Страница 24 из 43
— Я забыла мой билет в ящике вон того стола. Мне нужно…
Последовала пауза, и Руби спросила:
— Но объясните, что здесь происходит?
Доктор Уотерс подскочил от неожиданности и ослабил давление на плечи и тело Марты. Кроме того дантист своим резким движением вынудил Джейн на мгновение оторвать маску от лица старой девы. Это оказалось достаточным, чтобы мисс Пруэтт вонзила свои острые зубы, которыми так восхищался Уотерс, в один из пальцев блондинки и прокусила его до кости.
Издав пронзительный вопль, та бросила маску и попятилась от кресла. Марта подтянула колени к груди, и, что есть силы, нанесла удар ногами в живот дантиста. Согнувшись от боли, Уотерс закружился по кабинету, пока не врезался в столик с инструментами. Со страшным грохотом и звоном столик, инструменты и дантист рухнули на пол.
Марта спрыгнула с кресла и помчалась мимо медицинской сестры, стоявшей с открытым от удивления ртом, к двери. Легкие старой девы все еще жаждали воздуха, и, задыхаясь, она побежала вниз по лестнице. Страх словно придал ей крылья. Она не помнила, как очутилась в своем автомобиле и завела мотор. В тот момент, как автомобиль отъехал от тротуара, Марта увидела в заднем зеркале Уотерса, выскочившего из здания. Развив предельную скорость, мисс Пруэтт направила свою машину к ближайшему полицейскому участку.
Роберт Шекли
«Тигровый» коктейль
— Это действительно выглядит как самый лучший из коктейлей, — сказал Хадден.
— Я думаю, тебе понравится, — ответил Догерти, обходя с подносом сваленные в кучу несколько чемоданов и других предметов багажа и осторожно ставя его на кофейный столик.
На подносе возвышались два прямых хрустальных бокала с коктейлем под названием «тигровый». Рецепт этого коктейля, как утверждают знатоки, завезен из восточной страны. Коктейль готовится из шести спиртных напитков различной плотности путем осторожного наполнения бокала так, чтобы напитки не смешивались друг с другом. «Тигровый» был в моде в двадцатые годы, и его приготовление выводило из терпения барменов ночных клубов и ресторанов. Весь трюк состоял в том, чтобы не только сохранить цвета составляющих коктейль напитков и не перемешать их, но и выстроить эти цвета в определенной последовательности: красный, желтый, синий, белый, голубой, янтарный.
Хадден, высокий, моложавого вида субъект с мелкими заостренными чертами лица, взял бокал, предложенный Догерти, и осторожно попробовал первый слой «тигрового».
— Бренди?
— Верно. «Тигровый» должен готовится так, чтобы пьющий по вкусу сам определил содержимое. Романтичный коктейль, похожий на увлекательную поездку по незнакомым местам. Ты угадал. На самом верху бренди. Тебе оно понравилось?
— Отличное бренди. Лучшее мне вряд ли попадалось. Ты знаешь, я очень рад, что мы пьем с тобой «тигровый».
— Я тоже. С последней нашей выпивки прошло много времени.
— Шесть лет, — задумчиво уточнил Хадден. — Долго же мы не встречались. Слишком долго. И в коктейле шесть слоев: мы выпьем один за другим за каждый год!
— Пройдет еще больше времени, прежде чем мы вновь осушим вместе по бокалу, — грустно заметил Догерти.
— Ты прав, — согласился Хадден, допивая бренди. Он бросил взгляд на кучу багажа. — Да, пройдет много времени, если ты не найдешь возможности навестить нас в Уругвае.
— Кто знает, может, смогу. Попробуй то, что под бренди.
Хадден утвердительно кивнул и сделал глоток желтой жидкости. Он несколько выпятил губы, задумался и потом произнес:
— Шартрез?
— Опять верно! Ты разбираешься в ликерах, мой дружок.
— А теперь, если говорить серьезно, — сказал Хадден, — ты действительно думаешь, что сможешь навестить нас?
— Я очень хотел бы. Но ты уверен, что ты и Лючия будете рады увидеть меня?
— Конечно, мы будем рады! — воскликнул Хадден. — Ведь, Томми, та глупая неразбериха давно позади, не так ли? В конце концов, прошло шесть лет.
— У меня давно нет камня на душе, — заметил Догерти. — Дело в вас. В тебе и Лючии.
— Мы никогда не испытывали плохого чувства к тебе, — подчеркнул Хадден. — Никогда! Томми, вспомни: мы были такими близкими друзьями в Дартмуте. Неужели мы не можем стать друзьями вновь?
— Вот именно это я и хочу, — подтвердил Догерти. — Именно поэтому я позвал тебя сюда на «тигровый». Но я не знал, что ты покидаешь страну и так скоро.
Хадден пожал плечами.
— Я бы не делал этого. Но отец Лючни оставил ей в наследство свыше пяти тысяч акров. И где? В Уругвае! Поэтому мы туда едем, упаковав наши вещи. С твоей стороны было очень любезно предложить нам просторный сундук для хранения и перевозки верхней одежды. Ты знаешь, я все-таки не представляю себя в роли владельца плантации.
— Я не вижу ничего плохого в этой роли. Однако, в чем дело?
— Я только что приложился к следующему слою «тигрового». Сделал глоток белой жидкости под Шартрезом. Восхитительно! Не говори мне, что это такое. Дай мне подумать… Мятная настойка?
— Ты вновь угадал.
— Надеюсь, Лючия не обидится на то, что я пью так рано утром.
— Мы просто ей ничего не скажем.
— Это довольно сложно сделать. Лючия должна заехать сюда за мной. По правде говоря, она может появиться в любую минуту.
— Лючия будет здесь?
— Да. Я попросил ее встретиться со мной здесь, а не на корабле. Ты, надеюсь, не имеешь ничего против?
— Абсолютно. Нам остается только поскорее уничтожить доказательства нашей выпивки. За твое здоровье, старина!
Догерти несколько секунд наблюдал, как Хадден маленькими глотками уничтожал четвертый, синий слой «тигрового».
— «Запретный плод»! — воскликнул Хадден.
— Что? — переспросил Догерти, чуть было не перемешав неловким движением содержимое своего бокала.
— Я говорю о четвертом слое. Это ведь шерри «Запретный плод»?
— Нет. Постарайся еще раз угадать.
Хадден допил четвертый слой.
— «Черная вишня»?
— «Крем де Иветт».
— Какой великолепный коктейль! Ты прав. «Тигровый» в твоем приготовлении — это действительно путешествие из обыденного в прекрасное. Меня ждут новые открытия на этом пути?
— Несомненно.
— Великолепная выпивка! — сказал Хадден, поднимая бокал и разглядывая его на свет. — Следующий слой, как мне кажется, — лимонная водка, а последний, красный, должно быть ликер «Гренандин». Я прав?
— Выпей и определи на вкус.
Хадден сделал глоток.
— Да, это лимонная, — подтвердил он свое предположение и поставил бокал на стол.
— Ты, надеюсь, не собираешься останавливаться, не пройдя путь до конца? — спросил Догерти, и в его вопросе проскользнуло беспокойство, чуть более сильное, чем это потребовалось от гостеприимного хозяина.
— Мне кажется, я должен остановиться, — ответил Хадден, вытирая ладонью пот со лба. — Я сегодня еще не завтракал, и содержимое твоего «тигрового» уже ударило мне в голову. Через час отплытие корабля, и я опасаюсь, как бы меня не развезло при качке.
— Чепуха. Хорошее спиртное никому не вредит. Кроме того, именно в конце «тигрового» всегда кроется самое замечательное.
— Я же вижу, что последний слой — это «Гренандин».
Догерти улыбнулся и покачал головой.
— Попробуй и убедись.
— Но я уже и так выпил достаточно, — поднимаясь с кресла, сказал Хадден.
Догерти остановил его.
— Я думаю, что мы кладем конец той ссоре, которая была между нами шесть лет назад. Поэтому я, готовя этот коктейль, сделал его из шести слоев разных спиртных напитков. Говоря откровенно, я испортил три коктейля, прежде чем мне удалось приготовить этот, не перемешав слои. Я помню, как ты ценил раньше символы дружбы… Но, если ты так хочешь, можешь не допивать. Извини, что я такой сентиментальный дурак.
— Тебе не за что извиняться! — поспешно сказал Хадден, поднимая снова свой бокал. — Давай будем как прежде друзьями, Томми. Та ссора — чистейшая глупость. Мы ведь оба ухаживали за Лючией. А увлечение женщиной может разбить любую дружбу.